Возвращение в Покипси - Анастасия Дебра

Ручка повернулась в её руках, и её пронзил ужас. Он был таким сильным, что толкнул дверь, хотя она прижималась к ней всем своим весом. Его сердитое лицо наполнилось победой, когда он просунул плечо в отверстие, как в фильме ужасов.

Чери задрожала, опустившись на пол, но начала петь — правда, шепотом.

— Прощай, детка, на верхушке дерева.

Джаред притянул её к себе, его лицо было так близко к её лицу. Она пела так тихо, что она сомневалась, что он её услышит.

— Когда дует ветер, колыбель качается. Когда ветка сломается, колыбель упадёт… — Её руки были бесполезны, его руки были полны яда, когда они сжали её так сильно.

Самое печальное было то, что, сделав ещё несколько глотков чего угодно — пива, виски, — он обычно терял сознание. Но она ничего не могла сделать. Чери закрыла глаза, напевая последнюю строчку песни мысленно, потому что он схватил её за горло: «И упадёт ребёнок, колыбель и всё остальное».

* * *

Вечер превратился в дымку старых времен, и братья веселились, пока лилось пиво. В ранние утренние часы Беккету хотелось бодрствовать, но в конце концов его тело сдалось, и Блейк уложил его на диван в подвале, как ребёнка. У него даже не хватило ума протестовать, и когда его телефон зазвонил, было уже утро понедельника. Он протереть глаза и взглянул на экран — сообщение от Хаоса.

Ты знаешь, где Чери?

— Дерьмо. — Беккет немедленно позвонил ему. — Какого черта ты меня спрашиваешь? Я в Нью-Йорке.

— Босс, мы думали, что она спит. Но её здесь нет. Её окно незаперто, и я думаю, она сбежала.

— Что произошло, когда Вера проснулась? — Беккет уставился себе под ноги.

— Я сделал то же, что делала Чери по утрам, и отвёз её туда, куда она обычно ходит. Посмотрел в магазине, но ничего. Никто не знает, где она. Хаос был измотан.

— Ебануться блядь. — Беккету потребовалась минута, чтобы подумать, но Хаос продолжал говорить.

— Думаешь, она с мудаком? Я имею в виду, мы поставили будильник. Она легла спать до того, как я прогулялся с Ганди. Я не знаю. Скажи мне, где живет её бывший парень.

— Позвони по номеру, который я напишу тебе (это то место, где ты высадил Веру), и скажи им, что сестра Веры, Чери, пропала. Спроси их, сможет ли Вера остаться у них на ночь. Скажи им, что у Чери могут быть проблемы. Потом берёшь с собой оружие и моих сотрудников, чтобы проверить дом того придурка. Я тебе также пришлю его адрес. Держи меня в курсе. Я уже в пути.

Беккет завершил разговор, когда его братья спустились по лестнице с вопросами на лицах.

— Простите, я был слишком громким? Что, чёрт возьми, произошло прошлой ночью? Ааа, помнишь, когда я пытался быть лучшим пидором? — Во время разговора он отправил Хаосу информацию. — Ну, в итоге я стал королём неудачников в Мериленде. Мол, моя паства — это придурки и ублюдки, которым не повезло. Мои сотрудники — это самое дно, придурки, которых обычно нельзя нанимать. Но это сработало. Многие из них на какое-то время встали на ноги.

Коул похлопал Беккета по спине, на его лице отразилась гордость.

— Да, но, видишь ли, я представил себе, что я, ну, не знаю, что-то грандиозное. Спас бы мир. — Беккет пожал плечами.

Блейк покачал головой.

— Иногда можно спасти чей-то мир, просто улыбнувшись ему. Доброта — одна из тех вещей, которые имеют огромную ценность для человека, испытывающего её.

— Ну, во всяком случае, Чери такая — или она была такой. Она работает у меня в винном магазине, и я ей помогаю. У неё дерьмовое резюме, потому что у неё есть сестра, которой нужна её помощь, и парень, который выбивает из неё всё дерьмо. Теперь она пропала. Мне нужно отправиться туда и посмотреть, что, чёрт возьми, произошло. — Беккет провел рукой по волосам. — У меня ужасное предчувствие.

Коул сжал его плечо.

— Тебе нужна помощь, брат?

— Спасибо. Нет. Это один засранец, а здесь у нас их целая куча. Я скоро вернусь. Мне не понадобится много времени, чтобы во всём разобраться. Мы с Евой поссорились. Так что я напишу ей, но если бы ты мог присмотреть за ней… — Беккет поднял руку, и руки братьев встретились с ним посередине.

— Мы постараемся изо всех сил, — сказал Блейк. — Но она словно акула, защищается от всех.

— Разве я этого не знаю? — Беккет покачал головой.

Он и так задержался здесь, но ненавидел уходить. Во что, черт возьми, ввязалась Чери? Он знал, что это Джаред. Уёб *к.

— Надо было его убить, — сказал Беккет, возвращаясь к своей машине.

Глава 31

Мой

Мери Эллен утром съедала ледяную миску хлопьев, потому что они были полезны для её пищеварения. Она никогда никому в этом не признавалась, но в последние годы дела становились ужасными, если она не употребляла утреннюю клетчатку. Официально ей было пятьдесят три. Согласно всем документам, ей было тридцать восемь лет, и она держалась. Её четвёртая подтяжка лица пошла немного не так, и её глаза не закрывались полностью. Она отпила из стакана апельсинового сока и попыталась проигнорировать воспоминания о своём очищении соком в прошлом месяце. Её губы всё ещё немели от уколов, сделанных несколько дней назад.

Они не были типичными причинами, по которым она цеплялась за свою молодость. Она просто хотела как можно дольше оставаться папиной дочкой. Она уже видела, как он начал прощать ей ситуацию с Севаном. Конечно, ему необходимо вернуть все деньги, но они оба постараются, чтобы всё получилось. Они будут работать вместе, как она всегда мечтала. Возможно, в конце она даже отправит Севану благодарственное письмо.

Взгляд её брата был убийственным, когда она вчера прошла мимо него, выходя из папиного дома, конечно же, с улыбкой на лице. Сражаться как женщина, это её преимущество. Её брат, скорее всего, мог бы сохранить статус-кво в бизнесе — по крайней мере, какое-то время, прежде чем он всё проиграл бы, — но она знала, что её отец хотел большего в качестве своего наследия. Вскоре у неё появится возможность показать ему, что она могла бы ему предложить. Мужчине было восемьдесят три года. Время — злодей, которого невозможно забыть, но позор будет длиться вечно.

Ей просто нравилось его одобрение. И это было не так уж и неправильно.

Январь стала проблемой. Она знала, что эта