Возвращение в Покипси - Анастасия Дебра

Простые вещи. Легкие штуки.

После того, как они поели, Кайла наконец решила спросить, потому что он не упомянул об этом.

— Как тебе мои волосы?

Коул посмотрел на неё и закусил губу.

— Мне нравится.

— Ты ненавидишь их. Я похожа на мальчика. Ты хочешь развода. — Кайла встала из-за стола и села на кровать.

— Нет. Нет. И нет. — Коул подошёл и сел рядом с ней. — Я думаю, тебе идёт.

— Ты не оскорбишь меня. Я похожа на грёбаный гриб. — Кайла закрыла лицо.

— Я не знал, можно ли прикоснуться к тебе. — Коул провел пальцами по её волосам, проведя ими по затылку. — А это? Ты такая сексуальная. Постоянно такое видеть? Это почти как непристойность — восхитительная непристойность. — Он нежно лизнул её кожу и заговорил ей в шею. — Тебе никогда, никогда не придётся беспокоиться о том, что ты меня не привлекаешь. Я бы занимался с тобой сексом так часто, как дышу, если бы ты мне позволила. Я мечтаю о тебе. Когда мне что-то снится, это всегда ты. А иногда в этих снах у тебя были даже короткие волосы. Насколько мне повезло? Ты девушка моей мечты.

Кайла повернулась и спрятала своё лицо у него на груди. Он так хорошо пах. Она не знала, как его кожа могла пахнуть совершенством. Она толкнула его обратно на кровать и ещё сильнее прижалась к нему.

Он продолжал гладить её по волосам.

— Это были сумасшедшие пару дней. Я так много молился.

Она подняла голову. Блин. Она сделала это снова: так много думала о себе, что забыла, что он был для неё больше, чем просто её стабильный, утешающий парень. У него же были замешаны во всём братья, он беспокоился о ней, и он также потерял ребёнка. К тому же ему пришлось придумать, как менять подгузник Келлану. Ему всё это далось тяжело.

— И что же сказал Беккет? Вернётся ли он? — Она посмотрела ему в глаза. Они были чудом, цветом молитв.

— Я не знаю. Он действительно был в замешательстве, беспокоясь о тех двух девушках в Мериленде. Я ничего о нём не слышал с тех пор, как он уехал. — Коул посмотрел на неё и коснулся её щеки. — Люблю тебя.

— Притормози, красавчик. — Она плюхнулась ему на руку и устроилась поудобнее. — Так там что-то вроде «Большой любви»? Ева разозлится.

— У меня не сложилось такого впечатления. Чери была скорее тем человеком, которому он хотел помочь. Им обоим. Он сказал, что у него даже есть собака. Коул перекатился на бок и положил руку ей на живот. Кайла поправила его так, чтобы он лёг на её левой груди.

— Девочкам было одиноко без тебя. — Она улыбнулась.

— Мы делаем только то, к чему ты готова. — Он нежно посмотрел на неё.

— Как насчет поцелуев и объятий? Это слишком бредово? — Она поцеловала его в губы.

Он улыбался между поцелуями.

— Идеально.

Они целовались и целовались, и Кайла почувствовала, что расслабляется. Она смело прикасалась к мужу повсюду, пока спазмы не напомнили ей, что она выздоравливает.

— Ух, ё. — Она откинулась на подушках.

— Больно? — Он встал и нашёл её сумочку, доставая из неё две таблетки Адвила.

Она проглотила их, запив остатками обеденного напитка.

— Как будто мое тело должно напоминать мне, какой я отстой.

Коул выдохнул.

— Я думаю, что твоё тело нуждается в корректировке отношения. Серьёзно. Всё, что ты делаешь с этим телом, заставляет меня чувствовать себя невеждой.

Кайла подняла бровь.

— Нет, правда. Всё свалилось на тебя. Мне бы очень хотелось стать морским коньком, чтобы выносить ребёнка. У тебя месячные, ты можешь принести жизнь в мир, выделять молоко… Я не знаю. Всё, что я могу делать, это открывать банки и убивать пауков. — Он потянулся к её руке. — Мне бы хотелось сделать больше. Я имею в виду, когда можно будет сказать тебе, что мы снова будем смеяться? Мы никогда не забудем нашего малыша, но мы должны быть на этой планете. Мы в долгу друг перед другом, верно?

— Ага. Я не знаю. У меня такое чувство вины — за маму, за то, как я жила, за то, что украла тебя у церкви.

— Я благодарен твоей маме каждый день. Делает ли это меня плохим парнем?

Она вырвала руку из хватки Коула. Он покачал головой и целенаправленно взял её обратно.

— Потому что без неё не было бы тебя. И почему ты должна чувствовать себя плохо из-за того, что по пути занималась сексом? Вот как ты обращалась с сексуальностью: в избытке. Вот кто ты. Ты всё делаешь с отдачей всей себя. Ты любишь по-крупному. Твои ошибки могут быть крупными. И этой безрассудной девушке хватило смелости заставить меня влюбиться в неё с первого взгляда. Ты пожелала, чтобы всё это произошло. Скажи мне что-нибудь. — Он обнял её и наклонил её лицо так, чтобы она посмотрела ему в глаза. — Как это ощущается? Сейчас. Находиться здесь.

Она закрыла глаза, чтобы собрать слова.

— Правильно. Спокойно. Захватывающе. — Она открыла глаза, и он кивнул.

— Пока всё кажется правильным. У нас всё отлично. Я достаточно эгоистичен, чтобы думать, что все те вещи произошли для того, чтобы мы подходили друг другу. — Он поцеловал её.

— Мне нравится, когда ты эгоистичен. — Кайла кивнула, когда подействовали обезболивающие, и она расслабилась в его объятиях. Она собиралась изо всех сил стараться мыслить позитивно. Она бы заставила себя, если бы пришлось.

* * *

Солнце садилось, и Беккет почти вернулся в Покипси. Он хлебнул энергетик и изо всех сил старался не заснуть. Ганди, однако, храпел так громко, что почти заглушал музыку. Чёртов пес был так рад его видеть, что даже было весело. Он направился к нему, как только что выпущенное пушечное ядро, и попал ему по яйцам на скорости сто миль в час. У него возникло искушение оставить собаку с Верой, но, будь он проклят, он слишком привязан к его уродливой морде. Его телефон зазвонил, когда он выехал на шоссе штата Нью-Йорк. Это был его подручный.

— Что? — Беккет включил громкую связь.

— Босс, я только что получил сообщение от Шарка. Ты помнишь его? — Это был Харрис, какой-то хитрый индюк.

— Едва. — Беккет погладил Ганди по голове.

— Да, ну, он только что звонил и хотел, чтобы я передал тебе сообщение. Чертовски плохие новости. — Голос Харриса звучал нервно.

— Я жду. — Костяшки пальцев Беккета побелели. В своё время Шарк был засранцем —