Возвращение в Покипси - Анастасия Дебра

эта дама ещё дышит. Твоя ярость должна была подчинить себе. Ты знал, что Мери Эллен прогнила. Любил ли тебя кто-нибудь из твоих детей? Сменил бы Примо твой обосраный подгузник, если бы у тебя не осталось ни копейки? — Беккет подошёл ближе.

— Ты меня утомляешь. — Рудольфо снова обратил своё внимание на Еву. — Стыдно. Думал ты талантливый.

— Я знаю о Севане Хармоне. — Беккет снял шляпу.

— Говори. — Рудольфо снял предохранитель с пистолета.

— Я имел с ним кое-какие дела — когда-то помогал ему немного здесь и там. Я уверен, ты знаешь, что Покипси необходим для его операции. — Беккет сохранял ровный голос, хотя внутри всё его существо было желеобразным.

Ева ухмыльнулась Рудольфо и его пистолету.

— Твоя дочь была легкодоступной идиоткой и отдала кучу твоих денег. Мне понравилось её убивать.

Беккет швырнул шляпу в Еву.

— Замолчи. Серьёзно. Я здесь, чтобы поклясться в верности этому старпёру, и ты сможешь уйти. Не делай хуже.

Рудольфо так долго молчал, что Беккет испугался, что он заснул. Наконец старик заговорил.

— Что именно, по-твоему, ты можешь мне предложить?

— Я понимаю, что твои счета не совсем в порядке. Кажется, твоя дочь и Севан потеряли деньги.

— Да, спасибо, что напомнил мне об этом. Но я не верю, что банкротство не за горами. Пустышка, правда. И я до сих пор не увидел твою значимость.

— Если бы деньги пропали, это могло бы быть правдой, — возразил Беккет медовым голосом. — Но они всё ещё на месте. Ты просто не можешь до них добраться. И у тебя в бизнесе будет крутиться Севан Хармон, пока этот вопрос не будет окончательно решён. Возможно, я смогу убедить его помочь прояснить всю ситуацию.

Рудольфо снова очень долго ничего не говорил. Беккет мог поклясться, что слышал, как потеет.

— Ты будешь носить моё клеймо, — наконец объявил Рудольфо. — Нанеси его, Бостон. — Он поставил пистолет на предохранитель и кивнул Еве. — Это оружие, которое у тебя будет, она непредсказуема. Сможешь ли ты удержать её под контролем? Рудольфо жестом пригласил Бостона приблизиться, и мужчина приготовил свои инструменты: паяльную лампу и железное клеймо, которому было миллион лет.

— Она меня послушает, но уйдёт. — Беккет понятия не имел, позволит ли Рудольфо ей жить. Вся эта разыгравшаяся сцена была лживым дерьмом.

— Она уйдёт, а ты нет. — Рудольфо возразил. — Мне нужно понять, действительно ли ты имеешь хоть какую-то ценность. Боюсь, я уже знаю ответ. Горячую печать он взял из рук Бостона. — Протяни руку.

Беккет собрался с духом, и старик прижал раскаленный металл к коже чуть ниже татуировки — «Извини».

Когда Рудольфо справился с задачей, Бостон приблизился с горстью соли. Беккет не вздрогнул, но его яйца втянулись ему в живот. Он посмотрел в голубые глаза Евы. Ради неё он умрёт. Ради неё он готов принять любую боль. Бостон полил за солью лимонным соком прямо из свеженарезанного ломтика. Когда жгучее раздражение прошло, Беккет посмотрел на свою руку. Хотя рана кровоточила, он смог различить форму — что-то вроде закрученной буквы V, похожей на дерево.

Рудольфо кивнул своим людям.

— Приведите его завтра, когда я немного посплю. Я иду спать.

Старик выковылял за дверь, и всё оружие направилось на Еву, за исключением Бостона, который нацелился на Беккета. Охранник подошёл и распилил пластик на лодыжках Евы.

Она встала со связанными руками и отказывалась посмотреть на Беккета.

— Эй! — он позвал. — Она заберёт мою машину. И я хочу увидеть, как она войдёт в неё. Мне нужно знать, что вы позволили ей уйти с моими людьми.

Охранники посовещались между собой и наконец пришли к соглашению. Один из них снабдил Беккета собственным набором тугих пластиковых браслетов и лишил его ключей от машины. Под усиленной охраной они позволили ему пройти рядом с Евой, пока она не вышла за парадную дверь. Они отрезали ей браслеты на запястьях и осторожно вручили ей ключи, отойдя от неё как можно быстрее, как будто она могла взорваться.

Его люди выглядели потрясёнными, когда она осторожно спустилась по ступенькам и села в челленджер.

— Я остаюсь. Отвезите её домой. Милтон кивнул, и Беккет почувствовал на своей спине пристальный взгляд Евы, когда повернулся и пошёл обратно в дом. Наконец он услышал звук треска гравия, когда его машина и фургон тронулись с места.

Глава 34

Недооценивать

ОН НЕ МОГ ЗАСНУТЬ уже две ночи, и ему не разрешали выходить на работу, поэтому, пока Райан ждал звонка от Макхью о Еве, о Беккете Тейлоре, о чем угодно, он собрал в кучу все те странности, которые Триш принесла в его квартиру и в «Виндекс» — стерла губную помаду с зеркал.

Он застонал, когда раздался звонок домофона — сколько, черт возьми, было времени? Еще не было и восьми утра. Он подошел и остановился, чтобы сделать глубокий вдох, прежде чем нажать на кнопку.

— Триш, ты просто сумасшедшее коровье вымя. Уходи. На самом деле, знаешь что? Не бери в голову, я спускаюсь. Мне нужен мой чертов ключ.

Райан рывком открыл дверь, но вместо того, чтобы выйти, вошла Ева, руки у нее были в крови.

— Извини, я поднялась, когда кто-то открыл дверь. Прости, что я пришла сюда. — Она слегка пошатнулась, и Райан подхватил ее.

— Ого. Подожди, что, черт возьми, случилось? — Он втащил ее внутрь и усадил на диван. Он взял ее за руку, и она зашипела. Ее раны полностью покрывали запястья.

— Господи. Нам нужно отвезти тебя в больницу. Пойдем.

Она покачала головой.

— Мне просто нужно перевязать их. Со мной все будет в порядке. Я не могу пойти в больницу. Мой отец работает там… Я под прикрытием… Это огромный беспорядок… Пожалуйста. Мне нужно всего несколько минут.

— Черт возьми. — Райан подождал ответа. — Я сейчас вернусь. Никуда не уходи. — Райан указал на нее. Она выглядела отвратительно. Ее лицо было серым.

— Не волнуйся, коп. Даже ты смог бы поймать меня, если бы я попыталась убежать. Делай, что должен. — Она попыталась улыбнуться.

Он захлопнул за собой входную дверь и быстро спустился вниз, вернувшись с аптечкой первой помощи из своего грузовика. Это была дорогая модель от Target, и он чертовски надеялся, что в ней есть то, что ему нужно. Когда он вернулся, ее глаза были закрыты.

Он никогда не видел ее такой… растерянной. Сломанный. Он прочистил горло, и она открыла один глаз. Он знал кое-какие основы оказания первой помощи, но ему не понравился вид глубоких ран на ее запястьях.

— Ты чувствуешь свои