Обольстительный пират - Минерва Спенсер

расхлебывать заваренную им кашу. — Хью помедлил. — Боюсь, это она в минуту слабости рассказала ему правду о твоих сыновьях, а он, конечно, Гастингсу. Так или иначе, это она отправляла письма в надежде искупить свою вину.

Дафна кивнула: ее слишком ранило предательство служанки, чтобы думать об этом сейчас.

— Что ж, похоже, все разрешилось.

— Почти все.

Уголок губ Хью дернулся вверх в полуулыбке. Конечно, Дафна покраснела и, разумеется, он рассмеялся.

Ее сердце забилось чаще под его обжигающим взглядом.

— Вечно ты меня дразнишь.

— У тебя роскошные волосы, — промурлыкал он и медленно провел щеткой от макушки до талии.

Ощущения, которые она испытывала, меркли в сравнении со зрелищем перекатывающихся под гладкой кожей мышц его могучих рук. Он был совершенно неотразим в своем экзотическом халате. Дафна взглянула на свое отражение и нахмурилась. Даже в своей лучшей ночной сорочке она выглядела слишком чопорной, не то что дамы в воздушных кружевах, к которым он наверняка привык.

Дафна перевела взгляд с закрытого ворота своей рубашки на глаза Хью в зеркале и задохнулась: черты его лица казались жесткими и опасными, а в глазу пылал огонь. Хью положил щетку на туалетный столик и взял Дафну за плечи, притягивая к себе, пока она не почувствовала спиной его готовое к бою естество. Он двинул бедрами, касаясь возбужденным членом ямки между ее лопатками, глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Выражение его лица говорило о наслаждении, которое он испытывал.

Дафна смотрела на его отражение; может ли быть что-то более чувственным, чем доставлять любовнику удовольствие и видеть при этом его лицо? От этого хотелось ублажать его сильнее, довести до безумия, как он доводил ее.

Дафна обернулась и положила руки на его бедра, потом развязала пояс халата и развела в стороны полы. Сердце так забилось, что ей показалось, будто Хью тоже его слышит.

Она посмотрела на его возбужденную плоть и судорожно вздохнула. Ее взгляд скользнул к узкой полоске волос в центре твердого мускулистого живота, которая тянулась вверх и рассыпалась на груди множеством золотистых волосков. Когда она сжала его член в кулаке, Хью содрогнулся и подался ей навстречу.

— Дафна… — Короткое слово, словно вырванное у Хью из уст, прозвучало как молитва, как приказ, как мольба.

Она провела рукой по всей его длине от основания до гладкой головки. Кожа была нежнее, чем у младенца, но таила под собой определенно мужественную твердость. Ее пальцы стали влажными, и она попросила, не в силах оторвать взгляд от его члена:

— Позволь мне о тебе позаботиться.

Хью взглянул на нее из-под опущенных век:

— Погладь меня еще — это чудесно.

В зеленом глазу полыхал огонь страсти, голос стал глубже обычного. Дафна просунула руку ему в промежность и сжала яички, поражаясь хрупкости мужского тела.

— О боже, да! — прорычал Хью, и Дафна улыбнулась примитивному желанию в его голосе, гладя его все более уверенно, исследуя его очертания.

Она собрала на большой палец источаемую им влагу и использовала ее вместо смазки. Когда ее рука поймала ритм, который был ему приятен, Дафна наклонилась и лизнула головку.

— Черт побери! — сорвалось у Хью с губ, и он шире расставил ноги, чтобы приблизиться к ее рту.

Дафна взяла в рот только головку, продолжая мягко поглаживать основание члена.

— Да, вот так, — хрипло выговорил Хью, обвел рукой ее подбородок и коснулся того места, где ее губы обхватили его возбужденную шелковистую плоть. Он низко, по-звериному зарычал, заполняя и растягивая ее рот. — Прими меня глубже. Да… именно так.

Он запустил пальцы ей в волосы, слегка придерживая голову, и Дафна с изумлением обнаружила, что для такого занятия важно координировать усилия. Тем не менее по тому, как Хью дышал, было понятно, что он едва сдерживается: видимо, у нее получилось доставить ему удовольствие.

Ободренная, она сжала в кулаке основание его члена, и движения Хью сразу же вышли из-под контроля, он содрогнулся, скользнул пальцами по ее губам, и Дафна почувствовала, как все его тело напряглось, прежде чем он отдернулся, удержав ее на месте, когда она попыталась следовать за ним.

Дафна смотрела как завороженная, как он несколько раз грубо дергает себя и изливается на свой живот, с каменными от напряжения мышцами, пока его тело принимает взрыв наслаждения, а потом еще один и еще.

Она никогда еще не имела ни над кем такой власти — и не испытывала такого обжигающего желания.

Глаза Хью чуть приоткрылись, его все еще шатало после разрядки, грудь тяжело вздымалась, а лицо озаряла довольная улыбка, как у кота, объевшегося сметаны.

— Ты заставила меня почувствовать себя зеленым юнцом, который впервые делит постель с певичкой из варьете.

Лицо Дафны запылало, и она потупилась, а Хью обвел пальцем контур ее губ и устало рассмеялся:

— Что? Ты меня стесняешься? После такого?

Дафна смотрела на его обнаженное тело со все возрастающей похотью, пока он приводил себя в порядок, стоя к ней спиной, так что она могла видеть его длинные мощные ноги, крепкие мускулистые ягодицы, переходившие в невероятно широкую спину и плечи. Он налил в таз воды из кувшина, вымылся и, бросив губку на пол, повернулся, застав Дафну с приоткрытым ртом. Его губы немедленно расползлись в порочной удовлетворенной улыбке. Он взял ее за руку и повел к постели. После того как она забралась на кровать, он лег рядом и накрыл их обоих простыней. Хью повернулся на бок, глядя ей в глаза, а его умелые пальцы принялись расстегивать пуговицы ночной сорочки, пока не дошли до пупка. Он взглянул на ее обнаженные груди и застонал.

— Мне бы очень хотелось проникнуть в тебя и довести до пика. — Теплая сильная рука скользнула по ее боку, груди, вызывая мучительное наслаждение. — Но твоему старичку любовнику нужно время, чтобы подготовиться к бою, так что придется нам найти другое развлечение.

Он отвел от ее лица выбившуюся прядь, скользнув чуть шершавой теплой рукой по лицу и шее, прежде чем наконец остановился на груди. Он обвел пальцем уже отвердевший сосок, и Дафна закрыла глаза.

— Это из украденной у меня книжки ты почерпнула свои впечатляющие новые навыки? — шепнул Хью, прежде чем взять ее сосок в рот.

Все мысли вылетели у нее из головы, и она выдохнула, не узнав собственного голоса:

— Одолженной.

Хью тихо рассмеялся.

— Хочешь растянуть удовольствие или получить как можно быстрее?

Не открывая глаз, она задумалась. С одной стороны…

Рука Хью скользнула по ее животу к бедрам и, достигнув цели, обхватила пушистый холмик сквозь тонкий хлопок, не шевеля