Сердце и порох. Книга первая - Э. Б. Голден

– Я тебя никогда не прощу.

Сцена пятидесятая

Бреган

Сейчас

Тяжелые серые облака над штабом грозили разразиться скорым дождем. Бреган поднял воротник куртки – которую Найф каким-то чудом умудрилась зашить и отмыть после налета – и поспешно спустился по ступенькам. Задумавшись, коснулся бедра, схватил пальцами воздух, утер пустую ладонь о штаны. Сегодня ему не нужен был пистолет. Главное – придерживаться плана. Несколько полицейских ждало в таверне неподалеку от причала, где должны были выгрузить поставку Дрейфи. Их можно было позвать, если понадобятся, но он должен был только проследить, кто придет за грузом, а не нападать.

Как же хорошо было наконец-то заняться делом.

Пять дней в засаде. Казалось, он стоял на краю прилива, и с каждой волной его ноги уходили все глубже в песок. Он едва мог сосредоточиться на «Куне и Инсее», плохо спал на полу в окружении запахов и звуков присутствия Фирин, а та игра, что она вела, и вовсе сводила его с ума.

Он думал, что, решив поставить «Куна и Инсею», сражаясь за лучший Луисонн, они боролись и друг за друга. Святые, он ведь сказал, что любит ее. А она вместо ответа поцеловала его, убедила сыграть в «Куне и Инсее», а потом оттолкнула, словно ничего этого и не было. Он даже начал думать: может, это из-за того, что он сказал ей о том нодтакте; может, она решила, что он сходит с ума, но в глубине души он знал, что дело не в этом. Каждое утро его сердце замирало, просыпаясь, уверенное, что он откроет глаза, а она испарится, и на этот раз навсегда.

Бреган не узнал отца, пока чуть не врезался в него.

Они замерли посреди площади перед штабом, выдыхая облака пара. Бреган не видел отца почти две недели. Он спать-то едва успевал между полицейской работой и репетициями. Казалось, они поругались в том холле в прошлой жизни.

– Вот это сюрприз, – ворчливо сказал па. – А я-то думал, ты решил все свое будущее протанцевать.

– Если ты это про «Куна и Инсею», то говори прямо, – сказал Бреган.

Отец наверняка читал о постановке в газете, как и все остальные. О решении Хулея спонсировать «Тайных Игроков» говорил весь город.

Где-то вдалеке заворчала гроза. Па переступил с ноги на ногу:

– Не доверяй этой женщине.

– Кому? Мезуе?

Тюрьма высекла на лице па глубокие морщины. В глазах блестела новая паранойя.

– Испортит она твою девчонку, прямо как твою ма.

Его слова сомкнулись на горле Брегана, словно рука.

– Не собираюсь это обсуждать.

Па преградил ему дорогу:

– Ты совершаешь ошибку, сынок. Твое будущее – в полиции. – Все тот же затертый до дыр спор. – Неужели сам не видишь, что девчонка тебя уже использует?

Бреган обошел отца:

– У меня дела.

Доехав до места на повозке, он нырнул на бурные абсурдные улицы Пальцев – куска Округа рабочих, идущего вдоль южного берега Луисонна. Сотни причалов и пристаней тянулись в сумрачный залив, похожие на поднятые руки толпы или на бунт. Бреган направился в западную часть, где должны были выгрузить поставку Дрейфи.

Несмотря на ливень, на Пальцах кипела жизнь. Люди маршировали взад и вперед по доскам причалов, периодически останавливаясь, чтобы пропустить рабочих, выносящих ящики с кораблей на береговые склады, выдыхая облака пара.

По адресу на квитанции Бреган нашел несколько складских блоков, выставленных невысокими рядами, словно армия, готовая атаковать океан. Во главе стоял тощий домик с офисом. С косой крыши лил водопад.

Внутри при свете тусклой лампы сидел принимающий офицер и разговаривал через маленькое окошко с моряком. Тот стоял с непробиваемым спокойствием человека, который больше не замечал дождя в принципе. За грозой было неслышно, о чем они говорят.

Моряк кивнул, потом крикнул в сторону причала:

– Выгружаем в пятьдесят шестую!

Поставка Дрейфи.

Несколько моряков в одинаковых торговых униформах вытащили с шатких лодок ящики. Бреган остановился, чтобы дать им пройти, и взглянул на залив. Было неясно, с какого корабля спустили груз, но это вряд ли имело значение. Судя по одежде, это были просто нанятые перевозчики. Если Дрейфи хватило мозгов, он вряд ли сказал им, что внутри.

Брегану даже не пришлось топтаться вокруг долго, чтобы вызвать подозрение, потому что моряки быстро закончили и вернулись. Нырнув под карниз заброшенной лавки, он стал ждать. Квитанция гласила, что платить будут во время выгрузки, так что он наблюдал за домиком принимающего офицера.

Но никто не пришел.

Он ждал, пока не онемели пальцы, пока не кончился дождь. Облака стали гуще, берег опустел. Рабочие и моряки разошлись на ночлег. Когда принимающий офицер погасил лампу, отрицать стало бесполезно. Никто не собирался приходить.

По замороженной и без того покрытой мурашками коже пробежала дрожь. Мог ли Дрейфи бросить груз? Проболтался ли кто-то, что полиция в курсе?

Потерев пальцы, Бреган направился к офису. Когда он постучал по окошку, то немедленно распахнулось.

– Что? – спросил скрипучий старческий голос.

– Я по поводу пятьдесят шестой.

– Ну наконец-то. Деньги с собой?

Лампа снова вспыхнула, освещая морщины торговца, не видевшие морской соли за годы под защитой стен его каморки. При ставах только торговцам разрешалось владеть жильем в порту. Рабочие могли только грузить и разгружать товар. Теперь и это могло со временем измениться.

Бреган достал из-под одежды полицейские документы. Даже будучи в кожаном кошельке, они отсырели. Он протянул удостоверение офицеру.

– Я здесь от имени временного президента. Мне нужна информация об этом грузе.

Мужчина присмотрелся к бумагам. Взгляд маленьких слезящихся глаз стал острее.

– Там просто соль из Силиаса.

– Для кого?

– Написано, для какого-то Оски.

Оска – ворставское имя, которое могло принадлежать сотням мужчин любого класса.

– Дайте документы посмотреть.

Помедлив, мужчина поднял лампу. Пошуршал в стопке бумаг и протянул одну Брегану.

– Написано, сегодня, но мы никого не видели. Еще заплатить должны, только потом получать.

Цена на документах совпадала с квитанцией. По коже Брегана забегали нехорошие мурашки.

– Соберите все, что у вас есть на эту поставку. Я ее конфискую.

Он отошел, прежде чем офицер успел возразить, и повертел головой в поисках посыльного. Один тут же появился рядом, словно бы из воздуха. Портовая пристань была прибыльным местом для передачи сообщений. Вложив в руку девочки монету, Бреган послал ее за остальными полицейскими в таверну на другом конце дороги. Сам он направился за принимающим офицером к длинным рядам низких каменных ячеек. Огромная связка ключей позвякивала при каждом шаге старика.

Без шума дождя ночь казалась угнетающе тихой.