Крыло богини и мягкое перышко для нее - Тата Шах

и мы сможем поселиться в деревне, вызвало не меньший ажиотаж. Воины и парни с удовольствием начали строить планы, объединяться для заселения. Все же тридцать небольших домиков с одной комнатой и двумя предназначены для временного проживания. Нам придется заселяться по несколько человек, благо семейных не так много.

В последний дом заходили вместе с Каринием. Друид сегодня выглядел отдохнувшим и вполне общительным.

— Вот бы также с разломом управиться!

Воевода хохотнул неприлично громко. Шикнула на него, уже слыша какое-то поскуливание. Определив направление откуда идут звуки, ринулись во двор. Врединка нашла их первой. В самом углу двора под ворохом веток и листьев.

Озлобленная волчица прикрывала щенков. Их было пять любопытных носика, выглядывающих из-за мамки. Не рискнули подходить близко, рассматривая сюрприз.

Посыпались предложения. Одно из предложений нашло отклик у всех.

— Ее убить, помет приручить.

Но тут один щенок несмело вылез вперед, кособоко переливаясь лапками, уж больно попа его тормозила, пополз к нам. Тощая волчица и упитанные волчата. Но странным было другое. Щенок не боялся нас, тявкал он скорее для профилактики, или переговаривался с собратьями. А еще он был белоснежным с черными пятнами. Короткая, но пушистая шерстка вызывала умиление.

«- Надо же, похож на Тимоху. Уж не брат ли его? — Врединка видела иначе, для нее хищник был просто щенком, — этого берем себе. Смотри волчица не против».

Действительно, волчица игнорировала вояж щенка, будто смирилась с тем, что тот не останется с ней. Потом и вовсе удивила всех. Подскочила к нему и толкнула ко мне мордой, заставляя кубарем подкатиться к моим ногам.

Тот тявкнул и потянулся ко мне, игнорируя окружающих. Когда я его подхватила, с удовольствием устроился на моих руках. Так вот как работает перерождение в мире!

И как нам договориться с волчицей. Одного щенка нам спихнула. Остальных не отберешь. Стоило друиду подойти к ним, она заскулила прикрывая тощим телом. А ведь Сальмогор наверняка мог бы приручить и ее.

— Оставим здесь. Подрастут щенки и она уйдут.

— Будем помогать.

Отдали без сожаления ей сухое мясо, которое прихватили с собой в дневном пайке. Волчица не накинулась на еду, выждала, когда мы уйдем. Тимоха с грустью прощался с ней. Подозреваю, щенок понимает, что его уже не примут обратно.

— Не переживай малыш. Ты обрел самую любящую подругу. Я тебя буду защищать.

Он уложил на мое плечо мордочку, тяжело порыкивая. Врединка крутилась рядом, повизгивая от радости.

«- Я знала! Вот он, вырастим такого же добряка каким был!»

И ведь ни капли сомнения, что судьба привела к нам Тимоху в другом перерождении. Но если они и просто похожи, щенок потянулся ко мне, волчица подтолкнула своего малыша к моим ногам, словно знала, что он мне нужнее. Или все это совпадение, и она лишь откупилась, прося позволение остаться в своем логове?

Так и несла своего Тимоху до лагеря. Там поднялся настоящий ажиотаж. Новость о том, что источник тьмы скоро выгорит перемежался с новостями о найденной волчице и зачистке всей заимки. Народ приходил по одному познакомиться с доказательствами перерождения души у животных. И Тимоха как на заказ узнавал их. Потянулся к сыну и дочки, ласково потерся об руки Арты, признал братьев Тереховых, которые никогда не баловали моего пса, но почему-то не забывали подкормить мясом, словно уважали в нем именно волчьи корни, хищника лесов.

Решили пока не торопиться, занять и обустроить домики успеем. Вот когда тьма окончательно покинет заимку, тогда и возьмемся за восстановления домов. Нас теперь расспрашивали чего не хватает в домах, что необходимо для обустройства. Я возвращалась к необходимости создания продуктовых запасов, о том, что не мешало бы сколотить самую необходимую мебель и обязательно сена для лошадей, дров для создания тепла и уюта.

Кто-то припомнил, что в горах морозов под сорок не бывает, как в низине, но здесь властвуют ветра. Мороз под тридцать тоже бывает. Народ разделился окончательно. Трое парней и все воины присоединились к охотникам, поставляя к вечеру целые туши животных на салазках, смастеренных нашими умельцами. Несколько ребят вспомнили науку родителей и строгали доски в ручную. Мебель получалась грубоватая, все же необходимого набора инструментов никто не догадался с собой взять. Но все решили, что и такая пока сойдет. Девушки разделились на два лагеря. Одни собирали последние дары природы, лекарские травы. Другие набирали и сушили мох с травой лесянкой вперемешку, шили матрасовки, набивали их. Подушек было наперечет и кто-то предложил сокольничему отвести народ к гнездам, чтобы собрать перьев. Благо одеял хватало.

Время шло. Три дня сменились неделей. Никто уже не караулил дома с источником тьмы. Ящеры улетели, обещая предупредить об опасности. По их картинкам можно было понять, что зимой тьма спит чаще. Если ее не тревожить можно дожить до весны.

Мы выжидали неделю, прежде чем начать заселяться. Как я и предполагала домов на всех не хватило, поэтому заселялись по трое, а то и по четверо. Лишь семейным достался отдельный домик. И то, со мной вместе заселились обе няни. Сальмогор заселился с сокольничим. К братьям Тереховым попал один из парней. Мебели пока не хватало, стелили матрасы прямо на пол, благо вещи можно было оставить в баулах и сундуках. Мыли дома ударными темпами. Уже к вечеру к каждому дому подвезли первую партию дров. Засыпали в тепле с надеждой на будущее.

И вот ведь в этот момент с тоской вспомнила свой уютный столичный дом. Почему мне пришлось бежать? Отчего не уйти было им? Интересно, воевода получил наше сообщение? Они уже успели расторгнуть наш брак и соединиться в новом союзе? Жаль, что я выбрала его. Как-то в дороге Карний сказал, что ошибся с характером своего приемника. Думал тот умнее, а он не видит ничего под своим носом. И почему-то попробовал обнадежить.

— Я верю, что он одумается, посмотрит на нее в жизни и одумается. Любить картинку проще.

Хмыкнула тогда и рассмеялась.

— Так поздно будет. Или второй раз можно войти в одну реку?

— Отчего же не попробовать исправить?

— Вы не правы, Карний. Жить с ним и постоянно оглядываться, думать а не любит ли он по-прежнему! Никому не желаю такой участи и себе в первую очередь. Он выполнил свое предназначение. Защитил нас от влияния князя. А дальше мы уж как-нибудь сами.

Вот и с утра придя ко мне домой, прежде чем начать помогать во дворе, вдруг потянулся к моей руке. Погладил тату,