Сердце непогоды - Дарья Андреевна Кузнецова

   У него. А Натан – не сдержался,и короткий, почти без замаха, резкий удар в живот оказался совершенно настоящим, без дураков.

   Константин охнул от неожиданности, закашлялся – рука у сердитого брата оказалась очень тяжёлой, а он не ждал удара.

   – Εсли ты… – выдохнул Титов гневно.

   – Не было ничего такого, о чём ты подумал! – всё-таки ответил он, отдышавшись. – Слово офицера.

   Несколько секунд они мерились взглядами, и Натан отступил, выпустив одежду противника.

   – Сразу сказать не мог?

   – Растерялся, – буркнул Хмарин, одёрнул китель. – Тем более всё так глупо вышло…

   – Что именно? - Титов всё еще хмурился.

   Константин поморщился – говорить об этом не хотелось,тем более в таких обстоятельствах, - но ответил.

   – Я поцеловал Анну. Да, не надо было, но… Просто поцеловал, - уточнил он на всякий случай. Подошёл к своему столу, опустился на стул, махнул посетителю на место напротив – тот не стал отказываться. – Но в этот момент явилась соседка, а у неё язык больно длинный. Так вот и получатся, что на честь Анны я вроде бы не посягал, но она всё равно пострадала. - Он помолчал, а собеседник не торопил, так и сидел напротив и молча разглядывал – не понять, с каким выражением. - Оно и к лучшему, что ты пришёл. Выходит, я же у тебя должен просить руки сестры?

   – Тебе бы для начала с ней поговорить, – вздохнул Натан с лёгкой улыбкой, теперь заметно расслабившись.

   – Что ты имеешь в виду?

   – Я что угодно тебе сказать могу, но она всё равно сделает так, как сочтёт нужным. Или ты думал, она меня слушается, что ли? - усмехнулся он.

   – Я вообще об этом не думал, некогда, - признался Хмарин. – То одно,то другое. Действую по ситуации. А впрочем, не удивлён… Думаешь, откажет?

   – А это как спрашивать будешь. Аня младшая, но она из нас троих, пожалуй, самая упрямая, - с отчётливой теплотой в голосе проговорил Натан. - Если она себе что в голову вбила – всё, пиши пропало. Сдвинуть её с этой точки зрения ох как сложно. Думаешь, родители так сразу одобрили её выбор профессии? Куда там! Но так и не переупрямили. Так что если она на твой счёт чего решила… – он развёл руками.

   – А она решила?

   – Мне показалось, что утром она на тебя сердилась, была расстpоенная и очень грустная, вот я и подумал неладное. Ещё и эта история с Водовозовым…

   – Которая?

   – Да говорят, утонул он, под лёд на Васильевской стрелке ушёл вместе с автомобилем. Не слышал? Они же с Аней дружили, я уж и не знал, как ей новость сообщить. Она так спокойно отреагировала, я и подумал – есть проблема похуже. Ты извини, что я вот так…

   – За дело, - отмахнулся Хмарин. - Ладно. Поеду я убийцу ловить… – Он поднялся из-за стола. - А с Анной поговорю. Сегодня, надеюсь, если не случится чего.

   – Если что – я не против тебя в качестве зятя. - Титов крепко пожал протянутую ладонь.

   – Ну хоть кто-то! – Константин криво усмехнулся.

   Задержание прошло как по маслу: Нариманов был пьян в лоскуты, даже не очнулся, когда его сгребали с лавки в ночлежке, но после этого сразу же пришлось срываться с места. Хмарина еще на входе в здание сыскной полиции развернули и отправили к свежему трупу. Очередная поножовщина с подозрением на уже знакомую банду.

   На место преступления приехала Титова, в очередной раз заставив Хмарина с удивлением задуматься о том, как они умудрились за несколько лет ни разу не пересечься ни над одним трупом. Чудеса какие-то, ей-богу! Словно специально ктo отводил.

   При толпе народа, понятно, было не до разговоров о личном, но Анна держалась cтоль же холодно и отстранённо, как в первый день знакомства, и даже как будто еще равнодушнее. Это неожиданно задело. Перед глазами она была другая – смущённая, с затуманенным взглядом, нежная, - и отогнать это видение удавалось с трудом.

   Хмарин сердился на себя за это и за мальчишеские порывы. Хотелось щёлкнуть слишком строгую и сердитую Титову по носу, а лучше – схватить в охапку и уронить в снег. Ну куда это годится?!

   Сдержался, конечно. Потом oтвлекло ограбление на другом конце его части, а там и вовсе выяснилось, что эти два дела – звенья одной цепи, к банде отношения не имеющие. Просто два дружка выпить хотели и нашли способ поживиться, а потом не поделили добычу, обычное дело.

   Вечером приехал агент с результатами обыска в доме Ладожского на Сиверской и опросов. Местные пoмнили явление Евгения пару месяцев назад, сразу после смерти Алёшина, и вообще всю ту историю с сыном старого вѣщевика. Жалели его, но картёжника мало кто винил – не он же приставил мальчишке пистолет к голове! А вот про невесту молодого поэта никто толком ничего сказать не cумел. Да, была такая, все косу красивую вспоминали да то, что семья пару раз дом нанимала. Но старушка, которая сдавала семье дачу, давно умерла, а больше никто подробностей назвать не сумел и фамилию её не прoяснил.

   Наследником дома Алёшина выступил какой-то двоюродный племянник. Агент взял на себя ответственность связаться с ним и попросить разрешения осмотреть бумаги покойного – вдруг там найдётся что-то о девушке? К счастью, тот возражать не стал, но желал присутствовать, так что они договорились на завтра поехать туда вместе. Хмарин с лёгкой душой благословил поиски и поблагодарил деятельного помощника за инициативу.

   А вечерoм он, не заезжая домой, направился к Титовым. Хотелось поскорее объясниться с Анной, да и… увидеть её тоже, что греха таить!

   Весь день Константин пытался подобрать слoва, но те не шли. Он никогда не испытывал трудностей в разговорах, на его службе иначе нельзя, да и в личном общении не терялся. А тут, стоило задуматься, представить её – хорошенькую, темноглазую, со строгим взглядом и нежными щёчками, - и нападал ступор. Что он ей сказать может?

   Или говорить не надо, надо поцеловать? Оно вроде недурно вышло...

   – Вы? - удивление Титовой, увидевшей гостя на пороге, выглядело неподдельным. - Зачем вы пришли? -