Цена (не) её отражения - Тория Кардело

«Это не реально. Это не реально. Это не реально».

Мысли повторялись заевшей пластинкой. Но подсознание кричало:

«Ты не сошла с ума! Она здесь. Настоящая. И это не просто галлюцинация».

Двойник приблизился настолько, что Аля почувствовала аромат свежевыпавшего снега и лаванды, слишком сильный, почти удушающий.

Онабыла здесь. С каждой секундой становилась всё более плотной, всё более реальной. Аля замечала, что сквозь неё уже не так отчётливо видны очертания комнаты. Двойник обретал вес, субстанцию, существование.

— Кто ты? — прошептала Аля, еле ворочая пересохшим языком. — Ты реальна?

Она улыбнулась. В этой улыбке не было ничего хорошего: слишком широкая, слишком идеальная, неестественная. Уголки губ поднимались выше, чем должны у человека. Глаза оставались холодными, без малейшей искры жизни.

— А как ты думаешь? — голос звучал мелодично, но с едва заметным эхом, словно доносился издалека.

Подсознание Али судорожно искало объяснения: галлюцинация? Спит ли она? Может, она всё ещё на Ткани Снов, и происходящее — просто иной уровень сна?

Но другая, более древняя часть разума — та, что в детстве заставляла верить в монстров под кроватью — шептала: здесь что-то другое. Что-то потустороннее. От этого не избавиться простым уничтожением ключа.

Люстра мигнула, и на долю секунды силуэт двойника стал полупрозрачным. Аля увидела сквозь него свой письменный стол, затем фигура снова обрела четкость, но что-то неуловимо изменилось.

«Она не такая плотная, как на Ткани Снов. Она… она как призрак».

— Ты призрак? — спросила Аля, и собственный голос показался ей чужим, слишком громким в этой звенящей тишине.

Двойник запрокинул голову и засмеялся — мягко, мелодично, но от этого смеха холодела кровь.

— Нет. Я — ожившая часть воображения. Но возможно, совсем скоро я получу настоящую жизнь.

Эти слова ударили, как пощёчина.

«Настоящую жизнь? Что это значит? Как воображение может получить жизнь?»

— Уходи! — закричала Аля, наконец обретая контроль над собственным телом. Сделала шаг назад, но упёрлась спиной в дверь.

— Зачем же? — двойник наклонил голову, изучая её с любопытством ученого. — Я часть тебя, Аля, и ты дала обещание. Тебе нужно его исполнить, а не нарушать. Не обрывай путь к счастью.

Ее голос менялся, становился более глубоким, обволакивающим, словно говорил хор.

Комната вокруг них начала меняться. Стены словно ожили, обои колыхались, как водоросли в подводном течении. Зеркало на столе мерцало, отражая не реальность, а другой, туманный, теневой мир.

— Может, я просто сошла с ума? — произнесла Аля вслух, цепляясь за последнюю надежду на рациональное объяснение.

— Желание и возможность жить лучшую жизнь — благо, а не сумасшествие, — каждое слово отдавалось ледяной дрожью в позвоночнике Али. — Разве не этого ты хотела? Быть лучше? Быть совершенной? Быть любимой?

Аля резко дёрнула ручку двери за спиной и выскочила в коридор. Холодный воздух ударил в лицо, возвращая к реальности.

— Нет! — закричала она. — Уходи! Исчезни!

Захлопнула дверь, прижалась к ней спиной, словно удерживая невидимых монстров. Колени подгибались, она сползла на пол, обхватила себя руками.

«Что делать?»— эта мысль неудержимо билась в мозгу. — «Кому рассказать? Кто поверит?»

И тут же в голове всплыл ответ: Роман. Он поймет. Он знал о Ткани Снов. Он сновидец. Если кто-то и сможет увидеть её двойника, то это он.

Аля достала телефон и дрожащими руками набрала сообщение:

«Пожалуйста, приезжай. Срочно. Она здесь. Моя копия из Ткани Снов. Она в моей комнате».

Палец завис над кнопкой «отправить». А что, если её двойник читает мысли? Что, если он передаст их Агате? Тогда Прядильщица Снов узнает, что Роман раскрыл ей правду, и… Аля даже не хотела думать, что она сделает с ним.

Но страх был сильнее. Сообщение улетело получателю.

Осторожно поднявшись на ноги, она на цыпочках прошла на кухню, заперла дверь. Включила чайник, чтобы отвлечься, чтобы не сойти с ума от напряжения. Звук закипающей воды казался оглушительным в этой тишине.

Телефон молчал. Сообщение было доставлено, но не прочитано. Аля позвонила Роману — гудки, гудки, голосовая почта. Ещё раз — тот же результат. С каждым неотвеченным звонком паника нарастала.

«Где он? Почему не отвечает? Что, если с ним что-то случилось?»

Аля механически заварила чай, но запах мяты, обычно успокаивающий, сейчас ощущался чужим и неуместным, а горячая чашка не согревала руки.

От скрежета в замке входной двери Аля подпрыгнула. Сердце ушло в пятки, рука сама потянулась к ножу на кухонной стойке.

— Аля? — мамин голос прозвучал, как обычно, слишком бодро. — Ты дома?

Аля выдохнула, отпуская нож. Металл колокольчиком звякнул о столешницу — этот звук вернул её к реальности.

— Да, на кухне, — ответила она, стараясь не выдавать своего испуга. Но слова царапали горло.

Дверь на кухню открылась, вошла мама — в новом деловом костюме, с пакетами продуктов.

— Ой, а почему ты не в постели? — спросила мама, поставив покупки на стол. — Тебе лучше? Ты вся дрожишь, что случилось?

— Ничего, — Аля постаралась улыбнуться дрожащими губами. — Просто посмотрела страшный фильм, немного напугалась.

— Фильм? — мама подняла бровь. Морщинка между её бровями — признак сомнения, который Аля знала слишком хорошо. — А как же твоя болезнь?

— Мне уже гораздо лучше. Завтра пойду в школу. Просто… просто задремала днем, и мне приснился кошмар. А потом решила отвлечься фильмом, но выбрала какой-то слишком страшный.

Мама посмотрела с подозрением, но потом её лицо смягчилось. Морщинка разгладилась, уголки губ приподнялись в улыбке.

— Ты всегда была впечатлительной, — она начала разбирать продукты, и шуршание пакетов заполнило тишину. — Помнишь, как в детстве боялась монстров под кроватью? Мне приходилось проверять каждый вечер.

Алю осенило.

«А что, если мама тоже сможет увидеть моего двойника? Что, если он реален не только для меня?»

— Мам, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал обыденно, — зайдешь на минутку в мою комнату? Я хочу тебе кое-что показать.

Комната пустовала. Никаких призраков, никаких двойников. Просто стены, кровать, стол, шкаф. Знакомые предметы, привычная обстановка. Всё как всегда, за исключением…

— Что ты хотела показать? — спросила мама, оглядываясь.

— Я сняла картину, — Аля указала на пустую стену, где раньше висел её портрет, но теперь осталось только светлое пятно от рамы. — Подумала, может, сделать коллаж из фотографий? Тут как-то пусто стало.

— О, хорошая идея, — откликнулась мама с энтузиазмом. — Сейчас принесу альбом, посмотришь.

Она вышла из комнаты, а Аля осталась одна, оглядываясь по сторонам.

«Куда исчез мой двойник? Почему мама его не видела? Может, мне действительно всё привиделось?»

Но внутреннее чутьё подсказывало — нет, не привиделось. Он где-то здесь, невидимый, наблюдающий. Аля чувствовала его присутствие в лёгком движении