Дорогая Шарлотта - Катерина Слезовская

заехать домой — мне нужно было просмотреть срочные документы, захвачу с собой, посмотрю у неё. Только освежусь и пероденусь. — Эдваард! Ты вернулся! — выпорхнула меня встречать Люсиль — Пойдём выпьем чаю? — Нет, Люсиль, я только переоденусь и уеду. — сообщил, повисшей на мне девушке — Сегодня переночую в поместье ле Бринов. — Что? Но зачем? — захлопала она на меня глазками — Разве так принято? — Шарлотта... - скривился я. Неприятно, не хочется ей рассказывать о том, что случилось. — Она опять что-то натворила? — надула губки Люсиль — Расскажи. — Нет, это не важно. — попытался отмахнуться, но она вдруг обхватила ладошками мои щёки и чмокнула в нос. — Ну что там случилось, Эдвард? Мне же интересно! Что она опять сделала? И... Я рассказал обо всём, что случилось. Меня как прорвало, высказал всё накопившееся. — А не могла Шарлотта всё это подстроить? — задумалась моя крошка — Ты не думаешь, что как-то слишком удачно совпало? — Хм, может быть. — тоже призадумался я и тут же ужаснулся от этой мысли — Нет! Конечно, нет. Ты что, Люсиль?! Ни одна девушка не будет подстраивать подобное. Что за глупости?! — Я имею ввиду, что... Она могла подстроить видимость. Ты же сам говорил, что Шарлотта хорошая актриса. — нахмурила бровки Люсиль — Конечно, я надеюсь, что это совсем не так. Но вдруг она пыталась скрыть свою тайную связь? — Не неси бред. — прорычал я. Она начинала меня бесить, говорила, прямо как Николетт ле Брин. — Я просто предполагаю. Не злись, милый! — снова сжала своими ладошками мои щёки девушка и на этот раз поцеловала губы — Может быть, мадам ле Брин и права насчёт проверки. — Это совершенно не важно, Люсиль. Шарлотта и так прошла через ужасное. — упрямо помотал головой, хотя в её словах что-то было — Будет жестоко подвергать её ещё и такому. — Но... Как это не важно, Эдвард? Это очень важно! — воскликнула крошка — Ничего страшного, если её проверят на невинность. Это и ей пойдёт на пользу. А если не захочет, значит уже будет понятно, что она не чиста. В этом есть смысл. Действительно, что такого в этой проверке? Потерпит немного и всё. Может быть действительно что-то с ней не так, вот и выясним. — Ну да, думаю, проверка необходима. — согласился я, всё больше чувствуя правильность этого решения. — И как можно скорее. — поддакнула Люсиль — Иначе она может что-то придумать и извернуться. Ты же знаешь, какая она. Знаю. Прекрасно знаю. Действительно нужно поторопиться. Но вот лекарю ле Бринов не доверюсь никогда. И не хочу, чтобы проверку делал мужчина. Есть у меня один знакомый доктор, она всё сделает как надо. И так будет спокойнее — и мне, и Шарлотте. Выдал приказ сразу же, что бы следующим утром уже знать результат. Сам же решил к Шарлотте не ехать — не хочу, и так слишком много дел. Даже думать о ней забыл, почти. Изредка всё ещё вспыхивал ужас сегодняшнего утра. Из-за этого портилось настроение и разболелась голова. Люсиль снова липла и просила внимания, но в итоге отослал её, чтобы не мешала работать — не тот настрой для любовных утех. Весь ужас моего поступка обрушился на меня следующим днём, когда в мой рабочий кабинет во дворце явилась доктор. Сам сказал сообщить о результатах сразу и сам же удивился, когда её увидел. — Добрый день, Ваша Светлость. — поклонилась женщина и протянула мне гербовую бумагу — Я выполнила Ваше поручение, вот официальное освидетельствование. Леди Шарлотта абсолютно невинна. — Ясно. Я... понял. — глухо протянул я — Как... Как себя чувствует леди? — Плохо, Ваша Светлость. — неодобрительно процедила доктор — Не понимаю, зачем было так с этим спешить? Бедная девочка и так пережила ужасное, а Вы решили сразу добавить ещё. Если позволите, совести у Вас нет. На бедняжке лица не было, еле силы в себе нашла мне хоть что-то ответить. — Ясно. — только и повторил я, сжимая в руках чёртов лист. Красивый такой, с гербом и печатями — настоящая грамота. О том какой я мудак. Потому что другого мне, видимо, не дано. Вспомнил трясущееся тельце в руках, заплаканное личико, и мне поплохело. Что же она должна чувствовать сейчас? Моя маленькая, что же я натворил?! Самому себе хочется морду разбить. Почему я решил провести эту грёбаную проверку? Не хотел же! Точно не хотел и другим запретил. Потому что понимал, каково будет Шарлотте. Так какого хрена я самолично выдал приказ?! — Ещё и мадам ле Брин эта. — недовольно продолжила женщина — Что за мать такая?! Или кто она ей? Не важно! Представляете, предлагала мне деньги, чтобы я сделала неправильное освидетельствование. Хотела очернить бедную девочку. Ужас просто! — Что? — опешил от такого мерзкого поведения — Эта тварь посмела провернуть такое?! — Хорошо, что Вы отправили меня, Ваша Светлость. — кивнула доктор — Иначе был бы скандал сплетённый из интриг. Ваша Люсиль, кстати, не лучше. — Что значит, не лучше? — кажется, мне с каждой секундой становилось всё хуже и хуже. — Я же сначала к Вам в поместье приехала, думала Вы ещё там. — развела руками женщина — Так Ваша... мадам попыталась отобрать у меня документ. Мол, сама передаст, но я отказала. Вы же сами просили срочно и в руки. Тогда она предложила у меня его купить. Тоже поди хотела подкинуть Вашей невесте проблем. Это ни на что не годится, Ваша Светлость. — Да, это очень странно. — болезненно потёр переносицу — Спасибо Вам за работу и честность. Мне действительно не стоило проводить эту проверку. Господи! Что же я натворил?! Как там сейчас моя малышка? Плачет? Проклинает меня? Ненавидит? Я бы ненавидел. Наверняка ей очень больно и тяжело. Нужно идти к ней. Срочно! Прямо сейчас! Бросил все дела и помчался к ней. У меня ещё совещание с Кассием назначено, важное. Но не такое важное, как Шарлотта! Заперлась, закрылась наглухо ото всех. Как я ни стучал не открыла. Переполошил весь дом, сказали что спит. Не знаю, страшно. Не открыла, и не откроет, наверное. Не мне точно. Готов был под дверью сидеть, но за мной приехал помощник, пришлось ехать. Чёрт! Еле отсидел проклятое совещание. Сорвался с места, даже не попрощавшись. Потому что пришло осознание, что она могла себе навредить. И вновь закрытая дверь без ответа. Собрался уже ломать, сыпал угрозами. Открыла. Слава богу, живая! Но то, что я увидел... Шарлотта не походила на себя. Она больше напоминала фарфоровую куклу — безмолвную, опустошённую, сломанную. Видеть её такой, это было