Взломай моё сердце, Уолтер - Криста Раэль

Я гнал в машине, нервно барабаня пальцами по рулю, в каком-то странном, мятежном состоянии. Рука тянулась к пачке сигарет, чтобы разжечь очередную. Этот нервный жест с каждым затяжным выдохом будто освобождал меня от чего-то невыносимого, но ненадолго, лишь на мгновение. Дым медленно поднимался вверх, наполняя салон привычным запахом, но даже он сегодня не спасал.

Почему? Почему меня так задевает мысль о ней? Ведь это же я говорил ей не привязываться, уверенно, глядя прямо в её глаза. Это я отгораживался, как будто знал, что так будет лучше, легче. Но в той студии что-то изменилось. Я думал, что моя ревность — просто привычная реакция, не более. Но стоило кому-то коснуться её, взглянуть на неё так, как я сам смотрел, и что-то во мне взрывалось.

«Почему меня так беспокоит эта рыжая?» — вопрос бил в виски. Почему я замечаю каждый её жест, каждую деталь, почему ловлю себя на том, что хочу быть с ней рядом, чувствовать её? Господи, всё стало запутанным.

Проехав на красный, я даже не заметил, как сигнал светофора сменился. В голове шумело, мысли куда-то улетучились, и тут вдруг…

Резко тормозя, я почувствовал, как холодный страх волной накрыл меня. Прямо у обочины стояла женщина, а рядом — маленькая девочка. Моё сердце заколотилось так, будто пыталось вырваться наружу. Я смотрел на неё через стекло — не дыша, не веря. Это невозможно. Просто невозможно.

Казалось, что мир вокруг замер: ни звука, ни движения. Только эти два лица, мать и дочь. Девочка — с белокурыми, словно солнечными волосами, и глазами цвета лесной зелени — смотрела прямо на меня. Глаза… Мои руки непроизвольно сжались на руле. Эти глаза были точь-в-точь, как у Изи… Моей маленькой Изи.

Каждая черта лица этой девочки, эти губы, эти веснушки, что проступали на нежной коже, заставляли мой разум метаться между паникой и надеждой. Но как это может быть? Как? Я помню тот день, когда Мелони сказала, что её больше нет. Она избавилась от неё. Но стоило мне увидеть это маленькое лицо, как вся эта правда, в которую я пытался верить, рухнула.

— Детка, пошли! — голос женщины был тихим, почти как шёпот.

Она потянула девочку за руку, и та, чуть замешкавшись, взглянула на неё, едва оторвав свой взгляд от моего.

Не успев подумать, я рывком открыл дверцу машины, будто меня подталкивала невидимая сила. Движения стали резкими, инстинктивными, сердце стучало так, что заглушало все звуки вокруг. Я оставил машину прямо посреди дороги, не обращая внимания на сигнал автомобилей позади. Просто нужно было узнать. Просто убедиться, что я не сошёл с ума, что это не она.

— Подождите, пожалуйста! — голос сорвался с губ раньше, чем я успел осознать, что говорю.

Словно единственная нить, державшая меня в реальности, тянулась к ним, не позволяя отпустить.

Женщина, вздрогнув, обернулась и тут же инстинктивно заслонила девочку собой, словно хотела спрятать её. Защитить. В глазах промелькнуло что-то настороженное, недоверчивое.

— Что вы хотели? — спросила она, слегка поджимая губы. Её голос был напряжён, будто каждый звук ей давался с усилием.

Я остановился, сделав несколько быстрых шагов. Сердце неслось вперёд меня, стучало глухо, заглушая разум. От взгляда на эту малышку — её светлые волосы, похожие на лучи зимнего солнца, и эти зеленые, серьёзные глаза — всё внутри меня сжалось.

Может, это игра воображения? Плод фантазий, оживших в воспалённом сознании? Но я просто не мог отпустить это чувство, слишком сильное, будто натянутая струна, которая вот-вот лопнет. Я взглянул в глаза женщины, пытаясь прочитать её, понять хоть что-то.

— Я понимаю, как это выглядит… — начал я медленно, стараясь успокоить голос, сделать его менее настойчивым. — Но… Сколько вашей дочери лет?

Женщина нервно посмотрела в сторону, избегая моего взгляда. Она явно что-то скрывала, но не знала, как уйти от ответа.

— А… Эм… Сэр, понимаете… — её голос дрогнул, едва заметно запинаясь. — Это не ваше дело и вообще…

— Прошу, ответьте, — голос сам собой сорвался на резкий тон, звуча почти как приказ.

Я не мог больше сдерживаться, не мог позволить ей просто уйти, оставив меня с этим странным чувством пустоты.

Женщина сжала губы, глаза её чуть сузились, словно пытались прочитать меня. Наконец, она подняла девочку на руки и, уставившись прямо на меня, произнесла с подчёркнутой холодностью:

— Скоро три года, а теперь до свидания.

Она быстро развернулась, и её шаги стали резче, будто она уже с трудом сдерживала желание просто убежать. Девочка, обвив её за шею, продолжала смотреть на меня поверх плеча, словно с любопытством и лёгким непониманием.

Три года. Скоро три года. От этих слов голова пошла кругом. Три года… Столько же было бы и Изи, если бы…

Сев обратно в машину, я с шумом захлопнул дверь. Огляделся через стекла, а потом медленно, по-детски упрямо, вытянул руку, показывая средний палец всем тем, кто только что истерично сигналил. Я надавил на газ и, чувствуя странное облегчение от этого простого жеста, выехал из этой запутавшейся, злобной кучи. Удивительно, что полиции ещё нет. Или неудивительно? Может быть, всем плевать на чужие проблемы в этом проклятом городе.

Шоссе словно поглотило меня в свою серую пустоту. Свет фонарей мелькал и дрожал в боковом стекле, как воспоминания о том, что не должно повториться. Машина послушно мчалась по вечернему городу, но с каждым километром я чувствовал, как этот металлический кокон становится теснее, как вокруг сжимаются невидимые стены. Я резко вздохнул, чувствуя, как в горле подступает ком, и заставил себя не думать. Не думать.

Но мысли, словно проклятые, продолжали цепляться за каждый проблеск в темноте за окном. Может, это была она? Может, кто-то нашёл её и спас? На секунду я чуть ли не поверил в эту абсурдную надежду. Я даже поймал себя на том, что смотрю в зеркала, словно ожидая увидеть её лицо в отблесках позади. Но только пустота.

Я отчаянно сжал руль, так, что пальцы побелели, и выругался, ощущая, как в голове вспыхивает злость и бессилие. Твою мать!

«Когда Мелони ушла, я застыл, пытаясь понять, что делать, будто воздух вокруг меня вдруг стал тяжёлым и вязким, как густой туман. Но через миг что-то дрогнуло внутри, и я рванул к двери. Выскочив в подъезд, я услышал, как мои шаги эхом отдаются в пустых коридорах. Звуки странно искажались, будто кто-то смеялся надо мной, заставляя