Путеводная душа - Опал Рейн

— Они выглядят как вы? Пахнут как вы? Говорят как вы? Как к ним относятся? Их угнетают, заставляя жить в собственном районе как изгоев?

— Они выбрали это ради комфорта. Они хотят жить ближе друг к другу, потому что опасаются самих себя и не хотят подвергать опасности кого-либо еще. Им рады в любой части города. Не все выбирают жить там.

— Они сами это выбрали, или их подтолкнули к такому решению тем, как к ним относились или как на них смотрели?

Я не понимаю, — подумала она, недоверчиво качая головой. Он защищал тех, кого не знал, с кем никогда не встречался. Он словно хочет видеть в нас зло.

— Нет, — ответила она с полной решимостью. — То, что их дома стоят вместе, не означает, что они не работают с нами, не едят с нами, не играют или не общаются с нами. Они делают покупки на тех же рынках, отдают своих детей в те же школы. В этом смысле нет никакого разделения. Между нами нет никакой разницы, вплоть до того, что мой помощник — Демон, и я лично выбрала его. Мы даже называем их Дэлизийцами, потому что, хотя они и другие, они такие же, как мы, и пока они не голодны, они ни разу никому не навредили.

— Как ты можешь быть так в этом уверена?

Что еще она могла сказать? Она ела за столом Сайкрана с его соседями. Она играла с их детьми и проводила время в этой части города как подруга Сайкрана — пока он хвастался тем, что работает во дворце советников.

Открыв было рот, Рэйвин тут же закрыла его, когда поразительное осознание ударило ее как гром среди ясного неба.

Это не имеет никакого отношения к Демонам. Она потерла щеку, а затем то же самое проделала с затылком. Дело в нем.

Мерих в своей собственной странной манере пытался выяснить, примут ли его среди ее народа, несмотря на его внешность.

— Мерих… если бы ты действительно старался никому не навредить, я не вижу причин, почему бы тебя не приняли, — сказала она, смягчив черты лица. — Мы не такие, как люди. Ты мог ходить среди них, разговаривать с ними, не причиняя им вреда случайно. Если бы ты смог приложить такие же усилия с нами, тебя бы не заставили прятать свое лицо за гламуром.

— Ты не можешь утверждать это с абсолютной уверенностью. — Когда ее брови дрогнули, он добавил: — Ты испугалась меня в ту же секунду, как встретила.

— Это другое! — возмущенно закричала она. — Ты хихикал как психопат и вел себя агрессивно. Ты солгал мне, заставил думать, что ты совершенно другой человек.

— Если бы я раскрыл тебе, кто я такой, в Клоухейвене, ты бы не вышла со мной за эти ворота. Признай это.

— Ну, нет, — надулась она. — Но это потому, что я не знала ни тебя, ни того, кто ты. А теперь знаю, и могу говорить от твоего имени. — Затем она согнула руку, словно поигрывая бицепсом. — Я буду твоей сильной рукой, и тебя примут в два счета. Я советник синедруса Рэйвин Дэфарен, главный представитель народа Сумеречных Странников.

Все началось тихо, словно кто-то изо всех сил пытался это подавить, но становилось все громче и громче, пока не вспыхнуло желтое пламя. Смешок Мериха стал глубже, словно он не мог сдержаться.

— Представитель Сумеречного Странника? Никогда в жизни не думал, что услышу нечто столь абсурдное.

— Это не абсурдно, — проворчала она, стараясь не улыбаться с триумфом.

Он смеется. Я заставила его рассмеяться. Это было искренне и добродушно, отчего ее сердце радостно затрепетало.

— Ладно, Рэйвин. Я позволю тебе попытаться, но не разочаровывайся слишком сильно, если потерпишь неудачу.

— Я не потерплю неудачу, — заявила она с абсолютной уверенностью. Она не позволит себе потерпеть неудачу. — Так ты отдашь мне свою диадему сейчас?

— Пока нет. Я должен раздобыть кое-что в городе, прежде чем ты начнешь с ней играть.

Рэйвин закатила глаза.

— Мне пока не нужно менять чары. Я могу проверить скорость поглощения и без этого, и мне не нужно делать ничего другого, пока у тебя не появятся цветы и я не заставлю их связаться с моими волосами.

— Я отдам ее тебе завтра, так как знаю, что ты, скорее всего, скоро уснешь.

Она потерла глаза, словно одно его упоминание об этом накатило на нее усталостью. Она посидела с ним еще немного, пока ей снова не захотелось заполнить тишину.

Честно говоря, она просто надеялась хоть раз разговорить его.

— Почему ты смотришь в небо?

— Не знаю, — ответил он. — На самом деле это чертовски скучно, если хочешь знать мое мнение.

Рэйвин прыснула со смеху.

— Тогда зачем ты это делаешь?

— Потому что мне скучно, разве это не очевидно?

— Ты всегда можешь пойти и составить мне компанию.

— Зачем? Чтобы я мог пялиться на тебя? Большинство людей сочли бы это… странным.

Она пожала плечами.

— Лучше, чем пялиться в небо. По крайней мере, тебе было бы с кем поговорить. Думаю, я довольно интересная.

— Какая скромность, — произнес он с игривой усмешкой. Когда она изогнула бровь, он тяжело выдохнул. — Ладно, я зайду внутрь на столько, на сколько смогу тебя выносить.

Рэйвин оперлась о валун, чтобы подняться на ноги, и забрала свою тарелку. С тростью в одной руке и почти доеденной едой в другой, она направилась обратно тем же путем, каким пришла.

Звук, который он издавал, оставался с ней, так что она знала: он не только последовал за ней, но и шел рядом. Она подобралась немного ближе, надеясь почувствовать его тепло, и ее локоть украдкой скользнул по меху.

А затем до нее дошло, и она остановилась, уронив тарелку.

Мерих замер и обернулся.

— Что случилось?

— Вот оно, — произнесла она себе под нос. — Вот что я слышу.

Она бросилась вперед и врезалась прямо в него, заставив его отшатнуться от неожиданности. Когда она прижалась ухом к самому центру его груди, звук стал громче.

— Ты вибрируешь! Ты издаешь неочевидный звук, поэтому он не давит и от него легко отключиться, но это та частота, которую я могу услышать, если буду искать.

Теперь, когда ее ухо было прижато к нему, это было похоже на мурлыканье, рокочущее глубоко внутри него. Если бы она отстранилась, оно бы мгновенно приглушилось.

— Ты упоминала, что не слышишь меня, а я не горел желанием менять свою походку ради