Путеводная душа - Опал Рейн

— Его запах на ней, — констатировал Розовый, находясь у её ног.

— Но не похоже, что он заявил на неё права, — сказал Фиолетовый, опускаясь по её левому боку.

— Что это значит? Она его невеста или нет?

— Невеста? — переспросила Рэйвин, молясь Позолоченной Деве, чтобы Мерих появился и спас её.

— Обязательно ли тебе кто-то должен нравиться, чтобы сделать её своей невестой?

— Но Мерих всех ненавидит. Он только позволяет нам отдыхать здесь.

— Мы должны быть осторожны. Мы не хотим, чтобы он снова оторвал тебе руку и ударил тебя ею. — Фиолетовый усмехнулся.

— Эй! Это не смешно. Было очень больно.

— Меня он тоже ею ударил.

Как ни странно, они оба усмехнулись.

— Что такое невеста? — крикнула Рэйвин, желая, чтобы они перестали её игнорировать.

Они снова остановились, и в её зрении вспыхнул жёлтый свет, потемневший от любопытства.

— Мы не знаем. Ты нам скажи.

— У нас может быть невеста, это мы знаем.

— Но мы не знаем, что это значит. Мать объясняла, но мы не понимаем.

— Друг? Кто-то, кого мы будем лелеять, кто не является Мавкой? Кто-то, кто сделает нас целостными?

— Но мы уже целостные, — заявил Розовый; его глазницы вспыхнули гораздо более ярким розовым цветом, чем раньше.

— У нас есть мы. — Глазницы Фиолетового, должно быть, тоже вспыхнули розовым, так как появилось две пары одинаковых искр. — Чего ещё нам желать?

Вау. Это абсолютно ничего не прояснило и лишь ещё больше сбило её с толку. Хотя… она находила то, что они говорили друг о друге, довольно милым, и часть её беспокойства улетучилась.

Они глубоко заботились друг о друге. Трудно было не найти это трогательным.

Она оставила тему невест, так как было очевидно, что это бессмысленно.

— Хорошо. В общем, я Рэйвин. Я не человек, а эльф из другого мира.

— Что такое эльф?

— И что такое Рэйвин?

Она не смогла сдержать тихого хихиканья. Да, у этих двоих определённо было не так много человечности, как у Мериха. Ей это показалось забавным, теперь, когда стало похоже, что они не собираются причинять ей вред… по крайней мере, пока.

— Рэйвин — это моё имя.

Повисла небольшая пауза, в её зрении вспыхнул жёлтый свет. Насколько она могла судить, они сделали это по отношению друг к другу.

Светящийся след подсказал ей, что они оба повернулись к ней и одновременно спросили:

— Что такое имя?

Она объяснила им как могла, хотя до них доходило туго. Ей приходилось повторять одно и то же по несколько раз и разными словами. Они даже не понимали, что Мерих — это имя, и думали, что это просто то, как он предпочитает, чтобы его называли, кроме как Сумеречный Странник или Мавка.

Они думали, что это какое-то странное описание.

Чем дольше она с ними говорила, тем больше они ей нравились. Они были немного глуповатыми, любили отвечать на вопросы друг друга и заканчивать предложения. Они были так синхронны друг с другом, но явно оторваны от мира.

— Не могла бы ты дать нам имена? — спросил Розовый, подойдя слишком близко к её лицу.

Рэйвин склонила голову, прежде чем схватиться за ступни, скрестив ноги.

— Конечно, наверное. — Она пожала плечами. — Но могу я потрогать ваши лица? Мне будет проще придумать вам имена, если я буду знать, как вы выглядите.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Фиолетовый.

— Ты уже смотришь на нас.

Её веки дрогнули, но она одарила их слабой улыбкой.

— Я не вижу, — сказала она им. — Вот почему у меня звёзды в глазах.

Шум рассекаемого воздуха перед её лицом подсказал ей, что один из них махнул рукой в миллиметрах от её носа.

— Она этого не увидела.

— Нет, не увидела.

— Ты знал, что существа могут потерять зрение?

— Нет, — ответил Розовый, прежде чем забросать её вопросами. — Ты не исцеляешься за двадцать четыре часа, как мы? Это навсегда?

Рэйвин кивнула.

— Да. Люди и эльфы не могут исцелять подобные раны с помощью магии.

— Понятно… Ну, если тебе нужно потрогать моё лицо, чтобы дать мне имя, тогда можешь это сделать, — предложил Фиолетовый.

Рэйвин подняла руки и стала ждать, пока он вложит какой-то свой череп в её ладони.

— Нет! Я хочу, чтобы мне дали имя первым! — воскликнул Розовый прямо перед тем, как Фиолетовый был повален на землю с глухим стуком и шлепком.

Как только Розовый вложил свой череп ей в руки, он исчез, так как его сбили с ног.

— Я предложил первым!

Ужас пополз по её спине, так как она явно спровоцировала драку между ними. Ситуация ухудшилась, когда один схватил её за лодыжку и дёрнул к себе, а другой зарычал и сжал её запястье.

О нет. Что я наделала?

Она надеялась, что они не собираются играть в перетягивание каната ее телом!

Рэйвин издала пронзительный визг, когда ее опасения подтвердились, и они дернули в противоположные стороны.

— Я первый! — прорычал один из них, как раз в тот момент, когда сбоку раздался оглушительный рев.

Вспышки их глазниц стали белыми, и светящийся след метнулся в сторону звука. Тяжелые шаги загрохотали по земле, пугающе быстрые и мчащиеся в их направлении.

— Это Мерих.

— Он вернулся.

Затем они одновременно сказали:

— И он зол на нас.

На одном плече Мериха висела сумка, доверху набитая едой для Рэйвин, которую он не смог унести в прошлый раз. На другом — мешок с одеждой для нее, так как он заметил, что у нее всего два платья, и одно из них было грязным после их путешествия.

Люди любили регулярно менять наряды и имели разную одежду. Он предполагал, что у нее так же, особенно учитывая, что она мылась чаще, чем они. Ей не в чем было спать, о чем она не раз жаловалась.

Когда ему не удалось найти последние инструменты и нужные ей цветы, он отправился в другую деревню, расположенную недалеко от первой. К счастью, там он нашел все необходимое.

В правой руке он держал приличных размеров горшок, в котором покачивались несколько желтых тюльпанов.

Хотя до обеих деревень он мчался на четвереньках, обратно он шел пешком, чтобы не повредить цветы. Не считая Рэйвин, он, кажется, никогда прежде не держал в руках ничего столь хрупкого.

Его защитный барьер был на месте, поэтому он думал, что все будет в порядке. Ни один Демон не мог проникнуть внутрь, а вероятность того, что другой