Безумные дни в Эстерате - Эрли Моури

лезвием — отличный эльнубейский кинжал. Вырвав оружие из крепления, стануэсса была готова встретить ненавистного любовника сталью. Удар кнута едва не обжег ее грудь, но она увернулась и глубоко распорола левое бедро аютанца. Да, немного промахнулась — целилась в пах. Но и так вполне хорошо! Ах, как больно! Изумление в выпученных глазах?! Не понял, как это произошло?! А может не догадываешься за что?!

— Это тебе привет от убитых жен! — вскрикнула она, обходя его справа.

Кюрай дико взревел и принялся раздирать воздух щелчками кнута. Происходило что-то невероятное: как могла эта светловолосая сучка пустить ему кровь?! Как он прозевал ее выпад?! И кто ее вообще научил держать в руке, что-то опаснее кухонного ножа?! Боль от глубокой раны тут же растворилась в волнах ярости, накатившихся на аютанца. Во что бы то ни стало он хотел теперь сорвать с арленсийки одежду не руками раба, а ударами кнута. Сорвать вместе с кусками кожи!

Эриса едва уворачивалась от метавшейся перед ней плети. Отскакивала то вправо, то влево и пятилась. Даже магия Флера не позволяла приблизится к Залхрату, на такое необходимое расстояния удара клинком. Оглянувшись на короткий миг, она отыскала взглядом более удобное место для смертельного поединка. Туда, за цветочные вазы к колонне! Арленсийка отступала пружинистым шагом, с необъяснимой ловкостью уворачиваясь от атак разъяренного врага. Эриса вполне понимала, что может укрыться за колонной, и тогда клинок в ее руке станет намного более полезным против терзавшей воздух плети.

— Это за убитого арленсийца! — выпад Эрисы вспорол руку, орудовавшую кнутом. Не слишком хороший удар, но уж куда достала. Вот так, шетов выродок! Нравится?! Много крови и тоже очень больно!

Наверное, Кюрай выдыхался. Боль и потерянная от ран кровь давали о себе знать.

— Кугору! Останови ее! Или я убью тебя! — прорычал он, отступая влево и давая место рабу.

Науриец, приподняв тяжелый серпообразный меч, бросал быстрые взгляды то на хозяина, то на арленсийку. Он хорошо помнил ее прежние появления в этом зале. Помнил ее мучительно-страстные игры с хозяином. Раньше несколько раз он встречался с ней взглядом. Встретился и сейчас: теперь в них лишь холодная серая сталь и смерть. Откуда в ней столько прыти. Точно не милая женщина, мангуст, несущий стремительную гибель.

— Не дури, если хочешь жить! — клинок стануэссы сверкнул, угрожая темнокожему.

И раб ослушался хозяина, попятился назад. Затем внезапно, взмахнул тяжелым скимитаром: кисть руки аютанца упала на пол вместе с кнутом.

Залхрат дико закричал, подняв обрубок руки и заливая все вокруг брызгами крови.

Вот здесь госпожа Диорич позволила себе помедлить.

— И этот беспомощный человек мечтал жениться на мне?! — рассмеялась она, коротко глянув на упавшую на пол кисть и тут же вернувшись к его выпученным глазам. — И с клеткой как-то не сложилось, да? Не по тебе стануэсса Эриса Диорич!

— Тебе в любом случае не жить! — прохрипел Залхрат.

— Это тебе за одну мысль убить Дженсера и моего Лурация! — кинжал арленсийки вонзился в живот члена Круга Высокой Общины. Изумление, ярость и страх смешались в его темных глазах. Странно, но в них появилась даже влага.

Левой рукой он успел схватить стануэссу за горло и сдавить его, но пальцы быстро слабели.

— И за меня! — не вынимая кинжала из его раны, Эриса дернула лезвие вверх, вспарывая живот аютанца до реберных костей. — За все оскорбления и унижения! — прежде чем его взгляд остыл, она успела плюнуть ему в лицо. Затем убрала Флер, прочувствовав остаток силы в кольце: заметно меньше половины. Не нужно было утром тратится на тренировки! Хотя… Госпожа Диорич почувствовала изменение в нубейском кольце. Пошел холодок. Сильнее, сильнее… Даже мороз пробежал по коже. И очень быстро сила стала возвращаться в магическую вещицу. «Жнец Душ, спасибо!» — мысленно воскликнула стануэсса, догадавшись, что в этот момент ее заклятый враг окончательно расстался с жизнью. Конец его приятен и Леноме.

Арленсийка вырвала клинок из тела аютанца. Кюрай упал к ее ногам. Разорванное платье липло от его крови. Кровь была повсюду: на стенах, витой колонне, руках арленсийке и ее одежде.

У двери послышался пронзительный женский крик и топот чьих-то ног.

— Тебя убьют, если ты останешься здесь, — сказала Эриса рабу-наурийцу, все еще сжимавшего рукоять меча, похожего на удлиненный серп Мельды.

— Тебя тоже убьют, — он усмехнулся толстыми губами. В его темных, почти черных глазах не было страха, а лишь какое-то незначительное сожаление.

— Тогда надо убираться отсюда. Здесь есть выход на крышу? — стануэсса рассудила, что именно там лучше призвать Сармерса. Вот только вауруху не поднимет их двоих. Может получится очень быстро перенести за городскую стену раба и вернуться за ней?

— Есть. Чем это поможет? — отозвался раб, наконец убрав оружие.

— Увидишь. Веди скорее! — поторопила арленсийка.

Тяжелыми шагами Кугору побежал к дальней двустворчатой двери. Эриса бросилась за ним, по пути перевернув несколько жаровен — огонь тут же лизнул разбросанные на полу подушки, схватился за длинные лоскуты шелка, свисавшие сверху, и лизнул деревянные перила балкона.

— Помоги! — остановила раба арленсийка, когда они забежали в коридор.

Кугору понял ее замысел и навалился на огромный шкаф у входа. Крепкие мышцы темнокожего вздулись, он заскрипел зубами, и Эриса старалась, что было сил. Шкаф обрушился с грохотом, подпирая двери.

Они побежали дальше. Вот поворот и ход на узкую лестницу. Через три десятка шагов госпожу Диорич ослепил солнечный свет. Они выскочили на плоское перекрытие верхушки дома Залхрата. Отсюда открывался великолепный вид на город: белые особняки высокого квартала, ниже пёстрые рыночные ряды и тесные улочки, спускавшиеся к Эранте, а дальше Заречный район, Старый город и длинное зеленое поле ипподрома. В бледной жемчужной дымке даже виделось море. Однако, сейчас не время любоваться видами. Со двора слышались крики и топот чьих-то ног. Всполошились! Надо ж, несчастье какое — мерзавца-хозяина убили!

— Слушай внимательно, Кугору! — стануэсса строго посмотрела на раба, вид ее, измазанной кровью и все державшей кинжал, любого бы заставил вслушиваться в каждое слово. — Сейчас я воспользуюсь нубейской магией. Появится большое крылатое существо. Ты не должен бояться. Не надо от страха биться головой о пол. Не надо прыгать с крыши. Не надо убегать и истошно вопить. Просто стой рядом и выполняй все, что я буду говорить. Ясно?

— Как скажешь госпожа, — отозвался науриец. Сейчас его больше