Безумные дни в Эстерате - Эрли Моури

Не в первый раз Эриса чувствовала, что в сплетение нитей появилась третья. Серая — нить Вауху. Черная — Сармерс. А третья, синеватая чья? Ну почему она раньше не узнала этого, при всей любви к экспериментам?!

Глава 24. Чем хорош Дуджун

Синяя нить… И раньше был соблазн ее проверить, но потом нить исчезла, потом забывалось на дни и было много иных хлопот. Сейчас возник очередной неподходящий момент, хотя синяя нить казалась толще других и так призывно подергивалась. «Нет!» — решила арленсийка и решительно потянула за черную. Очень скоро большие крылья захлопали над головой.

— Соскучилась, Цветочек? — Сармерс мягко опустился в двух шагах от нее, широкой улыбкой полуоткрытой пасти оценил темнокожего, стоявшего невдалеке.

— Друг мой, мы тут в шетовой заднице. Видишь? Очень глубокой! Пожалуйста, выручи! — теперь Эрису тоже беспокоили громовые удары внизу и треск ломающихся досок. — Подбрось за город. Можешь сразу двоих? — она с надежной смотрела в его желтовато-красные глаза.

— Ну так… твой этот, — крылатый кот когтем указал на наурийца. — Весит как две тебя. К тому же я не люблю мужчин. У меня от них шерсть дыбом и плеваться хочется. Не, не… при всем невыразимом уважении! — отклонил ее идею вауруху. Тут же поймал лапой окровавленную руку стануэссы и лизнул, сначала пальчики, потом выше до локтя, — М-м… как вкусно! Божественно вкусно! Кровь хоть твоя?

— Нет — кровь одного мерзавца. Сармерс, дорогой, пожалуйста! Нам очень нужно исчезнуть отсюда! Вопрос жизни и смерти! — Эриса обняла его, целуя блестящую на солнце шестку. Обернулась на наурийца. Тот был напряжен. Очень. Даже голову втянул в плечи и сжал кулаки, страха в темных глазах не читалось.

— Шетова задница, говоришь, да? Значит, глубокая… — бормотал вауруху, в то время как арленсийка обнимала его и с надежной ждала ответа. — Ладно, Цветочек, ты как всегда такая убедительная. Придется выковыривать тебя из этой… задницы. Ты же не какашка, чтобы там быть?

— Точно, нет! — госпожа Диорич тут же порозовела от нарастающей волны радости.

— А подаришь курительную трубку с той травкой? — полюбопытствовал крылатый, явно набивая себе цену.

— Конечно, да! — едва ли не выкрикнула стануэсса.

— Тогда в кучу! — Сармерс махнул лапой темнокожему.

— Кугору, стань рядом со мной! Вплотную! Прижмись! — скомандовала госпожа Диорич.

Крылатый кот чуть присел, обхватил их двоих и оторвался от каменного перекрытия, тяжело и часто хлопая крыльями. Дом Кюрая удалялась очень медленно.

Внизу все сильнее разгорался пожар: черный дым валил со стороны южного входа и из окон, выходивших к маленькому пруду. Истошно орали павлины, кто-то метался по саду, выкрикивая приказы прислуге. Тем временем к тому месту, где недавно стояла Эриса, Кугору и Сармерс выбежали вооруженные люди. Как минимум один из них был вооружен арбалетом.

— Сармерс, в нас будут стрелять! — предупредила стануэсса. — Быстрее, выше, если можешь!

— Никогда в таком дерьме не был, — отозвался вауруху. — Даже смеяться не хочется. Веришь? И выше, хоть обосрись, я уже не могу.

Эриса поглядывала вниз: они только миновали границу двора Кюрая. Пушеная с арбалета стрела прошелестела невдалеке. Второй выстрел так же случился мимо. Когда арленсийка повернула голову, то увидела образовавшуюся перед ними воронку, перетекающий в ее центре туман.

— В Ауру? — догадалась она, мельком глянула на темнокожего раба. Его суровое лицо темнело прямо перед лицом стануэссы: он молодец, держался, не проявляя страха и не беспокоя дурными вопросами. Вот только ладонь этого молодца лежала ровно между ягодиц госпожи Диорич. Специально так или нечаянно вышло, когда их двоих схватил в охапку вауруху?

— Да, в Ауру, — подтвердил летающий кот, пыхтя и все чаще хлопая крыльями. — Иначе я вас двоих не вынесу. Вот если уронить одного, то остальным сразу станет хорошо. Роняем?

— Нет! — госпожа Диорич тут же отвергла его предложение. И почувствовала, что ладонь наурийца позволяет себе много лишнего. — Не смей, — прошептала она, повернув к нему голову. На его мясистых губах появилась улыбка.

Едва расступился туман воронки, ударил резкий порыв ветра. Их закружило, бросило куда-то вниз. В ту же минуту открылось темно-синее небо и звезды. Много звезд, почти столько же, сколько бывает ночью в пустыне.

— Мягкую встречу с землей не обещаю, — пошипел Сармерс. Крылатому едва удалось выровнять полет, и теперь они неслись по крутой дуге к белевшим в лунном свете скалам.

— Ах! — только и произнесла Эриса и покатилась в густую траву. Вроде руки-ноги были целы. Может проступит синяк на плече и спине. Огнем горит лодыжка, но это не след падения, а прощальное прикосновение Кюрая. Едва отдышавшись, стануэсса приподнялась, ища взглядом наурийца и вауруху.

Кугору точно был цел: сидел в нескольких шагах от нее под раскидисты кустом, с ветвей которого свисали белые гирлянды цветов, похожие на георгискую сирень. Надкушенный диск луны серебрил лицо наурийца, придавая ему больше строгости, невозмутимости, словно сидел там не человек, а изваяние сурового воина.

Вауруху нигде не было видно, и арленсийка забеспокоилась.

— Сармерс! — поднявшись на ноги, позвала она.

Ответа не услышала. Сделала несколько шагов в сторону от раба-наурийца и огляделась там. Хотя трава была достаточно высокой — почти до колен стануэссы — черная фигура летающего кота должна была хот как-то проявить себя. Ведь вполне ярко светила луна, и сам крылатый вовсе не маленький котенок, чтобы затеряться на полянке, где и кустов не было кроме того, возле которого сидел Кугору.

— Кота нашего не видел? — госпожа Диорич обернулась с вопросом к наурийцу.

— Там посмотри. Хотя мне может показалось, — невольник наконец превратился из статуи в человека, поднялся на ноги и указал на небольшую лощину. Она поначалу показалась Эрисе продолжением тени куста, но когда арленсийка сделала с десяток шагов, то разглядела небольшой спуск. Да, в траве находилось нечто вполне похожее на лежачего ничком вауруху.

— Сармерс! — она подбежала к нему и рухнула на колени. — Сармерс, друг мой!

Преданный Всевидящей не отзывался, но, слава богам, дышал. Конечно, дышал! В его шипящем дыхании трепетали травинки возле приоткрытой пасти.

— Ответь же, Сармерс! — госпожа Диорич приподняла его тяжелую голову и тот приоткрыл один глаз.

— Отлетался твой Сармерс, —