Слова, что обрушат небеса - Анна Панкратова

к выбору, из-за которого произошел Раскол остров, часть ее эмоций, которые отныне ей чужды. Ты — обычная смертная. Насколько мне известно, Мирослава не могла родить, ведь давно мертва, поэтому нашла способ ненадолго ожить. Я не знаю как. Но знаю, что ее ритуала хватило на пятнадцать лет. И на одного ребенка. Твои родители ведь пытались?

Харпер зажмурилась: пятнадцать лет. Все сходится, если верить тому, что говорил Кейлус. И да. Пытались. Еще как. Она все пыталась понять, на кой ее матери еще один ребенок, если она первого не любила?

— Подозреваю, когда Мирослава вернулась к своему обычному мертвому состоянию, Алекс осознал, с кем делил постель. Сбежал. А Мирослава решила пожалеть дочь и отдала тебя бабушке.

— А! Так это милосердие было? Выставить дочь за дверь без объяснений? Потрясно! — Харпер закрыла глаза, пытаясь успокоиться, ведь и ее гнев теперь рвался наружу. Деймонд ласково сжал ее пальцы, напоминая, что он рядом и никогда ее не бросит.

— Она мертва, Харпер. Ее душа давно покинуло тело. И если грехи рождены такими, для нас это естественно, мы учимся с годами, перенимаем от людей хоть немного человечности, то она напротив ее утратила. Это противоестественно. Она не могла тебя растить. Ты же сама помнишь, какая она была с бьющимся сердцем. Представить, что с ней стало, когда сердце вновь остановилось.

— С этим ясно, — прервал Деймонд. — Харпер что-то получила от матери? Она обычная темная, ведь так?

— Этого я не знаю. Но с удовольствием проверю ее, чтобы выяснить.

— Такую проверку сделал и я. Обычная темная.

— У меня больше знаний. Ресурсов.

— Нет. Я не позволю тебе к ней прикасаться. Феликс справится.

— Мальчик мой, — Кейлус постучал пальцами по столу, — не отказывайся от помощи.

— Нет. Вы с Феликсом родились одновременно. Он проверит Харпер еще раз. Точка. Я тебе не доверяю, ты мастер по поискам лазеек.

— Будь по твоему. Что касается свитков: я ищу информацию. Есть некоторые догадки, где они могут быть. Если бы я увидел те, что вы уже нашли…

— Свитки мы найдем сами, — заявил Деймонд. — Понадобится помощь: мы сообщим. От тебя требуется ритуал по их уничтожению. Сосредоточься на нем.

Кейлус усмехнулся, кивнул.

— Раз вы такие самостоятельные, то мне пора. Но понадобиться помощь, захотите действительно сотрудничать — знаете, где меня найти. Когда откроется Дверь я вернусь в Мунфол. Всего хорошего. Жду свитки!

Едва Кейлус покинул дом, Харпер сумела вдохнуть полной грудью. Опомнилась, схватила Деймонда за руку.

— Надо обработать, — решительно заявила она и потащила его на кухню. Он что-то бубнил про «я — темный, само заживет, зараза не страшна», но она сдернула бинт и приняла флакончик зелья из рук Феликса.

— Насколько ему можно доверять? Что думаешь? — спросил Деймонд.

— Мы взрослели вместе, привыкали к людям. Я считаю его своим братом, — задумчиво заговорил Феликс. — Но наши дороги давно разошлись, потому что он увяз в своем гневе. Эгоизме. Я верю, что ради Офелии он готов на многое, но так же верю, что, чтобы получить желаемое, он убьет и вас, и меня, не задумавшись.

— Теперь не сможет — его личность погибнет, родится новый Гнев, — заметил Деймонд, шикнул, ведь Харпер старательно вытирал кровь с раны.

— Думаю, он готов умереть, если это приведет его к цели. Так что на сделку я бы сильно не рассчитывал.

— Но нам он и правда дал поблажки, — ответил Деймонд. Заметил непонимающий взгляд Харпер. — Нет временных рамок в клятве. Значит, пока у меня в голове есть мысль, что я найду свитки, в целом, когда-нибудь, то со мной все будет хорошо. Значит, чисто теоретически, можно и сбежать, назвав это «перерывом от поисков».

— Я ищу свитки, — заговорила Харпер, снова бинтуя рану, — просто так медленно, что со стороны кажется, словно я лежу на пляже и ем манго. И что дальше? Как я могу быть… дочерью Смерти? Ребят, это бред какой-то!

— Я добуду зелья, мы проверим тебя еще раз, — мягко заметил Феликс. — Но раз ей пришлось запустить свое сердце, чтобы тебя родить, скорее всего ты обычная темная.

Харпер завязала узел, поцеловал руку Деймонда, тая от его ласково взгляда. Ну, как же он хорош! Как уверен был, защищал ее, брал ответственность на себя, решил быть лидером и не боялся самого Гнева!

— Это хорошо. Я все еще в бешенстве, что кто-то решил сделать меня избранной. Это точно не то, о чем я мечтала в жизни. И если верить свиткам, то она — Элизабет? Столько вообще живут?

— Видимо, — кивнул Феликс. — Насколько я понимаю, она мертва, а ее душа поддерживает возможность живым находиться на Отколотых островах. И ее единственная возможность полностью умереть — обрушить небеса, то есть уничтожить возможность живых находиться в Мунфоле.

— А баланс?

— Кейлусу пришлось уйти с острова Мук. Мы и сами видим, что мертвые сумели покидать пыточные… — Феликс заметил, как Харпер смотрела на Деймонда. Хмыкнул. — Вам поговорить надо. Наедине, видимо. Второй этаж в вашем распоряжении. Можете воспользоваться самой дальней спальней, я пока побуду здесь.

Харпер в очередной раз покраснела. Но теперь фыркнул уже и Деймонд, а еще — запустил руку под ее свитер, наверняка, считывая ее желание. Ну, кто виноват, что когда твой мужчина сильный и мужественный, это так заводит?

— Мы скоро, — сказала она и потянула Деймонда за собой к лестнице.

— Можете не торопиться! В таких… м-м, разговорах спешка все портит!

Бесконечные ступеньки, длинный коридор и муки выбора. Феликс что-то говорил про дальнюю спальню, поэтому Харпер открыла последнюю дверь.

— Это не Феликса спальня? — уточнила Харпер на всякий случай.

— Гостевая.

— Славно.

Харпер затолкнула Деймонда внутрь, решительно закрыла дверь и потащила его к кровати, снимая с себя свитер на ходу. Сошла с ума? Кажется. Такое влечение — норма? Вроде ее предупреждали, что либидо вырастет, когда пробудится магия… да какая разница, если Деймонд все еще одет⁈

— Харпер, — заговорил он, стоило ей толкнуть его на кровать и сесть сверху. — Мы в доме Феликса.

— И что? Дверь заперта. — Харпер расстегнула бюстгальтер, скорее от него избавилась. Требовательно потянула свитер Деймонда — ну, почему он не раздевается?

— Просто… да небеса с ним.