Анархия - Мари Маккей

На мгновение его глаза встретились с моими, подбородок был измазан кровью.

Он почти не соображал, но в проблеске здравомыслия, который я успел уловить, читалась мольба.

Он говорил нам бежать.

Я отвернулся, не выпуская руку Кресцент, и помчался по коридору.

КРЕСЦЕНТ

Я не была создана для бега.

Чтения? Да.

Бега? Точно нет.

Легкие горели, а зрение затуманилось; все вокруг было не в фокусе. Я едва видела, куда мы бежим, и хватка Сина на моей руке была моим единственным якорем. Его липкая ладонь сжимала мою, увлекая меня вперед на бешеной скорости.

Пистолет был в его другой руке.

Может быть, поэтому у меня в голове так стучало.

От внезапного хлопка выстрела. От запаха крови, забивающего нос, и оглушительных криков того альфы.

Я хотела спросить, куда мы идем, но не решалась. Наши шаги и так были слишком громкими. Казалось, за нами никто не гнался — Карма их всех задержал, — но если на нас охотилось так много альф, наверняка появятся и другие.

Мы петляли по пустым коридорам, время от времени молча замирая, чтобы подождать, пока кто-нибудь пройдет мимо. Это было чудом, что мы добрались до ржавой двери, которую распахнул Син.

Она скрипнула, и я поморщилась.

Никто не прибежал.

Он завел меня внутрь, закрыл за нами дверь и прислонился к ней спиной.

Его грудь тяжело вздымалась, когда он посмотрел на меня сверху вниз, темные зрачки почти поглотили его багровые радужки. Он опустил взгляд на пистолет в своей руке, а затем заткнул его за пояс.

Я не понимала, что плачу, пока его большой палец не смахнул слезинку с моей щеки, и соленая капля скатилась маленькой дорожкой по его коже.

Всхлипнув, я бросилась ему на грудь. Мои рыдания были приглушенными — я старалась вести себя тихо, — но в пустой, заставленной трубами комнате все равно было слишком громко.

Я отчаянно хотела спросить, все ли будет в порядке с Кармой.

Но это был бессмысленный вопрос, потому что он закрылся в связи, а это могло означать только одно.

Он не был в порядке.

Мы были здесь одни, и никто из наших альф не знал, где нас искать — если они вообще были живы.

ФАНТОМ

Полтора года назад

Мы оказались между молотом и наковальней.

Рядом со мной тяжело дышал Карма, который только что подрался с одним из новых и совершенно одичавших альф — кажется, его звали Вандл, если судить по тем кратким моментам прояснения, которые у него случались рядом с нами.

Эта дурацкая, бессмысленная драка привела к тому, что мы застряли здесь.

Оказались в ловушке за огромным списанным котлом в котельной, пока по ту сторону шла стайная междоусобица.

— Заткнись. На. Хуй! — прошипел я Вандлу, зажав ему рот рукой, пока он рычал, словно собираясь вступить в схватку с альфами прямо за котлом.

Он не был членом стаи, и я знал его не так давно, как Карму, но понимал: если этот безумец сунется защищать омегу, которого загнала в угол стая жителей — что ж, его разорвут в клочья.

— Я знаю, на это тяжело смотреть, — прошипел я. — Но возьми себя в руки.

Я слышал, как омега зовет на помощь, и Вандл вырывался с безумными глазами.

— Карма! — зашипел я.

Он как раз вовремя приходил в себя после гона. Он схватил Вандла, справляясь с этим лучше меня, пока я выглядывал из-за котла.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

Омегу — бледнокожего темноволосого парня, которого, как я знал, звали Син, — стая Уэст оттесняла к задней стене комнаты. Новые жители, и он был их добычей. Их подарком.

У меня сжалось сердце, когда я сквозь трубы увидел его перепуганное лицо, но я попятился назад.

Нам не следовало здесь находиться…

Мы ничего не могли сделать.

Я повернулся к Карме.

— Без аур, — прошептал я.

Хоть они с Вандлом и дрались до этого, но одичавшие альфы, казалось, осознали всю серьезность ситуации.

Слава богу.

Я услышал, как вожак стаи сказал омеге что-то издевательское, но пропустил это мимо ушей. Я покачал головой, встретившись взглядом с Кармой.

Нас трое. Их двенадцать.

Смертный приговор…

И все же мое тело напряглось, когда я услышал глухой удар, за которым последовал скулеж омеги, как будто оставаться здесь противоречило каждому моему инстинкту.

Остальные двое замерли, рука Кармы все еще закрывала рот Вандлу.

Повисла недолгая, странная тишина, затем послышалась возня. Я услышал крик — потом стук и еще один скулеж. Омега был ранен —

Вандл зарычал, теряя контроль. Его аура взорвалась в пространстве, и Карма выпустил свою, чтобы удержать его на месте.

Мы были бы уже мертвы, если бы каждый альфа в комнате не сделал то же самое в ту же секунду.

Ауры вспыхнули. Такие мощные, такие подавляющие, что я едва не выпустил свою в чистой панике.

Двенадцать аур альф — вот каково это было?

Она казалась слишком огромной, даже для такого количества. Я во все глаза уставился на этих двоих.

Какого хрена?

Затем началась драка. Вопли и крики, звук рвущейся плоти…

Даже Вандл затих.

Стайная междоусобица?

Должно быть, так и есть. Другая стая пришла оспорить их права на омегу. Это было единственным объяснением давлению в воздухе.

Мы ждали целую вечность, пока звуки не стихли.

Наконец, почти внезапно, ауры исчезли. Наступила звенящая тишина. Вандл и Карма сдержали свои ауры, как я заметил, словно даже они понимали опасность.

Я поднял руку, останавливая Карму, а затем снова выглянул из-за котла.

Моя рука зажала мне рот.

Иисусе Христе.

Повсюду валялись тела. Разбросанные конечности. Я увидел оторванную челюсть. Внутренности, вываливающиеся из чьего-то живота… Я никогда не видел ничего подобного.

И сидящий омега, прижавшись спиной к стене, каким-то чудом выжил. Его грудь тяжело вздымалась, кровь пропитала его тело. Даже отсюда я видел, как трясутся его руки, когда он смотрел на свои ладони расширенными от шока глазами.

Альфы… они перебили друг друга, а он выжил.

Мои инстинкты говорили мне подойти к нему.

Проверить, не ранен ли он.

Я уже собирался это сделать, когда дверь распахнулась.

Черт.

Это были союзники стаи Уэст.

Холден был их вожаком. Не жители, но с хорошими связями. А мы были всего лишь тремя ничтожествами без связи.

— Стайная… разборка? — услышал я, как он говорит одному из альф позади него.

Я наблюдал, как он оглядывается, бормоча что-то еще, пока оценивал разрушения, и его взгляд наконец остановился на Сине.