Грецкий орешек - Ната Вади

Больно ли мне от этого? Да. Могу ли я обижаться на решение Мира? Нет, безусловно, нет.

Последние недели мне казалось, что мы с ним, вроде бы, вернулись на какой-то более или менее прежний уровень, по крайней мере в общении. Постоянно переписывались, созванивались, хотя и обходили острые углы. Мир рассказал мне, что его брат со своей новоиспечённой женой летом собираются переезжать в Москву. Конечно, это его сильно выбило из колеи и расстроило, он даже обозначил мысль, скорее больше в шутку, что ему надо бы тоже уматывать в столицу, если Новосиб так стремительно пустеет. Быстро осекся, правда, ибо тема еще и в контексте нашей ситуации достаточно опасненькая.

Но, боже, как я уцепилась за эту мысль! С ума сойти! Что если мы могли бы переехать в Москву вместе?! Я на полном серьезе почти куда угодно готова, лишь бы не в Новосиб. Тем более в Москве есть офис Эвентума, да и из столицы, может быть, даже проще будет вести дела.

Гоняю в голове эту мысль беспрестанно уже два дня, особенно активно, пожалуй, с момента нашей с Гориным интимной переписки, которая закончилась сексом по видеосвязи... Да, это было чудо как хорошо, но в качестве эксперимента. Кто же вытерпит подобное на постоянной основе?! Я имею в виду отсутствие реального физического контакта в более длительной перспективе.

В общем, у меня снова появилась слабая надеждана нас. Обманчивое ощущение, что все точно наладится

Но надо сказать, что умирало оно в этот самый момент времени. Прямо вот сейчас.

Потому что Горин был в Сочи. Мне проболталась Юлька абсолютно случайно. Она прилетела ко мне буквально на недельку, тем более у нас тут уже было чуть выше двадцати градусов, а ей полезно дышать тёплым весенне-морским воздухом.

Ибо Ланскова у нас в положении.

Скажем так, Новый год ребята встретили очень удачно, Илюха там рад до жопы от грядущего родительства, ещё бы — столько ждал. Юлька ворчит, что так и так придётся уходить в декрет, а значит на какое-то время оставить фирму, но я знаю, что она тоже очень счастлива и довольна и своим теперешним состоянием, и будущим рождением малыша.

А, чёрт, про Горина же шла речь. В общем, он приехал позавчера сюда и ни разу не пытался со мной связаться, словом даже не обмолвился, что находится со мной в одном городе. Ещё и приехал, блин, со своей помощницей, насколько мне стало известно. Естественно, я уже второй день шерстила бесконечно все её странички в соцсетях. Ничего указывающего на Мира не нашла, только ревниво отметила про себя, что помогает ему, блин, очень такая красивая девочка...

Капец, блин.

Просто с учетом того, что он все ещё не сообщил о приезде, значит и не собирается это делать... Блин, ведь если вскрыть все факты, никто с паузы наши отношения не снимал. И этоне я её установила, хотя глупо винить Мирослава, да? Он месяцы бился в стену под названием мой посттравматический синдром, страдал, мучился, потом я ещё его припечатала, что не вернусь в Новосиб, да и скрывала, что Адовский мне писал до похищения.

Мне достался идеальный мужик в лице Горина, на самом деле, а я его профукала. И, как идиотка, считала, что факт нашего более активного общения и секса по видео означает, что мы движемся в правильном направлении...

Короче, я уже поплакала, пострадала, раз пятьдесят попредставляла, как конкретно Горин будет меня бросать. И как я в любом случае буду желать ему счастья, потому что этот человек столько для меня сделал, что вечно останусь ему благодарна.

Чёрт, ну вот опять, слёзы потекли.

Не, если что, я в порядке, головой окончательно я не тронулась, так что мои текущие страдания с угасшим ПТСР никак не связаны. Мне легче сейчас, определённо, откатов нет давно, я вполне стабильна и не ем себя непонятным и необоснованным чувством вины. Да, меня похитил бывший муж, я была спасена, а вот Ирине, к сожалению, не повезло. Но мне же был дан шанс, надо его использовать, а не губить себя.

— Уже пожалела, что сказала тебе, — заламывает руки Юлька и смотрит на меня совсем уж сочувственно. — Хочешь, позвоню ему? Поставлю вопрос ребром, так сказать.

— Конечно, нет! Это же конченно! — возмущаюсь я.

— Че сразу обзывать беременную женщину конченной… — мгновенно дуется Ланскова.

— Юль, это же не про тебя, а про предложение.

— Но это же я предложила...

Сочувствую Илье, Юлька стала только чуднее, упрямее и сложнее. А ведь это только четвёртый месяц беременности!

— А давай его подкараулим! — снова выдаёт «гениальную» идею подруга. — Типа мы прогуливались и вот его обнаружили. Ему придётся объясняться!

— А давай! — активно поддерживаю я, а потом добавляю: — Где будем караулить?

— В смысле? — удивляется эта безумная планировщица.

— В коромысле, Юль. Как мы узнаем, где он остановился, например? Или куда обедать ходит, м?

Ланскова сникает, потому что, судя по всему, в неё попала крупица логики и здравого смысла.

— Можем обзвонить гостиницы и отели, например!

— Ага, их же всего несколько, Юль... парочка буквально. Подумаешь, крупный курортный город…

— Ну будем рассматривать только «пятерки».

О боги, спасите меня. Я, конечно, благодарна Юльке, что она меня немного отвлекает таким образом от страданий по Мирославу и веселит в каком-то смысле. Но, блин, на самом деле, даже страшно становится. Если я когда-нибудь забеременею, тоже долбанусь? Я вот буквально только поставила свою кукуху на место, а тут такие потенциальные риски.

Хотя... детей я представляю исключительно от Мирослава. А он, кажется, собирается меня бросить. Ну либо начал избегать, чтобы само всё сошло на нет.

В этот момент раздаётся звонок в дверь, и мы обе вздрагиваем. Нет, Юлька даже зачем-то орёт в голосину.

— Чёрт, я так испугалась от неожиданности, что кажется, немного описалась. Совсем капелюшечку, — показывает Юлька небольшое расстояние между пальцами и улепетывает в туалет.

Мда-а-а, быть беременной — огонь, конечно.

Встречаю, как оказывается, курьера, который передаёт мне... экземпляр одной достаточно известной газеты. Ещё и расписаться за такую ценную посылку заставляет. Разве газеты не прошлый век?

— Вы только откройте её, ни в коем случае не выбрасывайте, — добавляет он, подмигивая. А я даже ничего толком спросить не успеваю, когда тот уже улепетывает по лестнице.

Хорошо, делаю, как сказано, честно, даже проскальзывает липкая крамольная мысль, что Адовский может