Хирургическое вмешательство - Серена Никки

Судья с равнодушным взглядом наблюдал, как мужчина всматривается в документы и перелистывает их. Ева то и дело совала свой нос и что-то шепотом спрашивала.

Аверин же сидел, сложив руки на столе, и ждал. Только в отличие от судьи внутри у него бушевал невиданной мощи ураган. Минуты ему казались вечностью. Где-то там маленький мальчик нуждается в помощи, а эти двое сидят как на базаре и не спеша торгуются.

— Ева Вадимовна, — нарушил молчание судья.

— Да, я! — встрепенулась Ева и повернулась к судье.

— Николай Владимирович все предъявленные документы уже подписал.

— Вижу, Ваша честь, спасибо. Я со всем согласна. Можно расписываться?

— Если пожелаете.

— Конечно, пожелаю.

Хмыкнула женщина и достала из сумочки перьевую ручку с золотым наконечником. Судья передал своих несколько листов. Ева на всех не спеша вывела свой автограф и со вздохом удовлетворения убрала дорогой аксессуар в футляр.

На этом все и завершилось. Судья лично захлопнул за посетителями дверь. Аверин даже четко расслышал, как в замке сразу же повернулся ключ. У судьи был отпуск, и его выдернули только для этого дела. Что ж он справился на славу! Николай Аверин с этого момента свободный человек. Во всех смыслах свободный.

— Какой ты стал покладистый.

Съязвила Ева, упиваясь его болью и отчаянием. Она, конечно, ожидала, что и Аня появится в суде, но ее нет. Это означает только одно, ей так плохо, что она лежит в постели. Ева представила Анну под капельницей, и что она вот-вот умрет от горя.

Евочка вышагивала рядом с Авериным и пыталась уколоть его как можно больнее в последний раз. Адвокат к этому моменту уже покинул здание суда. Женщина шла и, не стесняясь, улыбалась счастливой улыбкой.

Николай же был мрачнее тучи, но свой гнев не считал нужным показывать. Нечего доставлять этой гадюке такое удовольствие.

— Я всегда был покладистым, — ответил он ей ровно, — характер не изменишь, а тебе вот такой больше не попадется. Профукала ты свое счастье.

Ева разозлилась. Она вообще-то ожидала не колкости в ответ, но как минимум подавленный униженный вид отчаяния, а он еще смеет ей дерзить!

— Да что ты знаешь о счастье?!

— Не знаю, — честно ответил Аверин ей, — но у меня есть шанс узнать, а у тебя уже нет такого шанса.

— Да что ты говоришь!? — не выдержала Ева и крикнула, — это я должна издеваться над тобой, а не ты! Да как ты смеешь!? Я тут главная! Я! — капризно топнула ногой женщина.

Аверин и Ева подошли к его машине. Мужчина увидел, что мальчики уже не спали. Они сидели на передних сиденьях и смотрели мультик по встроенному мультимедийному видеоплееру.

— Тебе не кажется, Ева, что в Твоей жизни слишком много Тебя?

Николай открыл дверь, а Федя с Ваней тут же вышли к нему. Федор так посмотрел на нее, что Ева слегка отодвинулась.

— Чего вылупился? — грубо буркнула она мальчику и вытянула руку.

Аверин молча вложил в протянутую ладонь ключи от машины. Федя буквально буравил ее взглядом. Николай слегка сжал его ручонку и придвинул мальчика к себе.

— Я достойна всего самого лучшего, хирург-неудачник…

Ева села за руль его машины, посмотрела в зеркало заднего вида, поправила пальцами помаду на губах и посмотрела на него взглядом победительницы.

— И нет ничего плохого в том, что в Моей жизни есть только Я. Так проще жить. И приятнее. А ты со своей любовью ко всем этим людишкам где теперь? Вот! Где я, а где ты! Ты теперь стоишь на обочине, а я в шоколаде.

— Смотри, Ева, с такой жизненной позицией, однажды ты и останешься Сама с Собой. И никого рядом, увы, не окажется.

— Да пошел ты! — взметнула Ева длинным хвостом и завела машину, — глотай пыль! Неудачник!

Она резко сорвалась с места и умчалась в неизвестном направлении.

— Машинка наша уехала, — недовольно пробурчал Ваня.

— Почему мы ее не схватили?! — не выдержал и крикнул Федя.

— Прости, — вздохнул Аверин, — но так было необходимо.

— А как же мой брат?!

— Вот о нем я как раз сейчас и думаю.

В этот момент в кармане пикнул телефон. Аверин просмотрел сообщение и убрал его обратно.

— Так, мальчишки, — сказал он, — я вызвал такси, едем забирать Джеджика.

— Ура! — взметнул ручонками Ванюшка, — Жди, Джеджик, списители идут тебе на помощь!

— Спасатели, — поправил его тут же Федя, — а не списители. Но мы идем! Правда, идем?

Он так смотрел на Аверина, словно пытался рассмотреть, не лжет ли тот.

— Правда! — успокоил его Николай.

В такси Федя прижался в боку Аверина и тихо сказал.

— Вы, этой, свою машину отдали за Джеджика? Благодарю Вас. Я Ваш должник. И обязательно, когда вырасту, отдам долг. Вы не жалейте. Поверьте, Женька стоит гораздо больше, чем все машины в мире.

Аверин погладил мальчика по голове.

— Не жалею. Я это знаю.

Больше Аверин ничего не смог ответить. Ему пришлось отвернуться к окну, потому что сейчас хотел скрыть слезы, которые едва проявились. Николай не жалел денег, имущества, просто он любил уже Федю, как родного сына. Иметь такого ребенка для него было бы честью. Ане есть чем гордиться! Жаль, что у них, скорее всего, ничего не выйдет.

* * *

Через час они подъехали к строящемуся дому, но на территории никого не встретили. Стройка была замороженной. Николаю же показалось это место знакомым.

Тучи сгущались, но ветра не ощущалось, и стояла такая зловещая тишина. Федор и Ванечка крутили головами, все вокруг рассматривая. Аверин стал прислушиваться. Он очень боялся, что Ева могла его обмануть.

Вдруг Федя резко рванул к дверному проему, приставил руки к губам и громко крикнул.

— Дже-джик!

— Дже-д-жик! — Ванечка вторил своему другу, оставаясь стоять рядом с дядей Колей.

Аверин тоже захотел отправиться к входу в здание, но вдруг почувствовал, что это станет роковой ошибкой. Причины такого понимания не объяснить. Интуиция, предчувствие. Николай словно живьем переживал свой самый главный кошмар.

Федор скрылся в проеме. Николай видел, как он быстро поднимался по пыльным ступеням наверх.

— Не-е-е-т!!! — что есть силы, закричал мальчик.

Николай бросил взгляд вверх, и дальше время шло на секунды. Он со всех ног побежал к тому месту, где с высоты сорвался ребенок. Мужчина сотни раз переживал это во сне, а сейчас кошмар стал явью. Ребенок стремительно приближался к земле…

Все чувства хирурга обострились. Он никогда не испытывал такого раньше. Подобным образом Аверин еще не вступал