Ведьмам накладывают швы - Джульетта Кросс

мне на ладонь. Я сменил свой номер, когда уезжал из Остина, – хотел сжечь мосты. Вел себя как упрямый мудак, каким я и был. Закрываясь от негатива, я дал ребятам из стаи повод думать, что теперь они для меня никто. Я считал, что делаю им и себе одолжение, хотя на самом деле причинил им лишнюю боль. Понятно, как Шейн пришел к выводу, что единственным способом чего-то добиться для него было похитить Вайолет. Моей вины в этом дерьмовом спектакле было не меньше, чем его.

Я занес себя в контакты Тая и вернул ему телефон.

– Звони или пиши в любое время.

– Спасибо.

Я вдруг вспомнил, как этот беспечный парнишка пришел в нашу стаю. Первое время он ходил за мной по пятам, как щенок.

– Пока твои в городе, заглядывай к нам в «Эмпресс».

Он кивнул и, сдерживая улыбку, вздернул подбородок.

– Обязательно.

Я хотел взъерошить ему волосы, как раньше, но он слишком повзрослел. Так что я просто похлопал его по плечу и взял сумку с инструментами Вайолет. Она подхватила чемоданчик поменьше и вложила свою ладонь в мою.

К тому моменту, как мы подошли к выходу, мой джип уже стоял возле него.

– Когда сядем в машину, позвони сестрам. Скажи, что с тобой все хорошо.

– Я так и собиралась сделать.

– И добавь, что не приедешь домой.

– Э-э?

Мы вышли через разорванные двери гаража. Прижимая ведьму к себе, я обвил пальцами ее затылок.

– Ты нужна мне дома.

– Ой, слушай, мне надо в душ, и вообще…

– Помоешься у меня. Едем.

Я наклонился к ней и снова прикусил ее губу.

– Я позабочусь о тебе, Вайолет.

Услышав, как я с рычанием произнес ее имя, она захныкала.

– Скажи «да», – приказал я.

– Да, – тихо сказала она, глядя на меня с самым покорным выражением, которое я когда-либо видел на ее лице.

Это уничтожило меня. Опустошило меня. Меня охватила неутолимая жажда прижать ее к себе и держать в объятиях до тех пор, пока она не станет по-настоящему моя.

Словно почувствовав мое отчаянное желание, Вайолет встала передо мной, взяла меня за подбородок и нежно прошептала:

– Отвези меня домой, Нико.

Не говоря больше ни слова, я приступил к выполнению ее просьбы.

Глава 31. Вайолет

– Мне нравится этот способ передвижения.

Я болтала ногами, держась за шею Нико, а он поддерживал меня под коленками и нес через двор, как свою невесту. Посмотрев на меня, он приподнял бровь, но ничего не сказал. По дороге домой он молчал и просто держал мою руку у себя на коленях, пока вел машину. Я услышала, как во дворе раскудахтался Фред.

– Фред! Интересно, он голоден?

– Потерпит, – хрипло сказал оборотень, распахивая дверь и захлопывая ее ногой, продолжая держать меня на руках близко-близко к себе.

– Ты первый пойдешь? – Я вопросительно приподняла бровь.

– Нет. – Он опустил взгляд. Выражение его лица было сосредоточенным, но в то же время нежным. – Давай сначала ты.

Я не собиралась с ним спорить. Я ожидала, что мы поднимемся и он сразу бросит меня на кровать, раздев догола, но вместо этого мы направились к ванной. Нико поставил меня на ноги, и я стала пытаться расстегнуть молнию на платье сбоку, но он отвел мою руку.

– Дай-ка я, – прошептал он тихо и сосредоточенно. Сама серьезность.

Все легкомыслие вдруг испарилось. Близость наших тел, жар нашей крови, неизбежное притяжение, проникавшее в самую глубь души, – пережитая разлука заставляла воздух между нами искриться.

Тем не менее Нико аккуратно расстегнул молнию на моем платье, затем нежно стянул его с меня через голову. Он скользил руками по моему телу, словно проверяя, нет ли на мне синяков или ссадин, которые он еще не успел занести в воображаемую медкарту. Он старался не касаться ссадины на колене. Она была не слишком глубокая и потому быстро покрылась корочкой запекшейся крови. Нежными пальцами Нико снял с меня лифчик и трусы, затем положил руку мне на бедро, придерживая на месте, а сам потянулся и включил душ.

– Залезай, – подтолкнул он меня, когда за стеклянной дверью начал клубиться пар.

Горячая вода, льющаяся на мое тело, наполнила меня блаженством. Я стояла под струями, давая им намочить волосы, и смотрела, как оборотень снимает одежду и заходит в душ вместе со мной. Кабина была тесновата для двоих, и я вдруг ощутила, какой он крупный. И какой красивый.

– Нико?..

Его рот прижался к моему – он настойчиво, но нежно облизал мои губы, вторгаясь в меня. Нико скользил ладонями по моей гладкой коже, вниз по спине, по изгибам моей задницы, сжимая, а затем поднимаясь вверх по моей талии, бедрам, груди. Его руки не старались удовлетворить или возбудить – скорее он просто желал убедиться, что я действительно в порядке. Он касался меня, держал и ласкал, чтобы удостовериться: я настоящая, я здесь и я в безопасности. И мы рядом.

– Черт, я не могу, – прошептал Нико мне в губы, его руки снова оказались на моей талии, и он прижал меня к стене, немного отстраняясь.

Выражение отчаяния в его глазах сбило меня с толку.

– Да что такое?

Он сглотнул, его кадык дернулся, вода стекала по черным волосам, которые кудряшками липли к скулам. Его руки нежно обхватили мое лицо, по его телу пробежала дрожь. Покачав головой, он крепко зажмурился – слова, казалось, застряли у него в горле.

– Посмотри мне в глаза, Нико. – Я взяла его пальцами за подбородок.

Когда он наконец посмотрел на меня, у меня перехватило дыхание. Я увидела в его глазах опустошение, которое поразило меня в грудь, проникая в самое сердце.

– Солнце, – прошептала я, – в чем дело?

Он провел длинными пальцами по моим щекам, запустил их в мои волосы, крепко, почти до боли, сжимая мокрые пряди в кулаке. Его голос напоминал скрежет наждачной бумаги по гвоздям:

– Ты так дорога мне, Вайолет. – Он снова с трудом сглотнул, и вода стекала по его красивым, совершенным губам, когда он произносил прекрасные, нежные слова. – Когда я думал, что тебе может быть больно, я сам практически умирал от боли.

Нико покачал головой, и капли воды скатились с его подбородка. Проведя большим пальцем по моей влажной нижней губе, он добавил:

– Я не могу жить без тебя.

– Иди ко мне, – успокаивала я, притягивая его ближе, чтобы он видел мое лицо, когда я добавила: «Я тоже тебя люблю». Я прижалась поцелуем к его влажным губам,