Ведьмам накладывают швы - Джульетта Кросс

Он со стоном закрыл глаза, его губы задрожали, когда он целовал меня. Он прижался сильнее, скользнул внутрь и нежно-нежно лизнул кончик моего языка.

Томными сладкими поцелуями он показывал мне, как я дорога ему. Слезы моего счастья смешивались с водой. Справившись с растерянностью, он крепко прижал меня к себе, и мы стояли под струями воды. Его сердце стремительно колотилось напротив моего.

Через некоторое время Нико выключил воду и, не говоря ни слова, вытер меня полотенцем. Он одел меня в одну из своих футболок и натянул боксеры, а затем отнес меня не в постель, а вниз по лестнице. Там, посадив на диван, он укрыл меня теплым, уютным одеялом и на время оставил.

Я задремала, а потом услышала, как Нико звенит сковородками на кухне. Он разбудил меня, не знаю, сколько времени спустя, помог сесть и заставил съесть бургер с обжаренным луком, грибами и картофелем фри с сыром халапеньо. Он приготовил блюдо на скорую руку. Быстрые углеводы и белок оказались просто божественны на вкус.

– Я очень люблю тебя, – пробормотала я, откусывая кусочек вкусного бургера.

Он усмехнулся, наблюдая, как я ем, и тоже откусил кусок.

– Меня или мой поварской талант?

– Все твои таланты. – Я улыбнулась, макая в кетчуп кусочек жареной картошки с сыром.

Когда мы поели, я положила его стопы к себе на колени и стала делать ему массаж, восхищаясь красотой его ног. Будем честны. Каждая черточка Нико меня совершенно очаровала.

– Фут-фетиш, Вай?

Он сидел, заложив руки за голову, в изголовье дивана, не сводя с меня взгляда по-волчьи зеленых глаз. Мне нравилось его спокойствие. Теперь, когда я находилась в безопасности дома, его страх ушел.

Дома? Когда это я стала думать о его доме как о своем?

В моей голове промелькнуло волшебное ощущение, похожее на дежавю. Именно такое видение пришло ко мне в тот день, когда сделала на Нико расклад. Я улыбнулась.

– А если у меня правда фут-фетиш? – Я выгнула бровь, глядя на него.

– Можешь развлекаться с любой частью моего тела сколько душе угодно, – сказал он, пошевелив пальцами ног.

Я пощекотала его стопы, и он со смехом отдернул ноги.

– Интересное открытие. – Я забралась на диван и поползла по его телу, пока не смогла пощекотать ему ребра.

– Вайолет, прекрати! – вскрикнул он сквозь смех.

Я двигалась дальше, а Нико изогнулся и подмял меня под себя, зажав мои запястья одной рукой и тут же поднимая над моей головой. Мы тяжело дышали, оба все еще посмеиваясь. Его взгляд скользнул к ране у меня на лбу.

– Прости. – Он нежно провел пальцем по линии моего подбородка. – Маловато я настучал Шейну за это.

– На самом деле это был не он, а тот другой парень, Рик. И если уж мы ведем счет, то я сама должна врезать тебе за разбитую коленку.

Он поморщился, из его груди вырвался тихий стон.

– Ой, все. Спокойно. Это просто синяк. Пройдет.

– Я не хочу, чтобы у тебя появлялись синяки. Я запрещаю это.

Он поцеловал меня в губы, невинно, но приятно.

– Ну, если ты запрещаешь, – зевнула я, – видимо, у меня нет выбора.

Нико улыбнулся.

– Давай ложиться спать.

Он встал, поднял меня на руки и отнес в кровать.

– Не поверишь, я все еще могу передвигаться сама.

– Знаю.

– Хотя я могу привыкнуть к такому приятному средству передвижения.

– Позвольте сегодня обойтись без вашего сарказма.

– Есть, сэр.

Он застонал.

– Как только вы хорошенько отдохнете, вам придется повторять это гораздо чаще.

– Есть, сэр.

Нико прищурился, глядя на меня, и уложил в постель. Я рассмеялась, совершенно довольная, когда он скользнул ко мне под одеяло. Я свернулась калачиком на боку, ощущая тепло и райское блаженство оттого, что Нико прижался ко мне всем телом.

Мои веки уже опускались, когда я сказала:

– Давай обсудим проблему оборотней.

– Завтра. – Он поцеловал меня в макушку, обнял за талию и притянул к себе. – Это подождет.

– Хорошо. – Я снова зевнула. – Спокойной ночи, Нико. Я люблю тебя.

Забавно, как легко и естественно это слетело с моих губ. Сердце стукнуло раз, другой. Он тяжело вздохнул, уткнувшись носом в мои волосы.

– И я тебя люблю.

И я погрузилась в самый блаженный сон в своей жизни.

Глава 32. Нико

Я рассматривал страницы дневника, который лежал у меня на коленях, и тщетно пытался сосредоточиться. Прошлой ночью случилось слишком много всего. Я проснулся рядом с любовью всей моей жизни, моей второй половинкой. Я улыбался как псих и ничего не мог с этим поделать. Я прижался к Вайолет, обдумывая, как разбудить ее так, чтобы у нее на лице появилась такая же улыбка.

Затянувшийся день оставил ее совсем без сил. Было бы эгоистично будить ее только для того, чтобы посмотреть ей в глаза, когда она будет кончать. Потребность дать ей отдых и заботу пересиливала потребность погрузиться в нее. Еще одно свидетельство того, что она без остатка покорила мое сердце.

Я приготовил ей блинчики с шоколадной крошкой и поджарил бекон, рассчитывая, что она проснется часов в девять-десять. Как же я ошибся. Время приближалось к одиннадцати, а она по-прежнему спала как убитая. Конечно, было что-то притягательное в том, что она так крепко спала у меня дома. Удовлетворение от этой мысли мягким теплом разошлось по телу: она находилась именно там, где должна была. Рядом со мной.

Тук-тук.

Отложив тетрадь на журнальный столик, я направился к двери. Я уже ждал, когда же на моем пороге появится одна из сестер Савуа. Судя по запаху, это была Клара, которая не выдержала первой.

– Доброе утро. – Она лучезарно улыбалась, ее голос, как всегда, был бодрым.

– Удивлен, что никто из вас не заглянул еще на рассвете.

Я отошел в сторону, пропуская ее. Смеясь, она сняла пальто цвета фуксии и повесила его на спинку стула в гостиной.

– Девочки просто наконец поверили мне, что Вайолет жива и здорова. Особенно после того, как пришел Матео и рассказал Джулс, что произошло.

Ведьма подошла к моей книжной полке и внимательно просмотрела книги и фотографии.

– Конечно, Джулс придет послушать полную версию из первых уст, когда Вайолет проснется.

– Не сомневаюсь. – Я сел на диван, ставя локти на колени. Я не на шутку разнервничался. – Клара, я хотел тебе кое-что сказать. Вернее, кое о чем тебя спросить.

Она отвернулась от полки и уселась в мягкое кресло напротив меня.

– Чем могу помочь?

– Я