Прощание Тёмного принца - Ольга Дмитриевна Силаева

того, кто мне дорог. За их счёт, – она кивнула на распростёртую на полу девочку, – раз уж милосердие им чуждо. Не нужно быть гением, чтобы понять, что уже первый десяток этих бессмертных детей быстро подтянет уровень до моего, и начнётся бойня.

– Нет, – прошептала девочка. – Ресурсы… ограничены…

– Хочешь сказать, среди электронных разумов никто не будет ходить по головам? Наивный ребёнок.

Золотой экран наверху потускнел. Буквы исчезли.

Послание Великому Светлому было стёрто.

Лара и Таисса смотрели друг другу в глаза.

– Ты знаешь, кому я хочу отправить это послание, – произнесла Лара. – Ты знаешь, кого я люблю.

– Тьена, – проговорила Таисса.

– Мир мне не нужен, если в нём нет него. Начав убивать, я не смогу остановиться. Меня спасло бы знание, что мир продолжится вместе с любимым существом, но твой сын мёртв, Таисса Пирс. Я видела его могилу. Единственное, что мне остаётся, – попрощаться.

Таисса почувствовала, что бледнеет.

– Ты хочешь позвать Тьена, чтобы попрощаться с ним? А потом?

– Кто знает? Возможно, мы проведём вместе вечность. Может быть, твоему сыну удастся меня разубедить. А возможно, не удастся – и тогда мы всё равно проведём вместе вечность.

Таисса с ужасом смотрела на Лару. Это было невозможно. Если Лара запрёт её сына здесь… отберёт его жизнь, его будущее… отменит то, что уже случилось…

Лара усмехнулась, явно поняв её страхи.

– О да. Парадокс такой силы должен уничтожить всю вашу семейку, как ты считаешь? Мир вздохнёт свободно.

Таисса сжала губы. Нет, пока это зависит от неё. Она не даст Ларе запереть здесь Тьена навечно.

– Но как он тебя услышит?

– Он путешественник во времени. Он потомок Великих. Пока не пришёл день, перед ним открыт выбор, становиться ли Великим самому. Поверь, он услышит.

– Какая же ты… дура, – пробормотала девочка, лежащая у ног Таиссы. Её пальцы бессильно скребли по краю прозрачного круга. – Никакого самоуважения… цепляться за мёртвеца… кричать ему через всю галактику…. Что люди подумают?

– Я предупреждала, что могу причинить тебе боль, – раздался ледяной голос Лары.

– Да попробуй. – Девочка сплюнула. – Что я, не видела… света и вечности?

В следующую секунду она тихо, глухо вскрикнула.

– Твоя электронная память внезапно начала таять, – констатировала Лара. – Неприятно, да? Не взять с собой в бессмертие? Что ж, побудешь обычным челове…

Её голос оборвался.

– Так вот кто ты такая, – совсем другим, тихим голосом сказала Лара. – И вот как тебя зовут. Как же я тебя упустила…

– Кого? – вырвалось у Таиссы.

Лара лишь презрительно рассмеялась.

– Давай, скажи ей, – слабым голосом посоветовала девочка. – Знаешь, что будет? Она тебе не поверит.

– Ты боишься, что она узнает, и боялась всё это время, потому что тебе стыдно, – отмахнулась Лара. – Но она не поймёт ничего. Она под внушением.

– ЧТО?!

Таисса вновь дёрнулась, но сила, державшая её, не дала ей шевельнуться, запечатав её словно в хрустале. Хрупкая фигурка девочки была распростёрта совсем близко, но Таисса не могла даже взять её за руку.

– Я не под внушением, – хрипло сказала Таисса. Не то Ларе, не то девочке, не то самой себе. – Вернон проверял меня сегодня, я пила «Амиго», я…

Таисса осеклась, помня о нейролептиках.

– Ты не поймёшь ничего, потому что Великий Светлый запретил тебе понимать, – отрезала Лара. – Тебе скажи «Таисса Пирс», ты только моргнёшь.

Таисса моргнула, мысленно проклиная свою дурацкую беспомощность.

– Она не под внушением, – устало и хрипло проговорила девочка. – Великий не может вмешиваться. Только… просить. Пожалуйста… останови… то, что ты делаешь.

Медленно стирает ей электронную память. Стирает часть личности, с которой девочка росла всю жизнь. У Таиссы сжалось сердце.

Лара не дрогнула.

– Остановлю, когда настоящая наследница линии Пирсов выполнит то, что от неё требуется. Может быть.

Таисса сглотнула. Великий Светлый не внушал ей ничего. Ничего! Она бы поняла, осознала, она…

…У неё было чувство.

Словно её, маленькую и хрупкую, держит на ладони весь мир. Держит, пытаясь оградить от опасного знания.

Просьба?

Любовь?

Неважно. Сейчас мир сузился до подрагивающих пальцев девочки, с которой они были едва знакомы.

– Отпусти её, – тихо сказала Таисса. – Пожалуйста.

Вместо ответа золотой экран ярко вспыхнул вновь.

– Когда у тебя в рукахтакаяпамять, – задумчиво проговорила Лара, – пожалуй, сразу стирать её не стоит.

И по экрану замелькали образы.

Совсем юная девочка с взлохмаченными косичками шагает в похоронной процессии за двойным гробом, очень бледная. Павел пытается взять её за руку, но та вырывает её…

– Кое-чьи родители погибли, закрывая вышедший из-под контроля энергетический канал и защищая людей от взрыва, – прокомментировала Лара. – Героизм – это всегда последствия чьего-то идиотизма. Интересно, те горе-инженеры, которые проектировали этот канал, живы? Ах да, они в тюрьме до сих пор. Как мило. И ты не стала мстить?

– Какой смысл, – прошептала девочка. – Пустое место…

– И ты последняя. Ни братьев, ни сестёр. Не с кого брать пример, да? Хотя…

Лара тихо рассмеялась. А у Таиссы округлились глаза при виде следующего образа.

Знакомый зеркальный зал. Девочка стоит у колонны, касаясь её рукой, и выглядит совсем взрослой. А навстречу ей из глубины колонны смотрит…

Таисса расширенными глазами смотрела на свой образ.

– Ты никогда мне не снилась, – проговорила Таисса.

– Ещё приснюсь, – огрызнулась девочка слабо.

Холодный смешок Лары.

– Я бы не стала на это надеяться.

Третий образ промелькнул совсем быстро. Даже не образ – фотография, помятая, словно её хранили совсем небрежно. Старый дом, увитый плющом и смутно знакомый, – и парковая аллея с весенними деревьями, такая знакомая, словно Таисса уже видела её однажды на другом снимке. Изящные скамейки. Таисса успела разглядеть табличку на одной из них и даже первую букву текста: «Л…»

По экрану пронёсся вихрь, и тот вновь опустел.

– Значит, нашего путешественника во времени ты не встречала, – подытожила Лара. – Что ж, я должна была проверить.

Лёгким шагом Лара обошла возвышение и остановилась прямо напротив Таиссы.

– Пора кромсать твою голову, – задумчиво сказала она. – Готова?

– Наплюй на неё, – слабо проговорила девочка. – Мы должны… уничтожить эту реальность, отключить её от Источника… это язва, разъедающая всё вокруг. Последнее, что нам