Прощание Тёмного принца - Ольга Дмитриевна Силаева

Она поймала себя на мысли, что пытается разглядеть на фреске себя, и отвела взгляд. Лицо горело – от смущения или от стыда, она не знала.

Но где-то здесь должно быть и её изображение, верно? Великая история любви… Таисса запомнила эти слова, и сейчас они отзывались в ней чем-то… Близким? Запретным?

Она не знала. Но хотела узнать, одновременно боясь и желая этого.

Таисса сделала ещё шаг. И пошатнулась, обнаружив-таки на следующей фреске себя.

В пещере, сотканной из сверкающих чёрных кристаллов. В Храме Великого Тёмного.

Таисса была изображена не в момент своего горького триумфа, когда она разрушила Тёмный Источник. Не во льдах Антарктиды, когда она, замерзая, упрямо торговалась со Светлыми, и даже не в видениях Великого Тёмного, когда она смотрела на собственную могилу. Впрочем, откуда бы обо всём этом узнал автор фрески? Кроме Таиссы, Вернона, Дира и Хлои, никто доподлинно не знал, что произошло в Храме, и вряд ли кто-то из них четверых стал бы писать мемуары.

Хрупкая девичья фигурка была прижата к кристаллу Источника подобием цепей, обвивающих её грудь, бёдра, лодыжки. На лице девушки, таком похожем на лицо Таиссы, застыло отчаяние. Казалось, она изо всех сил тянется прочь, но слишком прочны цепи, и все попытки освободиться от чужой злой воли безнадёжны.

Кем она была здесь? Пленницей Источника? Заложницей тёмных сил? Кого осуждал автор фрески, какой момент запечатлел?

Таисса услышала шаги за спиной и обернулась.

Хранитель храма, о присутствии которого она уже успела забыть, стоял, скрестив руки на груди, и молча следил за ней.

– Вы что-то хотите сказать мне?

Он покачал головой.

– Просто смотрю на твоё лицо. Мне всё ещё трудно поверить… как ты понимаешь.

– Мне тоже, – отозвалась Таисса эхом. – Трудно поверить, что я здесь.

Взгляд Таиссы задержался на блестящем нагруднике. Если бы хранитель храма не стал так явно подчёркивать сходство между собой и якобы образом Великого Светлого, как выглядел бы профиль на металле? Кого бы увидела Таисса?

…И почему этот Светлый так серьёзно отнёсся к совсем юной девочке с электронными имплантами?

– Думаете, им это удастся? – спросила Таисса, кивнув в сторону девочки. – Уговорить Великого дать им шанс на электронное бессмертие? Преодолеть вето, фактически наложенное всей планетой?

– Нет, – просто сказал хранитель. – Но раз вы обе здесь, это не может быть совпадением. Я признаю ваше право попытаться.

Таисса моргнула.

– Почему «мы обе»? Какое совпадение?

Хранитель странно улыбнулся, но не сказал ничего.

– Пирс, в центр зала, – раздался голос девочки. – Будешь читать наши отчаянные мольбы прочувствованным голосом. Не забудь пустить слезу в нужный момент. Или стой молча с неодобрительным видом. Тоже сгодится.

Таисса подошла к прозрачному возвышению, окружённому тонким обручем золотистого света. Здесь прожекторы жгли куда сильнее.

Помедлив, Таисса шагнула внутрь.

– Всё-таки… зачем вам я? – спросила она.

Девочка устало вздохнула.

– Потому что ты не орёшь хором «нет» вместе со всей планетой. Ты сомневаешься. Именно это твоё сомнение мне и нужно.

Таисса прикрыла глаза, ощущая, как бьёт сквозь веки свет. Но важны ли Великому Светлому её сомнения? Что она может ему сказать, кроме единожды выпаленной сквозь боль мысли – «Живи!»?

В следующую секунду прожекторы над головой Таиссы начали гаснуть.

– Подготовка завершена, – сообщила девочка. – Выдыхай.

Таисса с облегчением выдохнула, открыв глаза.

И оказалась лицом к лицу с ледяным диском луны.

На дальней фреске призрачная женская фигура восставала над морем. В складках её плаща угадывались очертания микросхем. На берегу моря, скрестив ноги, сидел молодой человек в очках.

Лунная дорожка, бегущая от него к женской фигуре, была соткана из цифр и крови. Алые пятна и тонкие линии схем словно проливались одна в другую.

Изображение было таким натуралистичным, что Таисса отшатнулась.

Сайфер. Напоминание об опасности. Предупреждение, что электронный разум, лихорадочно ищущий пути жить вечно, может поставить мир на грань гибели.

Таисса задрала голову, глядя на огромный золотой экран, к которому текли лучи прожекторов. Электронный холст, готовый изменить будущее.

Плохое предчувствие сжало сердце Таиссы.

– Послушай, ты уверена, что стоит… – начала Таисса.

– Стоит, – отрезала девочка. – Последняя проверка. Периметр?

– Всё в порядке, – раздался из ниоткуда чёткий голос Павла. Сейчас он совсем не казался старческим. – Вы начинаете?

Девочка подняла бровь, глядя на Таиссу.

– Мы начинаем? Или великая Таисса Пирс струсит перед лицом опасности?

Две пары глаз встретились.

– Никак не могу понять, – негромко сказала Таисса, – ты терпеть меня не можешь или…

– Или, – решительно прервал Павел. – Таисса, подруга, ты дорога нам всем, но оставь расспросы на потом, ладно? Лучше заканчивайте поскорее. Системы говорят, что кроме вас троих в храме никого нет, а мы охраняем периметр почище пиратов перед абордажем, но у меня сердце не на месте. В конце концов, кладка тут толстенная, сенсоры порой ошибаются, а у нашей Ларочки полно трюков в кармане. Ты помнишь, что мы готовы мгновенно прийти на помощь в случае чего?

Таисса невольно улыбнулась.

– Помню. Спасибо тебе.

– Должен же я следить, чтобы ты благополучно вышла из этих дверей. У нас с тобой остались приключения в прошлом, знаешь ли.

«Таис, ты понимаешь, что такое смерть?»

– Конечно, – очень естественным голосом сказала Таисса. – Обязательно. Ты сказал, вы перекрыли все подходы?

– Само собой. Небо, воздух, земля. Пустую станцию монорельса ты видела сама. Здесь был вход в энергетический канал, но его деактивировали ещё до строительства храма. Активировать его столько лет спустя невозможно. Его просто больше не существует.

Смутное воспоминание шевельнулось у Таиссы в голове.

«…Может существовать дремлющий энергетический канал. И он не затухнет: Светлый Источник продолжит его поддерживать».

Для всех на планете никакого Источника не существовало. Вот только…

…У Александра было другое мнение.

– Где находится другой вход в канал? – быстро спросила Таисса, чувствуя, как по позвоночнику ползёт холодок. – Вы проверяли?

– Проверяли, но там ничего интересного. В архивах указано, что точка входа…

Короткий треск помех в ухе. И белый шум.

Голос Павла исчез.

Лицо девочки побелело.

– Что за?..

– Что происходит? – резко спросила Таисса.

– Я не понимаю, – хрипло сказала девочка. – Это не только сеть, всё просто… исчезло! Так не бывает!

– Почему же? Вполне бывает.

Мороз пробрал