Медвежье сердце - Елена Михалёва

– Мама, – на бледных губах Гвин расцвела прелестная улыбка. Мать она не видела несколько лет и не чаяла увидеть столь скоро. Она повернула голову к отцу, чье появление также удивило ее. – Папа.

Авериус, наконец, прошел в комнату.

Счастливый Иврос с кряхтящей ректорской внучкой на руках. Керика с кричащим внуком. Бесконечно счастливая Евания, которая вмиг выкинула из головы все тяготы минувшего пути. Но самый главный человек сейчас лежал на постели. Та, которая только что одержала победу в еще одном собственном сражении. Его самая большая гордость и любовь.

Авериус Гарана позабыл обо всех обидах и важных планах и с ласковой улыбкой произнес, обращаясь к дочери:

– Здравствуй, моя Вишенка.

Он хотел сказать ей многое, очень многое, но позже. Времени теперь у них было предостаточно. А пока Авериус Гарана расстегнул свой ректорский плащ и бросил его прямо на пол у входа, чтобы поскорее вымыть руки с дороги и помочь сестре.

Брина, которая старалась не мешать внезапному семейному единению, ненавязчиво убедилась, что с госпожой все в порядке и все естественные процессы позади. Она помогла Гвинейн устроиться на чистой половине кровати и заботливо положила ей на живот кожаную грелку со льдом.

Иврос с крошечной Мор на руках присел рядом, наклонился и поцеловал жену с нежной, молчаливой благодарностью.

– Дайте матери уже ее детей, – попросила Гвин, чувствуя, как силы постепенно возвращаются. Все чары и зелья начали разом действовать, потихоньку латая истерзанное тело, но ждать Гвинейн более не могла. Любая боль стоила этого момента.

Керика бережно вытерла громкого мальчишку и, обернув его чистой простынкой, подала малыша матери. Та приняла свое сокровище, ощущая глубокий внутренний трепет. Страх, что она лишена материнских чувств, как и ее собственная мать, отступил. Любовь заполнила Гвин до краев. В глазах Ивроса она прочла то же самое.

Лорд-протектор Хагмор на мгновение оторвал влюбленный взгляд от жены и обнаружил, что Евания стоит в изножье кровати с таким изумленным лицом, будто бы солнце только что взошло на западе.

– Госпожа Гарана, вам нехорошо? – встревоженно осведомился он. – Здесь земля импери, да и в комнате нас многовато. Быть может…

– Нет-нет, – женщина замахала рукой.

– Родная, что такое? – Авериус подошел к ней ближе, чтобы заглянуть в лицо супруги.

– Дети, – вымолвила она.

– Да, мы с Ивом уже поняли, что Моргевейн появится на свет наполовину окулус и наполовину импери, – Гвин попыталась успокоить мать. – Это весьма необычно. Но Остван – импери Хагмор полностью и всецело, как и его отец.

– Нет-нет, все хорошо, – заверила ее Евания. Взгляд лиловых глаз был устремлен именно на мальчика. – Дочка, разве ты не чувствуешь?

Но Гвин ощущала лишь, как она измотана и как приятно внизу живота от холодной грелки. Сын затих и глядел на нее своими громадными золотыми глазищами. Гвинейн прислушалась к ощущениям. Ее губы приоткрылись от удивления, когда она вдруг поняла, что имела в виду мать.

– Чувствуешь? – Евания рассеянно прижала руки к груди. – Будто пытаешься погладить кошку, а она сидит с другой стороны оконного стекла.

Собравшиеся замерли.

– Мальчик иммунен к воздействию окулус, – ровным голосом озвучил свой вывод Авериус Гарана. И с тихим восторгом добавил: – Восхитительно.

Иврос тоже подумал, что это все восхитительно. Но не потому, что один импери однажды полюбил окулус, другой импери оказался к окулус невосприимчив вовсе, а третья гармонично сочетала в себе силы обоих родителей. Для него вся его семья была особенной. И любимой. А со всеми прочими «восхитительными особенностями» они справятся вместе.

Письмо от автора любимому читателю

Дорогой читатель, благодарю, что прошел от начала до конца весь этот путь вместе с Ивросом и Гвин. Надеюсь, эта часть истории тебе понравилась, а поездка Ива в Идарис дала ответы на все возникшие вопросы.

Буду крайне благодарна отзывам и комментариям.

А здесь веду паблик, посвященный работе над «Сердцами» и другими книгами: https://vk.com/mikhalevabooks.

Для меня это был путь длиною в несколько лет. На любом из его этапов с героями можно было проститься и закрыть книгу, но ты, мой любимый читатель, сейчас здесь, читаешь эти строки, а значит, моя работа не была проделана зря. И не зря Яна радовала нас чудесными артами и обложками, не зря вы оставляли комментарии и слова поддержки. Мы пишем и читаем книги, чтобы прожить эмоции и приключения вместе с героями. Мы привязываемся к ним и не хотим расставаться.

Возможно, мы встретимся снова, в следующем «Сердце»? События будут происходить спустя семь лет после завершения «Механического сердца». Мы увидим всех, кого успели полюбить, но ключевыми героями окажутся другие персонажи. Роман будет называться «Паучье сердце».

Это история о хитром пауке и маленькой мушке.

Нет, не так.

Это история о суровом чародее с разбитым сердцем и юной принцессе, нежной, как первоцвет, и холодной, как лед.

Нет, опять не так.

Это история вторых шансов и первых ошибок.

Вот, уже лучше.

Это история о…

А хотите кусочек из «Паучьего сердца» прямо сейчас?

На крошечной площади у парадных дверей Академии журчал фонтан. Его холодные брызги разлетались во все стороны, гонимые ветром, который особенно ощутимо гулял на холме. Но это приносило в уютный внутренний двор живительную прохладу.

Однако в этот час народу снаружи оказалось немного: почти все были на занятиях. Несколько старших адептов на лавочках в тени кудрявого плюща тихо обсуждали домашнее задание.

А на краю фонтана сидел светловолосый мальчик лет семи и задумчиво ковырял палочкой мох, выросший между стыками камней, из которых состояла большая фонтанная чаша.

Чародей в бордовом камзоле направился прямиком к нему.

– Леон, как дела у твоей мамы? – Крисмер взъерошил светлые волосы мальчишки.

Ребенок поднял на мужчину голубые глаза, одновременно стараясь увернуться от руки.

– Она просила передать, чтоб ты сдох в муках, когда я тебя увижу, – без эмоций ответил Леон.

– Какая она все-таки милая, – Крис натянуто улыбнулся, облизнув губы. – Передай ей, что я переживаю, как бы она однажды не захлебнулась своим ядом.

– Не могу. Ты же знаешь, она мне за такие слова оторвет уши, – мальчишка вздохнул. – Как там Венворт? Я бы мог прийти в выходной, поиграть с ним. В субботу у нас нет занятий в Академии…

– Не нужно. Он с няней.

– Ладно, – протянул мальчик и вновь опустил глаза, продолжая ковырять палочкой мох на краю фонтана. – Жаль.

Спутница Криса заметила, как поникли его плечи, и ее сердце отчего-то сжалось от тоски при взгляде на этого ребенка.

Часы над входом пробили полдень. Мальчик вскочил с места и,