Капкан паучьей лилии - Лили Крайн

class="p1">Давид Флорес поправил галстук и отвернулся от зеркала. В беспроводных наушниках играла успокаивающая мелодия авторства Людовико Эйнауди — он всегда её слушал перед работой. Раздался тихий писк, Давид сделал последний глоток кофе и вышел из лифта, на ходу выбрасывая ненужный биоразлагаемый стаканчик. Он прошёл по коридору мимо множества однотипных дверей и подошёл к той, на которой красовалась металлическая табличка с чёрным тиснением и надписью «Доктор Д.Флорес, психолог-консультант, психотерапевт».

В приёмной за столом возле входа уже ждал его секретарь Брук. Тот взглядом указал в сторону одной из двух дверей, намекая, что первый пациент пришёл раньше положенного. Молча Давид перегнулся через стол, заглядывая в монитор. Камеру слежения в комнате ожидания установили якобы в целях безопасности, но ему она нужна была по другой причине. С этической точки зрения не самый правильный подход, но на некоторые нюансы доктор предпочитал закрывать глаза во имя эффективности лечения.

Увидев на экране посетителя, Давид вздохнул: совсем забыл, кто будет первым. Вообще, он старался избегать предвзятости и в суждениях, и в работе, но как же его достал этот актёришка! Все проблемы пациента высосаны из пальца. Все, кроме одной конкретной, и вот с этим можно работать. Взглянув ещё раз на наручные часы, Флорес кивнул, скорее сам себе, и прошёл через вторую дверь в кабинет. Ему предстояло не самое лёгкое утро и только мысли о вечернем свидании со старой знакомой успокаивали душу.

Убрав наушники и сверившись ещё раз со своими записями, он уселся в кресло перед столом и нажал на кнопку. В этот момент лампочка в комнате ожидания загорелась зелёным. Дверь открылась, на пороге показался Сонни Хейтс. Поприветствовав Флореса, он прошёл в кабинет, присел на край дивана напротив и вздохнул точно так же, как сам доктор буквально пару минут назад.

— Как ваши дела с нашего последнего сеанса? — мягким тоном поинтересовался Давид.

Сонни опустил руки, сцепив их перед собой в замок — закрылся, — и снова вздохнул. Ясно. Флорес не торопил, ожидая, когда тот начнёт говорить. Так случалось каждый раз: сначала затяжное молчание, вздохи, потом несколько общих фраз и только после они подбирались ближе к проблеме. Но, видимо, случилось что-то непредвиденное, так как Сонни начал прямо:

— Она меня избегает.

— Вы уверены, что дело именно в вас, а не загруженности по работе?

— Не знаю. — Сонни нервно повёл плечом и согнулся сильнее. — Я никогда не могу быть уверен на все сто. Знаю, что у неё и правда много дел, но мне кажется, что проблема именно во мне.

Ну вот опять, что ни сеанс — пациент уверен, что во всём виноват сам. Эта установка корнями уходит в детство, к которому они успели подобраться, но так и не обсудили — Сонни всеми силами избегает конкретики, как бы Флорес не старался навести его на нужную стезю.

— Неделя прошла, как она вернулась, а встретиться никак не может. Сколько бы я ей не звонил — вечно занято, а дома не застать. Я и голосовые оставлял, но бестолку.

Да, девица — не промах. В принципе, Флорес понимал причины её поведения, но объяснять это напрямую не собирался, иначе вышло бы всё слишком быстро. Ему нужно было наводить пациента на верные мысли, давать пищу для размышления и поисков истины, а не расставлять всё по полочкам.

— Вы не думали дать ей время? Девушка пережила потрясение. Вероятно, там, куда она отправилась, всё тоже прошло не слишком гладко, и ей необходимо побыть наедине с собой.

Сонни отрицательно покачал головой.

— Она не из тех людей, кто зацикливается на проблемах.

— У всех нас есть хорошие и плохие дни. Иногда даже мелочь способна вывести человека из равновесия.

Казалось, Сонни задумался. Он откинулся назад, прислонившись к спинке дивана, обычно такое происходило не раньше, чем на середине сеанса.

— Просто мне хотелось бы обсудить с ней произошедшее. В то утро я даже не сразу понял, что происходит, и слова вставить не успел, как она сбежала. А надо бы поговорить, сказать, что ночью случилось невообразимое…

— Вы считаете тот случай ошибкой? — Флорес немного напрягся, ожидая услышать прорыв.

— Конечно!

Нет, прорыва не случилось. Слишком уверенное заявление для того, кто осознал и принял случившееся. Оно и к лучшему — потребуется больше сеансов.

— И я бы хотел, наверное, извиниться. Ведь она тоже так считает.

— Почему вы так в этом уверены?

— Секс по пьяни с лучшим другом — кто может считать подобное нормальным? — Сонни потёр лицо ладонью и продолжил уже тише: — Тем более, учитывая другие, хм, обстоятельства.

Про «обстоятельства» Флорес тоже был в курсе. Истинное затруднение крылось лишь в том, что одно из них было надуманным. Сам Сонни до правды не добрался, но это только пока.

— Вы не думали, что она могла отпустить этот случай и даёт вам возможность сделать то же самое? — Давид знал, что таким предположением может ввести пациента в заблуждение, но это было необходимо, чтобы тот наконец отвлёкся от подруги и переключился на собственные реальные проблемы.

— Нет, — Сонни хмыкнул. — Хотя… Это, в принципе, в её характере, но всё же… Неужели ей настолько плевать?

Ага! Вот оно. Флорес сдержал улыбку и спокойно поинтересовался:

— Вас волнует её безразличие или невозможность обсудить свои чувства после произошедшего?

— Я… — Тот судорожно выдохнул и сдался. — Я не знаю.

Наконец их разговор принял правильное направление. Каждый раз, когда речь заходила об этом, Сонни моментально переключался на что-то другое, но в этот раз Флорес не даст ему соскочить.

— А что вы почувствовали после той ночи?

Сонни закатил глаза.

* * *

Вот уже две недели каждые три дня чёрная BMW останавливалась возле высотки, где находилось несколько дюжин арендованных помещений: от кабинета частного зубного врача до туристической фирмы. И всякий раз Патрик гадал: что же могло понадобиться тут Сонни? Спросить напрямую он, конечно, пробовал, но внятного ответа так и не получил. Неужто у Рэд нахватался?

Патрик как раз собирался откусить кусок от только что купленного хот-дога, когда открылась дверца со стороны пассажира, и Сонни забрался в автомобиль. Опять не удалось нормально поесть — дома только здоровая еда — неохотно Патрик убрал хот-дог в пластиковый пакет и перекинул на заднее сидение.

— И как оно?

— О чём ты?

— Ну как прошло то дело, которое ты никак не можешь закончить?

— Нормально, — отмахнулся Сонни, нахмурившись.

— Знаешь, иногда тоже нужно отдыхать там… — Многозначительно намекнул Патрик. — Отвлекаться.

О чём это он? Сонни проигнорировал слова, углубившись в собственные мысли.