Жестокий наследник - Сиенна Кросс

— Росси знает, где ты находишься?

— Нет, — шепчу я. — И ты не собираешься ему говорить. Я не хочу, чтобы Коналл находился рядом с ним.

Бран усмехается. — Думаешь, итальянец просто позволит тебе исчезнуть?

Волна тошноты накатывает на меня. — Он возненавидит меня, но будет жить. Я просто надеюсь, что он не станет искать меня до того, как я сделаю то, что должна.

Шаги эхом отдаются в коридоре за дверью. Возможно, кто-то из персонала видел, как мы вошли.

Я прижимаю руку к груди Брана. — Просто дай мне минуту побыть одной.

— Бриг...

— Я серьезно. — Мой голос дрожит, когда я достаю телефон из кармана. — Алессандро спас меня. Я не оставлю его, по крайней мере, без текстового сообщения...

Бран изучает меня еще секунду, затем кивает. — Хорошо. Но если ты не выйдешь через пять минут, я приду за тобой. Частный самолет Коналла ждет в аэропорту...

— Конечно, это так.

Он издает короткий горький смешок и направляется к двери.

Мои пальцы летают по клавиатуре, горло сжимается от эмоций. Затем убираю телефон в карман и в последний раз оглядываю комнату. Последний вздох. Последняя секунда.

Глава 50

Алессандро

Cazzo, Рори, где ты?

Я расхаживаю вдоль своего стола, как бешеный тигр, запертый в клетке, моя рука поглаживает квадратную выпуклость в кармане. Мое сердце бьется о ребра, каждый дикий удар более удушающий, чем предыдущий. Она ушла. В одно мгновение она была здесь, а в следующее исчезла.

Кто, черт возьми, ее забрал?

Кто бы это ни был, к завтрашнему дню он будет на глубине шести футов.

— Мэтти! — Кричу я, разворачиваясь.

Не отводя взгляда от экрана, он выдавливает. — Я пытаюсь, Але. Нужно просмотреть чертову уйму отснятого материала.

Когда отследить телефон Рори оказалось бесполезным, мой двоюродный брат сел за компьютер. В течение последнего часа ему поручали изнурительную задачу по взлому каналов видеокамер по всему городу. Я смотрю, как он просматривает зернистые кадры, ругаясь себе под нос, затем опрокидывает еще один эспрессо. Джемини мобилизован, и они прочесывают город. И все же я ничего не могу сделать, кроме как стоять здесь и расхаживать взад-вперед, как придурок.

Мне не следовало так долго стоять в этой чертовой очереди в кафе. К тому времени, как я вернулся к столу с выпечкой, моего маленького лепрекона уже не было.

Тот, кто похитил ее, должно быть, вошел с черного хода. Пока я стоял в очереди, мимо никто не проходил, а Сэмми стоял у входа в кафе. Должно быть, они вошли через переулок.

Если только...

Мучительная мысль пронзает меня, как это было в течение последнего часа. Что, если она ушла сама? Что, если она поняла, что не хочет меня?

Может быть, она поняла правду, что я все еще сломлен. Все еще не цельный. И, может быть, она не хочет тратить свою жизнь на то, чтобы чинить кого-то вроде меня.

Кольцо в моем кармане внезапно становится тяжелее. Совсем не то. Может быть, мне не стоило...

— Нет, — выдавливаю я, сжимая зубы. Она бы просто так не ушла. Только не после всего, через что мы прошли. Должно быть, кто-то каким-то образом выманил ее, а затем похитил. Это единственная возможность, которую я принимаю прямо сейчас.

В заднем кармане у меня жужжит телефон, и сердце подскакивает к горлу. Вытаскивая его, мои пальцы дрожат, когда я узнаю знакомое имя на экране.

— Рори!

Маттео, наконец, отрывает взгляд от экрана. — Держи ее на линии, чтобы я мог отследить ее местоположение.

— Это просто сообщение, — рявкаю я в ответ.

— Тогда отправь еще одно сообщение. Что угодно, лишь бы она оставалась на связи.

Не читая ее слов, я барабаню пальцами по экрану, лихорадочно набирая первое, что приходит в голову.

Я: Я люблю тебя, Рори.

Ответа нет.

Даже этих проклятых маленьких голубых пузырьков.

Я жду всего секунду, прежде чем мой взгляд поднимается к ее первоначальному тексту. Волна страха расцветает глубоко внутри меня, но я подавляю ее, заставляя себя прочитать слова.

Рори: Мне так жаль, Але. Ты дал мне безопасность, свободу и, самое главное, любовь. Даже когда я думала, что не заслуживаю ничего из этого. Но это то, что я должна сделать. Не потому, что я этого хочу, а потому, что тот, кого я люблю, умрет, если я этого не сделаю. Пожалуйста, не преследуй меня. Если ты это сделаешь, Коналл причинит тебе боль. И я не смогу этого пережить. Однажды ты сказал мне, что я спасла тебя. Теперь мне нужно отплатить за услугу кому-то другому. Я люблю тебя, Але. Больше собственной жизни.

Она ушла. Слезы застилают мне зрение, когда я читаю сообщение во второй раз, затем в третий. После четвертого я, наконец, вытряхиваю себя из ступора. Нет. Я этого не приму. К черту все. Я ни за что не потеряю ее.

Чью жизнь она спасает ценой своей?? Ее bastardo отца? Может быть, кто-то из ее братьев? Merda. Это не имеет значения. Коналл может отправляться прямиком в гребаный ад, мне все равно, и я с радостью пойду ко дну вместе с ним, если это поможет спасти Рори.

Мой взгляд останавливается на Маттео, по-прежнему склонившемся над столом. — Тебе удалось отследить телефон?

В его глазах появляется искорка веселья. — Конечно. Я профессионал, помнишь?

Я качаю головой, и на моем лице появляется подобие улыбки.

— Она в Нижнем Ист-Сайде, в каком-то доме престарелых.

Мои брови хмурятся, когда я пытаюсь вспомнить имя единственного пациента, с которым, по ее словам, она поддерживала связь. Пэдди какой-то...

— Плохая новость в том, что она, вероятно, бросила телефон сразу после того, как отправила тебе сообщение, потому что сигнал пропал. Она могла уехать.

Или в воздухе. Если она упомянула Коналла, это означает Белфаст. Согласно моим источникам, нога Мясника не ступала на Манхэттен. — Они едут в аэропорт, — Кричу я.

Маттео кивает, вскакивая из-за стола, когда я бегу к двери. — Тогда чего мы ждем?

Шины визжат по асфальту, когда Маттео ведет машину по частной дороге к аэродрому. Я вцепляюсь в приборную панель так сильно, что костяшки пальцев побелели, сердце колотится с каждой секундой.

Я не могу потерять ее.

При мысли о возвращении к жизни без Рори мое сердце отказывается биться быстрее, а легкие отказываются надуваться.

— Мы не можем позволить ей уйти, — Я рычу,