Цена (не) её отражения - Тория Кардело

волосы блестят, как листва в закатных лучах! А кожа сияет, как первый снег под луной! Нам нужно поторопиться — бал вот-вот начнётся! Ваше новое платье ждёт вас. Я сшила его специально для вас.

Должно быть, она повторяла эти слова для каждой новой гостьи. Даже ее синие глаза напоминали осколки льда, в которых отражалась только пустота. Она была лишь оболочкой, манекеном, призраком.

«А я могла стать такой же. Едва не стала. Или уже стала».

Странное спокойствие охватило её, вытесняя страх и неуверенность. Она больше не была той испуганной девочкой, попавшей сюда в поисках спасения. В мире снов она стала другим человеком — решительной, уверенной. И теперь у неё появился шанс воспользоваться этим.

Аля резко встала и схватила блондинку за плечи. Та слегка вздрогнула, но её улыбка не изменилась. Даже когда Аля сжала пальцы сильнее, причиняя боль, её лицо осталось прежним.

— Где Ноктюрн? — спросила она жестко, глядя прямо в пустые глаза цвета зимнего неба.

Зрачки блондинки на секунду расширились, заполняя радужку чернотой, взгляд стал пугающе пустым. Затем она моргнула и улыбнулась ещё шире, демонстрируя слишком ровные, слишком белые зубы.

— Ноктюрн уже ждёт вас! Не опаздывайте на бал! — произнесла она, словно запрограммированная кукла. — Все ждут только вас, Александра! Вы — звезда сегодняшнего вечера!

Даже интонация не поменялась. Ни страха, ни удивления, ни боли. Только заученная фраза, повторяемая с той же эмоциональной окраской, с теми же паузами, что и в прошлый раз. С тем же пустым восторгом в глазах.

Аля отпустила её, понимая, что ничего не добьётся. Что-то сломалось в этом существе — или, может быть, оно никогда и не было целым. Блондинка продолжала улыбаться и хлопотать вокруг, словно ничего не произошло. Она указала на вещь, разложенную на диване — лавандовое платье с открытыми плечами и пышной юбкой, украшенное серебряной вышивкой в форме звёздного неба. Когда-то Аля действительно мечтала о таком наряде, но сейчас ей было не до этого.

Аля не стала переодеваться и выбежала из комнаты. За спиной послышался удивленный возглас блондинки, но быстро затих, словно поглощенный плотной тканью.

Аля бежала по коридорам дворца, окруженная картинами, которые пристально наблюдали за ней, поворачивали нарисованные головы вслед.

— Ноктюрн! — кричала Аля, не заботясь о приличиях этого странного места. — Ноктюрн, где ты?

Элегантные пары в вечерних туалетах оборачивались на её крик, смотрели с легким удивлением, тут же сменяющимся равнодушием. Лица размывались, черты лица с трудом читались, словно всех их не очень умелый художник нарисовал акварелью, а потом провел по рисунку мокрой губкой.

— Бал вот-вот начнется, дорогая, — мимо прошёл пожилой мужчина в строгом фраке. — Не стоит опаздывать. Сегодня особенный вечер.

— Сегодня такая чудесная музыка, — вторила ему дама с бледным пятном и тёмными провалами глаз вместо лица. — Вы же придете? Все ждут только вас.

Аля остановила молодого человека с тросточкой, лицо которого показалось ей смутно знакомым: она уже встречала его на балу.

— Вы видели Ноктюрна? — она схватила его за руку. — Высокий, темноволосый, обычно держится в тени.

Юноша одарил ее лёгкой улыбкой.

— Думаю, он уже на балу. Как и все мы. Не стоит заставлять его ждать.

— Но вы знаете его? Вы видели его сегодня? — не отступала Аля.

— Бал вот-вот начнется, — повторил он, освобождая руку. — Музыка будет божественной.

Аля попыталась заговорить с другими парами, но все повторилось — вежливые, отстраненные улыбки, одни и те же фразы о бале, о музыке, о том, что не стоит опаздывать. Ни один из них не ответил на ее вопросы о Ноктюрне. Ни один не проявил настоящего интереса к ее словам.

И тогда ее осенило.

Они не могли ответить, потому что не знали. Ее окружали лишь тени, отражения чужих желаний. Безликие слуги Прядильщицы Снов, созданные для поддержания иллюзии идеального мира. Они существовали лишь для того, чтобы такие, как она, чувствовали себя особенными, избранными, красивыми.

И она сама… так отчаянно хотела стать одной из них. Быть красивой, желанной, совершенной — пусть даже ценой собственной жизни и личности. Она заключила сделку, даже не осознавая ее сути. Променяла реальность на красивую ложь.

Как глупо. Как бесконечно глупо.

* * *

— Ноктюрн! — крикнула Аля, врываясь в бальный зал. Ее голос эхом отразился от стен, исказился до неузнаваемости.

Но она уже чувствовала — Ноктюрна среди музыкантов явно нет. В его исполнении музыка звучала более живо, трогательно, человечно.

Несколько пар остановились, повернулись к ней. Без всякого удивления или осуждения — только с вежливой улыбкой, словно приклеенной к лицам.

— Бал только начинается, дорогая, — сказал ей проходящий мимо мужчина в серебряной маске, скрывающей верхнюю половину лица. — Ваш кавалер скоро появится. Все всегда появляются вовремя.

— Музыка сегодня особенно прекрасна, — добавила его спутница в платье цвета потускневшей лаванды. — Прядильщица так старалась для нас. Для вас.

При упоминании Прядильщицы Алю пронзил холодный ужас. Она вспомнила огромный пир, странных созданий, уговаривающих её остаться на Ткани Снов, и существо во главе стола — Агату, но более величественную и жуткую, с фигурным чёрным веретеном в руках. И как все гости, включая Розу и Астру, внезапно изменились. Как лица исказились, стали жуткими масками, а голоса зазвучали ужасающим хором, жаждущим смерти неосторожной гостьи.

«Прядильщица Снов… Они все подчиняются ей, как личные марионетки!».

Аля пробралась сквозь танцующие пары на сцену и обвела взглядом весь зал. Ни единого намека на Ноктюрна. Его не оказалось ни среди танцующих, ни среди зрителей, ни среди музыкантов.

Горечь разочарования подступила к горлу. Аля начинала понимать — его здесь нет. И скорее всего, не будет. Он где-то в другом месте, возможно, на другом уровне этой странной реальности.

«Что, если с ним случилось что-то страшное?»

Паника, холодная и острая, осколком льда пронзила сердце. Что, если она опоздала? Что, если Ноктюрн, а точнее — Роман — уже превратился в пустую оболочку, как все остальные? Или хуже — что, если Прядильщица сделала с ним что-то ещё более ужасное?

И тут среди танцующих пар Аля заметила их — две девушки выделялись из общей безликой массы. Астра и Роза. Именно с ними ей удалось по-настоящему поговорить во время последнего визита сюда.

Аля спрыгнула со сцены, растолкала танцующие пары и пробралась к подругам. Они танцевали с двумя безликими кавалерами — Аля даже не запомнила их лица, настолько они лишились индивидуальности.

— Астра! Роза! — окликнула их Аля, перекрикивая музыку. — Мне нужно с вами поговорить! Сейчас же!

Они обернулись одновременно, словно две части единого целого. На их лицах