Гномка - Диана Чайникова

раз я не отрешалась полностью от рисования, каким-то периферийным зрением наблюдая за тем, что в итоге появляется на полотне. И не слишком удивилась, поняв, что в качестве фона изобразила развалины, в которых проходило последнее сражение Даймерлио. Затем проявились колдуны в балахонах. Только они были иными: расслабленными и не такими величественными и опасными. Маги сидели на каких-то цветных лоскутках, что-то оживленно обсуждая. Эльфа нигде не было видно. Я пыталась его начать рисовать, но все было тщетно. Почему я не могу нарисовать так, как хочу? Я же хотела нарисовать живого эльфа. От расстройства, бессилия и злости на себя по щекам потекли слезы. Что значит данная композиция? Что Даймерлио действительно погиб? Кисть продолжала порхать, останавливаясь на малозначительных для меня деталях. Все было бессмысленно. Я помотала головой, приводя себя в чувства. Не время для паники и безысходности!

Взяв себя в руки и приглядевшись, я поняла, что площадка не полностью копирует ту, на которой происходило сражение: на ней отсутствовал темный проход в бункер гномов. Кстати, интересно, построили ли они данное жилище сами? Очень странные скопления коридоров, будто тут действительно потрудился какой-то живой организм типа гигантского крота. Входа в подземелье не было, зато стояла высокая неразрушенная башня, такая же серая, как та, в которой жил страж. Похоже, это совершенно другие развалины. И что тогда значит башня в центре рисунка? Возможно ли, что именно там держат Даймерлио? И если да, почему я не нарисовала его самого. Чтобы не было слишком просто? Мы даем подсказку, а ты преодолевай? Значит, мне придется погружаться туда и надеяться, что я сумею найти эльфа до того, как меня сожгут. Наверное, вылазку лучше предпринять ночью. Оставалась зыбкая надежда, что меня просто не увидят, потому что меня там как бы нет, но я вспомнила, насколько осязаемой была вода в фонтане и решила надеяться на лучшее, но думать о плохом. Я сосредоточилась, оживляя картину, делая краски насыщеннее, а лица колдунов реалистичнее, посмотрела на небо, отмечая солнце и представляя, как оно скользит по небосводу, клонясь к закату. Легкое взаимодействие с творением не требовало от меня сильного напряжения, я легко скользнула сознанием в иной мир и убедилась, что картина живёт, а, значит, я действительно умею Видеть не только будущее, но и настоящее. Вернувшись в своё тело, решила, что было бы неплохо поспать, но я слишком сильно переживала, не представляя, как я осуществлю свою вылазку в одиночку. Силовая поддержка, разведка, вообще все решения всегда лежали на плечах Даймерлио. Справлюсь ли я? Обязана. Ради Даймерлио и себя. Если я нарисовала эту башню, она что-то значит в судьбе эльфа, и я должна узнать, что. Ворочаясь в кровати, перебирала в уме варианты своего ночного проникновения в бастион колдунов. Рассчитывать, что меня не заметят, было наивно. Я не безухий и не обладаю Даром невидимости, не умею передвигаться стремительно по воздуху, я вообще обладатель по сути бесполезных в бою Даров. Чем же мне защититься или атаковать? Не разумнее ли привлечь гномов? Взвесив все «за» и «против» подумала, что меня скорее свяжут, чем помогут. Местные маги растеряли отвагу и смелость. Рассчитывать на их содействие бессмысленно.

Так ничего не придумав, с квадратной головой и опасением в очередной раз не справиться с самостоятельной миссией, встала, заметив, что солнце на картине скрылось за горизонтом. В эти минуты безумно хотелось, чтобы вошла та гномка, обладающая Материализацией, Гавер или Гвайнц, спросили, не нужна ли мне помощь и согласились пойти со мной. Вылазка перестала бы быть тайной, но я бы не чувствовала себя более столь беспомощной.

Соприкоснувшись с картиной, наблюдая за колдунами сверху, смотрела, как они расходятся перед сном. Большая часть, к моему огорчению, направилась в башню. Кто-то скрылся, разойдясь в разные стороны. Я не представляла, какие постройки скрываются за рамками нарисованного, и это вселяло дополнительные опасения.

Выждав еще немного, вынырнула из колдовского мира, оглядев себя. Брать что-то с собой казалось бессмысленным. Я не владела оружием, планшеты закончились, поэтому я решительно рванула длинный подол платья, выделенного местными, обнажив колени. Сняла халат, также стесняющий движения, и вновь прильнула к рисунку, всматриваясь в башню, чувствуя, как меня все глубже затягивает чужой мир.

Я, наконец, смогла полноценно осмотреться, не увидев по сторонам других строений. Видимо, колдуны заняли сторожевые посты, либо их место обитания скрыто в лесу. Да и от кого им здесь защищаться? Небо было очень темным, и давало крайне мало света для наблюдения. Заметив под крышей башни небольшой окно, подумала было о тросе, но у меня уже не было времени менять план. Казалось крайне важным узнать о судьбе Даймерлио именно этой ночью.

Окончательно стемнело, а я все не могла решиться открыть каменную дверь у основания строения. Мозги рисовали чушь в виде охраняющего огнедышащего дракона и хитроумных колдунов, заманивших меня в свой мир, чтобы я открыла путь на Дамбу, и караулящих меня в темном коридоре. Я все медлила с окончательным перемещением, панически цепляясь за края планшета, желая и боясь полного погружения. Обругав себя последними словами за трусость, решительно отлепила закоченевшие от напряжения пальцы, спускаясь на иномирную площадь. Обернувшись, закономерно не увидела выхода, уже не удивляясь. Моя привязка была здесь, либо ее не было вовсе, значит, мне суждено либо погибнуть с ним, либо вытащить обоих. И вдруг застыла: получиться ли у меня нас вытащить, даже если я отыщу Даймерлио, если он тоже в этом мире? Отмерев, попыталась выдернуть себя самостоятельно, представив и поверив, что эльф ждет меня в гномьей комнате. До рези в глазах вглядываясь в темное небо, вдруг увидела края планшета, потянувшись к ним руками, подтянулась, оказываясь вновь на грани, и удовлетворенно усмехнулась. Значит, привязкой может стать та же вера. Отпустила планшет, вновь оказавшись у двери в башню, и толкнула ее в сторону. В коридоре действительно царила темнота, заставив болезненно сжаться мое сердце. Послышались знакомые шорохи, и воображение тут же сыграло на нервах, добавляя звуки «Аз-с-с». Испуганно отпрянула назад. На лбу проступила испарила. Холодный пот покрывал все тело, напоминая о нестерпимой фобии, зародившейся в раннем детстве. Где-то там Даймерлио, а я не знаю, как заставить себя сделать хоть еще один шаг. Смахнула злые слезы, и не думая, отчаянно подгоняя себя, влетела внутрь, задвинув за собой дверь, отсекая от попыток сбежать. Прислонившись к стене, часто дышала, пытаясь обрести внутреннее равновесие. Дрожь нещадно колотила тело, и я вновь онемела, не смея преодолеть следующий отрезок пути.