Кровь рассвета - Катрина О'Мэлли

Изольда оставила на его лице, рассекающий одну бровь и через переносицу до противоположной щеки, был багрово-красным на солнце. Его ореховые глаза были пустыми — такими были с тех пор, как Изольда проснулась и обнаружила его сжимающим безжизненное тело отца.

Несмотря на то, что он спас её, что он помог ей убить Селену, Изольда всё ещё не простила Эверетта за ту роль, которую он сыграл в схемах Ансельма и Селены, или за то, что он сделал с Бастианом.

Но она пыталась быть вежливой. Ради Бастиана.

— Эверетт, — поприветствовала Изольда. — Я слышала, церемония прошла хорошо.

— Было нормально. — Он переступил с ноги на ногу, теперь избегая и взгляда Бастиана. — Увидимся за ужином.

Он повернулся и пошёл прочь, вдоль изгиба озера, его плечи были ссутулены.

Морщинка пролегла между бровями Бастиана, когда он смотрел на уходящего брата.

— Он не тот, что прежде.

— Его отец умер, — мягко сказала Изольда.

— И мой тоже. Внутри него происходит что-то ещё. Что-то хуже.

Изольда обхватила рукой руку Бастиана, потянув его вниз на одеяло, которое она расстелила на траве. У всех троих осталось что-то плохое после Кровавой Луны. Бастиана мучили кошмары. Изольда не могла видеть красный цвет, чтобы её лёгкие не сжимались в груди.

Но они были живы. Они выжили.

— С ним всё будет в порядке. — Изольда поцеловала шрам на плече Бастиана. Она наклонилась дальше и поцеловала верхнюю часть длинного шрама на его спине тот, который Эверетт оставил после Наказания. — Ему просто нужно время.

Бастиан смотрел на удаляющуюся фигуру Эверетта ещё мгновение, а затем морщинка между его бровями разгладилась. Когда он повернулся к Изольде и поставил корзину, которую принёс Эверетт, перед ней, улыбка сменила хмурый взгляд.

— Открывай подарок.

Изольда метнула на него вопросительный взгляд. Он только пожал плечами, его улыбка стала лукавой.

Она откинула плетёную крышку корзины и обнаружила груду свежих ежевичных пирогов с маленькой баночкой сахарных сливок. Под ними лежал слой сэндвичей и миска с пухлой голубикой.

— Не то чтобы я жаловалась, — сказала Изольда, выуживая пирог и запихивая половину сразу в рот, — но я думала, ты сказал, что это лучше, чем пирог?

— Посмотри, — сказал Бастиан. Его глаза были как виски на солнце, когда он кивнул на корзину.

Изольда выгребла пироги, и сэндвичи, и ягоды. Под всем этим она нашла продолговатый свёрток, завёрнутый в тёмный лён.

Осторожно она подняла свёрток из корзины. Бастиан смотрел, как она отворачивает ткань.

— О, Бастиан, — выдохнула Изольда. — Они прекрасны.

Завёрнутым в эту тёмную ткань был набор кинжалов. Они были сделаны из тонкого, полированного серебра, рукояти были выгравированы изящным узором, напоминающим иней на окне. Навершия были в форме полумесяцев, а перекрестия загибались наружу в форме древних, извивающихся ветвей деревьев. Расположенные прямо под перекрестиями, пара бледных, перламутровых камней поблёскивали на солнце.

— Лунный камень. Под цвет твоих волос, — мягко сказал ей Бастиан, наблюдая, как она рассматривает камни. — Я купил их у торговца, который приезжал в Лейк Холл годы назад. Подумал, они красивые. — Он протянул руку и провёл большим пальцем по влажной пряди волос Изольды, его глаза расплылись от того знакомого благоговения.

— Забавно, — сказала Изольда, чувствуя лёгкую нехватку дыхания.

— Я обещал сделать тебе ножи, которые будут подходить именно тебе, если помнишь.

— Ты не обязан был этого делать. — Изольда вытащила один из кинжалов, проводя пальцами по блестящей чёрной коже новых ножен, которые прилагались к ним. — Я люблю те, что ты дал мне раньше.

— Считай это свадебным подарком, — сказал Бастиан.

Изольда чуть не выронила оружие, когда её взгляд метнулся к нему.

— Я не знала, что мы женаты.

— Мы не женаты.

— Тогда ты делаешь предложение?

Уголок рта Бастиана изогнулся вверх. Его глаза мерцали, золото вокруг зрачков почти светилось.

— У нас может не быть вечности, — сказал он, — и в любом случае, я всё равно обещаю любить тебя всю оставшуюся жизнь, но мне очень хотелось бы провести всё время, что у нас есть, с тобой как с моей женой.

Затем Бастиан потянулся к ней и подтолкнул влажный подол её сорочки к её бёдрам. Он взял ножны из её рук и, так же как на той лошади месяцы назад, обмотал ремешки вокруг её ног. Его пальцы были нежными там, где касались её кожи, когда он застёгивал пряжки и плотно прилаживал ножны к её бёдрам.

Когда он закончил, Изольда поднялась на колени.

— Я твоя. На всю нашу маленькую вечность, — прошептала она и прижалась губами к его губам.

Бастиан откинулся на траву, увлекая Изольду за собой, так что она оказалась у него на груди. Он был на вкус как соль и мёд, и солнечный свет, и Изольда пила его — его вкус, его пряный запах, пряной земли, силу его рук. Бастиан держал её близко, его руки запутались в её волосах, нос прижат к её коже.

Они лежали так до захода солнца, когда начала подниматься луна.

Продолжение следует…

Я не планировала писать эту книгу.

То есть — не так, как я обычно планирую написать книгу, что включает в себя несколько блокнотов, стену со стикерами и множество настроенческих досок. С «Кровью рассвета» у меня возникло полубредовое видение первой сцены посреди четырнадцатичасовой поездки на машине, и я сразу же начала набрасывать первую главу в приложении для заметок. Как только я добралась до дома и своего ноутбука, я сорвалась с места.

Конечно, нашлось несколько человек, которые оказывали мне неизменную поддержку на протяжении всего этого вихревого проекта, а значит, пришло время благодарностей.

Первым делом спасибо моей маме, которая также является моим редактором, за то, что кормила меня и поддерживала мой рассудок, пока я писала эту книгу. Спасибо за ваши редакторские услуги и за то (снова), что вы не пришли в ужас, когда читали пикантные сцены. А также спасибо, что не слишком сильно раздражались, когда я донимала вас днями напролёт, чтобы вы прочитали книгу, и за ваши бесценные отзывы и чрезвычайно дотошную вычитку. Люблю вас!

Спасибо Элизабет, моей лучшей подруге, которая так же безрассудна, как и я, когда дело касается вымышленных персонажей. Спасибо за ваш энтузиазм по поводу моих книг, за радость и воодушевление, которые вы привносите, когда мы говорим о них. За многие другие ночные посиделки о наших любимых вымышленных мужчинах! <3

Я была бы не права, не упомянув своих кошачьих коллег, Уинстона, Чарльза и Дориана. Спасибо за ваше постоянное присутствие на