Беглянка в Звездной Академии Астрея - Полина Ордо

Несмело протянула руку и почти коснулась кончиками пальцев этой тьмы.

— Ив, — тишину нарушил Лютер. — Будь осторожно. Говори, но дели на десять. И помни — он может лгать. Ложь присуща всему мыслящему.

Я кивнула. Легко сказать. Как говорить и верить чему-то, у чего нет лица, нет голоса? С чем-то, что общается напрямую с самим сознанием? Преодолевая внутренний барьер отвращения и страха, расслабила ладонь и выдохнула.

Тьма тонкими щупами обволокла мою руку. Не было ни холода, ни тепла. Было… ничто. Ощущение полной пустоты, словно я коснулась вакуума, втягивающего в себя саму жизнь. Я сглотнула и закрыла глаза, пытаясь настроиться.

“Я тебя ждал”

Чьи-то слова прозвучали в моей голове. Они возникли прямо у меня в сознании, словно тихий, но многоголосый шепот десятков людей. В нем не было ни мужского, ни женского начала, но чувствовалось единство.

Я ничего не ответила. Просто выжидала. Очень терпеливо и расчетливо

“Ты вернулась. Дочь. Частица, потерянная, но нашедшая путь обратно”.

“Я не твоя дочь”.

Открыла глаза и нахмурилась, вглядываясь в черноту. Даже в моем сознании эти слова прозвучали очень дерзко и резко, никогда бы с таким пылом не ответила вслух.

“Ты моя кровь. Моя память. Отпечаток моего разума в этом мире, как и твоя сестра. Вы нечто новое, непонятное. Но вы — это я, вы должны вернуться ко мне!”

Ладонь будто холодом обожгло. На самых кончиках пальцев появилось болезненное покалывание, которое напоминало онемение. Оно расползалось выше, очень быстро захватывая мое тело. Не успела испугаться, как и понять, что сама себе не принадлежу. Я будто бы покинула свое тело, наблюдая за всем со стороны.

“Вы должны вернуться ко мне…”

Передо мной скручивался спиралью какой-то пространственный коридор, который сменился пятном света, очень быстрым, словно я мчалась куда-то, на самой максимальной скорости.

Паутина, разрозненная, с болезненными прорывами, дырками, которые будто бы кровоточили. Проплешины в памяти, в жизни, в едином целом. Будто снаряды дроби прошили материю.

Вот как выглядел Заркон, вот, как он чувствовал свои потери. И вот почему желал восполнить их. Это было логичным и единственно верным решением: человек тоже бы искал, например, замену своим конечностям.

Картинка промелькнула перед внутренним взором: два ярких узла в паутине тьмы, расходящейся по всему сектору. Один — здесь, я. Другой — далеко, Мирина. И от этих узлов тянулись нити, связывающие их с чем-то огромным, спящим в самом центре паутины. Сосредоточение сознания Заркона.

Сконцентрировавшись на этом образе, мысленно задала вопрос: “Где ты? Как я могу вернуться к тебе?”

Заркона не беспокоили мои мотивы. Он их видел, но они явно казались ему мелочью. Либо был слишком уверен не только в своей правоте, но и в силе. Либо… Я была для него столь желанной добычей, что он готов был пойти на такой риск.

“Ты можешь найти путь к источнику, к самой основе”.

В сознании промелькнула картинка. Очень быстро, я едва поняла, что смотрела в сердцевину какого-то устройства. Оно было окутано этими черными щупами субстанции, став единым целым. Как на том шаттле культистов. Симбиоз живого и техники

Внезапно ощущение тела сменилось. Тьма вокруг моей руки стала упругой, плотной. Я будто чувствовала странный ритм. Глубокий, мощный, незримый пульс. Он исходил не от самой массы, а словно извне, через нее. Как будто эта часть этой черная субстанция, часть Заркона, сейчас работала проводником, антенной для чьего-то сигнала.

Образы полились бесконечным бурным потоком. Не цельные картины, а обрывки, как в горячном бреду: гигантские, покрытые вековой пылью металлические конструкции, встроенные в скальную породу. Силовые контуры, мерцающие отдаленно знакомым мне голубоватым светом, но намертво переплетенные с жилами черной, пульсирующей массы. И холод. Ледяной, космический холод, сквозь который не пробивалось искусственное тепло излучателей.

“Там, где солнце никогда не светит. Где корабли не летают. Этот сектор”.

Зона отчуждения, оставшаяся после первого контакта, который отец честно назвал варварской экспансией. То место, куда пришли корабли Империи. Те самые сектора, отданные на откуп культистам. Там, где все началось, там все и закончится.

Заркон понял меня, мою решимость и осознание. Теперь многоголосый шепот стал громче и настойчивее.

“Я дам ответы на все твои вопросы. Вы с сестрой должны вернуться. Мы будем единым целым. Мы станем совершенством. Долгожданное… слияние”.

Вслушиваясь в эти слова, я будто бы поддавалась. Ледяной ужас накатил внезапно, отрезвляя меня от непонятных гипнотических чар. Контакт, видимо, длился очень долго. Заркон не устоял, он пытался даже такой небольшой частичкой стать со мной единым целым. Я попыталась выдернуть руку, но тьма вдруг сжалась, удерживая меня. Паника захлестнула с головой

— Отец! — нервно выкрикнула. — Папа!

Подавители загудели вовсю. Будто очнувшись, видела, как отец ожесточенно разбирался с пультом, пытаясь прервать контакт. Пульс извне, тот самый ритм, на мгновение усилился, отозвавшись резкой болью в костях. Меня стала окутывать паутина тончайших черных нитей, пытавшихся завладеть моим телом. Гул подавителей скатился до пронзительного визга.

— Силовое поле на максимум! — выкрикнула командор Войд.

Свет в помещении стал мигать, сменяясь аварийным красным. Крик застрял в горле. Болезненная хватка на руках и плечах, меня пытались силой оттащить от этого сгустка темной материи. Адриан, Лютер и Натан. Последний пытался сдвинуть створки барьера.

— Есть!

Мы кубарем отлетели назад. Я со стоном лежала на Адриане и Лютере, в их объятиях, пока обеспокоенный Натан осматривал мою руку. Она была цела, невредима. Но на коже, от запястья до локтя, пробегал призрачный, быстро тающий узор — как будто прожилки, которых не должно было быть.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с отцом. С бледным лицом, он сбивчиво дышал. Поняв, что обошлось, облегченно выдохнул

— Получилось?

Лютер первым решился задать тревожащий всех вопрос. Вместе с Адрианом, они подняли меня с пола. Я едва стояла на ногах, чувствуя мерзкую слабость.

— Координаты. Мне кажется, что я знаю координаты. Он не просто живой организм. Он паразитирует на каком-то контролирующем устройстве. Я видела подобие реактора, пульты управления…

— Мы соберем флот! — командор Войт с воодушевлением сжала кулаки. — Немедленно.

— Нет. Он ждет меня. Там его территория. Бессмысленно пытаться его обхитрить… Так мы ничего не добьемся, — вновь посмотрела на отца. — Нужно придумать, как вывести их технику из строя. Заркон плохо переносит высокое напряжение.

ГЛАВА 50

Мы вчетвером наблюдали, как стремительно от нас отдаляются звездные крейсеры имперского флота. Они оставались в зоне подлета, эвакуационный