Беглянка в Звездной Академии Астрея - Полина Ордо

— Поверь, то, что вы сделали с принцессой — это чудо, почти невозможное. И нужно сделать это чудо…

— … закономерностью? — я закончила за Адрианом вполне логичную мысль. — Повторить?

— Ты же помнишь про брата Натана, — мужчина крепко обнял меня. — Он ведь не один такой. Представляешь, что будет, если всех можно вернуть обратно.

В голосе Адриана не было слышно насмешки или какого-то волшебного воодушевления, никакой надежды на необыкновенное исцеление, нет. Он подходил к этому вопросу очень даже строго и сухо. Методично. Словно хотел препарировать сам процесс и понять, как же так произошло.

— Нет, я об этом не думала, если честно, — выдохнула, немного успокаиваясь от объятий Адриана. — Слишком страшно все выглядело. И повторять такое мне бы не хотелось.

— Возможно в этом — и есть выход.

— Странно ты утешаешь.

— Нет, не утешаю. Скорее, ободряю. И даю стимул.

— Жить?

— Бороться, Ив.

В этих словах было столько скрытой силы и ярости, что я невольно вздрогнула и поежилась. Адриан словно на невидимую кнопку внутри меня нажал, очень уверенно.

— От такого только хуже становится. Ответственность просто по полу размазывает ровным слоем. Лучше пойдем к командору, пусть она вновь выдаст речь, расскажет, какая я молодец и лишний раз напомнит, что все зависит от меня.

— Не стоит Ив. Все зависит не только от тебя. Мы рядом. Собственно, я поэтому и пришел.

— М? — мягко высвободилась из объятий и повернулась лицом к Адриану. Посмотрела ему в глаза и нахмурилась. — Что ты имеешь в виду?

— Ты настаивала, чтобы разговор с отцом был наедине. Но, нет. Одна к нему ты не пойдешь и одна говорить не будешь. Только вместе с нами.

— Это семейное дело.

— Вот именно, Ив. Семейное. А мы теперь семья, разве нет. Так что эта ответственность не только на тебе, но и нас в равной степени. Всех нас. И так будет всегда, тебе понятно?

Знакомый менторский тон командора Дюваля, от которого до мурашек пробирало. Адриан говорил жестко, даже строго, будто выговаривал мне, но при этом в его глазах был океан любви. Той самой, обжигающей и согревающей, настоящей, от которой дыхание перехватывало.

Вот же… Жена. Но на самом деле и я не замечала, что мои мужья — моя семья, моя защита. Мое все. От этого стало еще страшнее.

— Да, понятно, сэр.

Адриана аж перекосило. Мое официальное обращение к нему вызвало натуральное удивление. Давно я так не называла его. Ответом послужил щелчок по носу.

— Идем, стоит поговорить с командором, а затем — подготовиться к приезду твоего отца.

Впервые я не была рада видеть отца. Все бы отдала, чтобы закрыть глаза и… оказаться где-нибудь подальше. Меня колотило от одной мысли, что сейчас отец расскажет очередную гадость, после которой захочется если не помереть, так с мылом хорошенько помыться.

Я не обняла отца, даже не подошла к нему. Нет, обиду я не затаила, потому что это даже не обида и была. Скорее, чувство неприятия всего. А отец с братом были самым главным раздражителем.

— Ты говорила, что мы будем одни, — отец сухо проговорил, нарушая тишину.

— Это семейное дело.

Тяжело вздохнула и приоткрыла глаза, посмотрела налево, затем направо. Натан сидел рядом, уперся локтями в стол и молча смотрел на моего отца. Лютер откинулся на стуле слева, лениво барабанил пальцами по своему колену и выглядел вполне обыкновенным. Один Адриан стоял у стены, скрестив руки на груди. Он будто выражал всем своим видом свое отношение к ситуации — резко негативное. Если бы меня таким взглядом смерили, я бы уже, наверное, всем высшим силам молилась.

— Хм, семейное.

Я себя невольно почувствовала главой какого-то преступного объединения, не меньше. Такой лидер, чьи слова все ловили и ждали с придыханием моей реакции. Подняла взгляд и посмотрела отцу в глаза. Невольно поджала губы и нахмурилась.

Отец сильно изменился, осунулся. Может даже постарел, выглядел гораздо старше своих лет. И седина, пугающая. Похоже, все это и правда на него действовало угнетающе. На нас всех.

— Я им все рассказала, так что нет нужды врать. Мы все ждем правды… папа.

— Ив, я бы правда хотел поговорить наедине. Не потому, что это какой-то секрет. То, что я расскажу, может, гм подорвать веру в Империю. Во всех смыслах.

— Нет. Думаю, если бы Лютер, Адриан или Натан сомневались в себе, то не сидели бы тут.

— Нет, — отец вдруг ударил кулаком по столу. — Думаю, вы все четверо не понимаете, насколько все сложно и противоречиво. В этом мире есть не только белое и черное, но и серое, полно серого. Мы все утонули в этой серости, не заметив этого.

— Папа, что может быть хуже, а? Что может быть хуже всего того, что ты уже рассказал и сделал?

— Например, правда. Про культ.

Отец выдохнул и прикрыл лицо руками. Долго с мыслями собирался. Я не знала, что чувствовали сейчас Натан, Адриан и Лютер, но мне уже ничего не было страшно. Самое худшее я уже слышала.

— Мы сами его создали.

— Что?!

Хор наших голосов был громким и синхронным. Я выразила свое недоумение, а вот мужчины… Мужчины — возмущение.

— Не было никакого нападения, ничего подобного. Была лишь наша экспансия, которая всегда приносила новые знания, новые территории, новые технологии.

— Заркон… что это?

— Я бы не сделал то, что сделал, у меня бы это не вышло, если бы я не знал, что такое Заркон, вернее, кто он. Высокоразвитая и высокоинтеллектуальная форма жизни. Бесплотная, интегрированная в… нечто технологичное.

— Погодите, — Натан приподнял обе руки, будто желая замедлить время. — То есть форма жизни?

— Темная материя — часть Заркона.

Кажется, мы все, кроме отца, впали в ступор. Слишком безумно и дико это звучало. Нереально.

— Я бы назвал Заркона — особой формой жизни, которую нам не дано понять. Но мы могли ее использовать. И использовали. Используем. Только у всего есть своя цена. Думаю, если бы наши предки подозревали, чем все закончится, то не связывались бы с ним. Десять раз подумали. Понимаешь, Ив, Заркон… он везде. Представь, как сильно он размножился за все это время? Представила? Он… Он как болезнь, которая расползлась по всему организму, поразившая все органы. Бесполезно искать точку отсчета, а вот поиски лекарства…

— Нет, — Адриан вдруг резко прервал моего отца. — Если есть источник, то нужно найти его.

— В том-то и беда, что невозможно найти его. Те сектора, которые были отданы на откуп культистам…