Мистер Сентябрь - Николь С. Гудин

Я просто пожимаю плечами, когда слышу звонок в дверь и крик Итана:

— Я открою.

К черту мою жизнь.

Бросаю последний взгляд в зеркало и бегу обратно по коридору, останавливаясь, чтобы отдышаться, прежде чем войти в гостиную.

Я слышу, как они разговаривают, и чертовски надеюсь, что Итан не говорит ничего глупого.

— Мы поработаем над этим на тренировке во вторник, но я думаю, ты это поймешь, у тебя солидная база навыков, — слышу я голос Броуди.

— Да? — спрашивает Итан, и я слышу волнение в его голосе. Ему нравится эта похвала от Броуди. Я вижу довольное выражение его лица и не могу не думать, что Броуди ему вообще нравится, как бы он ни притворялся, что ненавидит идею о том, что я с ним встречаюсь.

— Привет, — говорю я, и Броуди переводит взгляд с моего сына на меня.

— Ух, ты, — выдыхает он, — ты выглядишь невероятно.

Его глаза скользят по мне с головы до ног.

— Эм, спасибо, — отвечаю я, нервы берут верх.

Это гораздо более сдержанный комплимент, чем тот, который он сделал мне вчера в спортзале, но сейчас, когда мой сын слушает каждое слово и наблюдает за каждым движением, все это кажется чересчур.

— Ты готова? — спрашивает он, показывая большим пальцем за плечо, из-за чего его бицепс напрягается в облегающей черной футболке, которую он носит.

Я нетерпеливо киваю. Он поворачивается к Итану:

— Рад тебя видеть, приятель, я привезу ее домой к полуночи.

Итан закатил бы глаза, если бы я сказала что-то подобное, но он смеется над Броуди:

— Если хочешь, оставь ее на всю ночь.

Я краснею и бросаю на него взгляд «какого черта».

— Извините, это вышло неуместно. — Он снова откидывает волосы с лица.

Я ненавижу то, как он это делает; в один из этих чертовых дней он нанесет себе хлыстовую травму. Не говоря уже о том, что это выглядит нелепо. Я не думаю, что он получил сообщение о том, что старая прическа Джастина Бибера вышла из моды.

— Просто приведи ее домой, когда закончишь, — поправляется он.

— Итан! — шиплю я, когда Броуди посмеивается.

— Черт, — ругается Итан. — Я имею в виду, черт, я имею в виду… это не то, что я…

— Просто зайди внутрь, перестань говорить и держись подальше от неприятностей, — приказываю я, мои щеки пылают красным.

— Увидимся на тренировке, тренер Оуэнс, — быстро говорит он, прежде чем вытолкнуть меня за дверь и закрыть ее за собой.

— Ну… это было неловко.

— Было ли? — дразнит Броуди. — Я не заметил.

Он протягивает мне руку, и я беру ее.

Он ведет меня к своему огромному внедорожнику и открывает дверь.

— У тебя действительно хорошие джентльменские качества, — хвалю я его.

— Я думал, ты не хочешь, чтобы я был джентльменом?

Его улыбка дерзкая и широкая. Сегодня я вижу больше его лица; он подстриг бороду, которая еще вчера была грубой и непослушной.

Мне нравится это. Он выглядит так сексуально.

— Может быть, я солгала. Всегда есть время побыть джентльменом, — говорю я, забираясь в его машину с помощью его руки.

— Джентльмен на улице и негодяй в постели? — спрашивает он со смехом.

— Абсолютно. — Я вздыхаю, впиваясь зубами в нижнюю губу.

Его смех затихает, когда взгляд скользит по моим губам, в его глазах появляется голодный взгляд.

— С тобой все в порядке, ловкач? — шепчу я.

Он моргает, выходя из транса, и снова легко посмеивается, пробегаясь рукой по густым темным волосам:

— Я в порядке.

Он закрывает мою дверь, и я смотрю, как он обегает капот. Я никогда раньше не видела, чтобы парень делал бег сексуальным, но Броуди справляется с этим.

— Куда ты меня везешь? — спрашиваю я, когда он застегивает ремень и выезжает на улицу.

— Ко мне, ты не против? — он смотрит на меня, прежде чем снова обратить внимание на дорогу.

Мне слишком нравится это звучание, следует быть осторожной. Не следует сидеть в машине наедине с незнакомцем, ехать к нему домой, где мы будем одни, но Броуди не чувствуется чужаком. Скорее человеком, которому я уже доверяю.

— Звучит прекрасно, вы готовите для меня, тренер Оуэнс?

Он усмехается:

— Нет, если хочешь пережить вечер и не отравиться. Я не очень хорошо готовлю.

Я хихикаю:

— По крайней мере, ты честен.

— Я заказал итальянскую. Надеюсь, ты не против?

— Ты делаешь это снова. — Ухмыляюсь я.

Он встречается со мной взглядом на долю секунды:

— Что делаю?

— Ты перешел от вопроса, в порядке ли я, к вопросу, в порядке ли то, что ты запланировал.

Он усмехается:

— Может быть, я нервничаю.

Мне нравится, что он нервничает.

— Я тоже нервничаю, — признаюсь я. — Но я люблю итальянскую еду.

Он протягивает руку и кладет свою огромную ладонь на мою. Мне слишком нравится это ощущение. Это может быть простой жест, но он кажется утешительным и безопасным. Все, что касается Броуди, заставляет меня чувствовать себя в безопасности, и это пугает, учитывая, как мало я о нем знаю.

Я смотрю в окно и вижу, где мы находимся. Поэтому хмурюсь, пока мы проезжаем через город и выезжаем на другую сторону.

— Ты такой врун! — кричу я, когда понимаю, что происходит.

— Что? — спрашивает он удивленным тоном.

— Ты ведь не живешь где-то рядом с Ист-Сайдом, не так ли? — требую я ответа.

Он усмехается, понимая, о чем я говорю.

— Ты прошлым вечером изо всех сил старался отвезти меня домой.

Он пожимает плечами:

— Маленькая ложь во спасение еще никому не повредила.

Я не могу поверить, что он сделал это для меня.

И дергаю молнию на куртке:

— Почему ты так добр ко мне?

Он останавливается на перекрестке и поворачивается ко мне, приподняв брови:

— Я не сделал ничего такого, чего не совершил бы любой порядочный парень, Моргс.

— Может быть, я тогда толком и не знаю порядочных парней, — шепчу я, пожимая плечами.

Его глаза сужаются, и он глубоко сглатывает, на его лице появляется недовольное выражение.

— Ну, теперь ты знаешь. — Он произносит эти слова, и от них у меня по спине пробегают мурашки.

Он держит мою руку в своей и нежно сжимает ее:

— Ты в безопасности, когда со мной. Я никому не позволю сделать что-либо, что могло бы причинить тебе боль. Хорошо?

Я встречаюсь с его темными глазами и вижу, что он имеет в виду именно это. Он снова думает об этом придурке в баре, и очевидно, что