Преданная истинная черного дракона - Екатерина Борисова

А я молча киваю, принимая её решение.

Возможно, горячий ужин и тёплая ванная помогут мне придумать, как уговорить Сондру. Отдохну сегодня, а завтра с утра ещё раз попробую её переубедить.

Мы доходим до крохотной площадки с единственной дверью.

Сондра толкает её и пропускает меня вперёд.

На чердаке, а это именно он, имеется крохотное слуховое окно у самого скошенного потолка.

Тусклые лучи солнца надают на пыльный пол и тюфяк с прелой соломой.

В стороне стоит колченогий стол и грубо сколоченная табуретка.

— Располагайся! — усмехается девушка.

Я перевожу стеклянный взгляд с тюфяка на стол, на крохотное окно, до которого я не достану даже на цыпочках, и, наконец, обратно на девушку.

— Что это?

— Это твоя комната на ночь.

— Но это не комната!

— А ты не постоялец! — отрезает она. — Так и быть, ужином я тебя накормлю. Но как видишь, я сама не шикую…

Она подхватывает подол своей шерстяной юбки и расправляет её.

На тёмном фоне отчётливо видны следы более светлых заплат.

— Так что не привередничай, переодевайся и спускайся… — она собирается что-то ещё сказать, но осекается.

Замирает передо мной с напряжением.

— Я бы хотела…

— Тс! — шикает она на меня. — Замолчи!

Я застываю. А Сондра поворачивает голову к окну.

Теперь и я улавливаю отдалённый гул, который нарастает с каждой минутой.

Странный, вибрирующий, пробирающий до костей.

— Только не сюда, прошу, только не ко мне… — Сондра зажмуривается и шепчет бессвязные слова.

А гул тем временем становится всё более отчётливым, в какой-то момент мне кажется, что вокруг дома кружит огромная стая птиц. Гул превращается в хлопанье десятков мощных крыльев.

— Пепел мне в пасть! — выдыхает обречённо Сондра и резко разворачивается. — Сиди здесь и не высовывайся. Что бы ни случилось. Ради твоего же блага!

Она уже берётся за ручку двери, как я хватаю её за рукав.

— Что случилось, Сондра? — меня пугает её напряжённый вид.

— У нас гости, Идалин, вот что. К нам пожаловали драконы!

Глава 9. Драконы

Сондра вырывает из моей дрожащей ладони свой рукав и выскакивает в коридор.

Я же плотно прикрываю дверь и прижимаюсь к ней спиной.

Сквозь грохочущий в висках пульс я слышу ее удаляющиеся шаги по скрипучей лестнице.

Сердце в груди нестерпимо жжет. Кровь бурлящим ядом обжигает вены.

Драконы!

Это за мной!

Так быстро?

Я надеялась, что у меня больше времени и возможностей спрятаться. Но как?

Как князь Веленгард смог так быстро отыскать меня?

Неужели он как-то может проследить перемещение по осколкам камня? Или по той звездной пыли, что унесла меня? Или…

Меня словно кипятком ошпаривает.

А может это метка привела это ко мне?

Поднимаю рукав и заглядываю под широкий браслет. Метка как метка. Ничего необычного.

Наоборот. Сейчас, вдалеке от Александра она, кажется, стала тускнее и больше не переливается на свету.

Касаюсь ее кончиками пальцев и даже не чувствую тепла, что раньше разливалось по коже.

Хороший знак, не так ли?

Я прикладываю ладони к судорожно вздымающейся груди.

Сердце грохочет так сильно и беспокойно, что тонкое кружево бального платья приподнимается ему в такт.

Надо что-то делать. Но что?

Я обвожу взглядом крохотную комнатку. Скорее закуток. Стоит протянуть руку в одну сторону и можно коснуться тюфяка. Шагнуть в другую и сразу врезаться в стол.

Зачем он здесь вообще? Не ясно!

Ожидание убивает. А я должна знать наверняка.

В этот момент с улицы раздаются громкие голоса, хлопает входная дверь.

Я сама не понимаю как умудряюсь со своими юбками взлететь на стол и прильнуть к крохотному окошку под самым потолком.

Осторожно выглядываю наружу. Но поздно. Мой взгляд успевает зацепить лишь край темного развивающегося плаща.

Грохот входной двери и тихина.

Я соскакиваю со стола и снова бросаюсь к двери.

Ее нужно забаррикодировать! — проносится у меня в голове «здравая мысль».

Я уже собираюсь тащить к ней стол. Но вовремя останавливаюсь.

Во-первых, этим я только выдам себя. Грохот и скрежет услышат на первом этаже и сразу поднимутся сюда.

А во-вторых, шаткий деревянный стол против черного дракона? Пф! Он его не остановит, даже если этот самый стол опустить ему на голову.

Не то что придвинуть к двери.

Поэтому замираю у двери, прижимаюсь к ней всем телом, стараясь услышать хоть что-нибудь. Но вокруг разливается тревожная тишина.

Нет больше гула, нет хлопанья крыльев и громких криков. И шагов на лестнице тоже нет.

Минуты тянутся невыносимо долго, а я все так же прижимаюсь щекой и ухом к двери.

Напряжение разливается по мышцам, выкручивает суставы и не дает отступить даже на шаг.

В какой-то момент паника от длительного ожидания накрывает меня так сильно, что я решаю спуститься вниз.

А что?

Осторожно спущусь и послушаю у двери на кухню. Возможно, смогу что-то увидеть одним глазком.

Открываю дверь и тут же цепляюсь пышной шелковой юбкой за деревянный заусенец. Следом раздаётся треск дорогой ткани.

Нет. Так не пойдет!

Мои руки привычно тянутся к шнуровке.

Да. Я дочь барона. Была.

В нашем доме десяток слуг и горничных. Но нянюшка всегда учила меня справляться самой. Говорила, что даже леди это может пригодиться.

О, как она была права!

Я быстро справляюсь со шнуровкой и скидываю с плеч ненавистное платье.

Осознание того, что мне не во что переодеться приходит не сразу.

А когда я отпускаю тяжелую атласную ткань, то едва могу удержать вздох удивления.

На мне не просто десяток нижних юбок!

О нет! Нэни вместо тонкого накрахмаленного кринолина натянула на меня несколько слоев добротных шерстяных юбок.

Раз, два, три, пять… шесть!

Семь новеньких юбок из шерсти горного козла. Тончайших и очень теплых!

Но как? Почему?

Снимаю пять и отбрасываю их на тюфяк.

Ну нянюшка! Ты все поняла заранее? Что я не останусь с драконом? Но как?

Как ты догадалась об этом, если я сама решилась в последний момент?

Стягиваю одну из двух тонких сорочек.

Ну няня! Значит мне не показалось, что ты слишком тщательно наряжаешь меня для обряда. И шубка была не спроста!

Я поправляю тонкую полупрозрачную рубашку и шерстяную юбку.

Да, видок тот еще. В такой сорочке нельзя попадаться никому на глаза — это неприлично!

А другую сорочку было просто не спрятаться под бальным платьем. Чудо, что нянюшка умудрилась вообще это сделать.

Я прикрываю глаза, стараясь унять разбушевавшееся сердце. Спокойно!

Надо пересилить себя и осторожно спуститься вниз.

Я не собираюсь выходить в зал. Поэтому пойду так!

Решено.

В последний