Ученица Темного ректора. Как спрятать истинность от дракона - Юлия Сергеевна Ханевская

— А говорила, что это русалка тебя за ногу схватила, — сухо откликается он, но синие глаза смеются.

Дженни отмахивается от него, и быстро переводит тему.

— Мне, между прочим, птичка на хвосте принесла, что к нам присоединятся Дарквуды, — она хитро прищуривается и наклоняется ко мне. — Мы же все помним, как Элиот пялился на тебя весь последний семестр.

Я пожимаю плечами. В прошлый раз этот момент не на шутку меня смутил, но теперь я знаю, что братьев точно на отдыхе не будет.

— Ну ты что! — возмущается подруга. — Даже не покраснеешь до корней волос?

— Давай так, — говорю я серьезным тоном, — если Элиот Дарквуд появится на озере… Я поцелую его.

Дженни шумно вдыхает, расширив глаза. Катрин странно косится на меня.

Альтан хмыкает, качая головой. Он смотрит на Дженни — и на миг все в нем меняется. Взгляд становится мягче, теплее, в серых радужках появляется свет.

— В щечку, конечно же, — добавляю я.

— Все это слышали? — наконец выдыхает подруга, глядя поочередно на каждого присутствующего. — Все?

Я прислоняюсь к спинке сиденья и наблюдаю за ними.

Та же компания, те же шутки, та же легкость — будто ничего не изменилось.

Но для меня все иначе.

Я ловлю свое отражение в окне: рыжие волосы, чуть растрепанные, глаза — внимательные, незнакомые.

В этом купе уже не та Лилиан, которая просто ехала на озеро ради смеха и купаний под луной.

Теперь я — человек с тайной, с прошлым, которое никто из них не должен узнать.

Поезд набирает скорость. За окном исчезает перрон, солнце бьет в стекло. Я глотаю сухой воздух и беру еще одно печенье, которое тут же надламывается в пальцах.

Дженни смеется, рассказывает какую-то историю про розыгрыш в лабиринте страхов, Альтан подыгрывает. Катрина смотрит на них недоверчиво. Томиан достает из своей сумки книгу и хочет почитать, но остальные тут же возмущаются — он даже на отдых умудрился притащить учебник!

Четыре часа пути пролетают удивительно быстро.

Поезд мягко покачивается, за окнами мелькают золотые поля и редкие рощицы — последние отблески лета. Воздух внутри купе постепенно становится теплее, пахнет чаем, кокосом и свежим хлебом.

Мы едим бутерброды, смеемся, играем в «правду или ложь».

— Я однажды поцеловала призрака, — говорит Дженни с невинным видом.

— Ложь, — хором тянут Катрина и Томиан.

— Правда! — улыбается Альтан. — Ну, почти. Это был дух-иллюзия на практике у магистра Лорена.

— Да от тебя вообще ничего не скроешь!

Я улыбаюсь, глядя на них, но чувствую, что будто стою немного в стороне от общего веселья. Все это слишком знакомо, до боли — ведь я смотрю повтор уже прожитой сцены.

Через пару остановок разговор становится более оживленным — и спорным.

— Говорю тебе, у нас точно будет новый магистр по истории заклинаний, — упрямо твердит Альтан, откинувшись на спинку сиденья. Его серые глаза сверкают азартом. — Старика Брайна наконец проводят на заслуженный отдых, он сам рассказывал!

— А я говорю — новый ректор, — не отступает Томиан. Он сидит прямо напротив, скрестив руки на груди. Черные волосы блестят в солнечном свете. — Не зря все лето в академии была такая суета. Холлард точно уходит.

— Том прав, — вмешивается Дженни, откусывая печенье. — Мама говорила по переговорному зеркалу с коллегой, и я слышала, что лорд Холлард подал в отставку еще в конце прошлого года. Просто это держали в секрете.

— О-о-о… — задумчиво тянет Альтан. — Но кто тогда займет его место?

— Вот это уже загадка, — вздыхает Дженни.

Я молчу, крепко сжимая кружку с чаем.

Пальцы чуть дрожат от волнения.

Я-то знаю ответ.

В этом году ректором академии будет Даррен Риверзен.

Я заставляю себя сделать глоток и отвожу взгляд в окно.

Снаружи — изгибающаяся лента реки, сверкающая под солнцем.

Четыре часа пути — всего ничего.

Две остановки позади, третья будет нашей.

Я чувствую, как сердце бьется быстрее, хотя повода нет. Ничего, кроме его имени, всплывшего в памяти.

Глава 5

Солнце уже поднялось в зенит, когда мы добираемся до озера.

Путь от станции занимает еще минут двадцать — и все это время Дженни без умолку болтает, рассуждая, кто будет готовить ужин, а кто — растягивать гамаки. Я слушаю вполуха, уткнувшись взглядом в воду, которая поблескивает за редкими деревьями.

Гостевой домик стоит почти на самом берегу — аккуратное двухэтажное здание из светлого дерева с резными ставнями и верандой, на которой уже расставлены небольшие качели, стулья с мягкими сиденьями, корзина с фруктами в подарок. Внутри пахнет хвоей и чем-то сладким, вроде печеных яблок.

— Вот это место! — восхищенно выдыхает Дженни. — Смотри, Альтан, тут же вид на озеро прямо с кровати!

— Да, и ты опять займешь ту, что ближе к окну, — бурчит Катрина, опуская чемодан у стены.

Я улыбаюсь, но не вмешиваюсь.

У девочек уже началась привычная перепалка — кто пойдет в душ первой, кому достанется большая подушка и стоит ли вообще сейчас разбирать вещи.

Я ставлю чемодан на кровать, даже не открываю его. Все это может и подождать.

Воздух внутри душный, теплый.

А снаружи — ветерок.

— Я пройдусь, — говорю тихо, чтобы не отвлекать подруг, и выскальзываю на веранду.

Шаг — и солнце ослепляет, бьет в глаза. Пахнет озерной водой, смолой и легкой гарью костров.

Я спускаюсь к самому берегу, сбрасываю туфли и замираю, когда кончики пальцев касаются воды.

Прохладная. Пронзительно живая.

Мурашки пробегают по коже.

Лес на другом берегу кажется густым и дремучим, в нем мерцают просветы — как будто там спрятаны чьи-то глаза.

Поодаль стоят еще несколько домиков, слышатся голоса и смех кого-то из отдыхающих.

Все выглядит спокойно, обыденно… но внутри меня что-то дрожит. Странное, почти тревожное предчувствие. Словно воздух вокруг сгустился, стал плотным.

Я поднимаю взгляд — и вижу вдалеке, за деревьями, за полосой прибрежного камыша, кованые ворота.

За ними — особняк.

Небольшой, но явно дорогой. Территория охраняемая, я узнаю это по магическому барьеру — тонкие волны света едва заметно колышутся в воздухе.

Я не помню его.

В прошлой жизни этого дома не было. Или… я просто не смотрела в ту сторону?

Что-то внутри подсказывает — нужно подойти ближе.

Я делаю шаг, потом второй. Трава