Паслен - Кери Лейк

таким реальным, и каким-то образом прогорклый запах гниющего мяса ударил мне в нос. Меня вырвало, я проглотила кислоту в горле и наклонилась, чтобы постучать по прикроватной лампе.

Глупая фраза, которую я произнесла, была тем, что тетя Нелл всегда говорила, когда я просыпалась от кошмаров. Язык, который она придумала, и который, как она утверждала, был лекарством, отгоняющим злых духов. Странно, что я вообще вспомнила об этом, Когда спускала ноги на пол, щекотка в пятке заставила меня вскрикнуть. Я заглянула через край кровати туда, где что-то наполовину торчало из-под нее.

Подавив вздох, я схватила его и поднесла к свету. На каждом выступе его лопасти проходила серебристая металлическая линия, которая поблескивала под лампочкой. Я заметила, что рахис, полый стержень в центре, имел уникальные и замысловатые завитки.

До этого я всего один раз держала в руках перо.

Холодные мурашки страха поползли у меня по спине.

-Папа! Смотри, что я нашла!

Я пробираюсь длинным черным пером через беспорядок книг, разбросанных по кабинету моего отца, и протягиваю его ему.

-Папа, смотри!

Уткнувшись лицом в микроскоп, он говорит:

-Минутку .

Улыбаясь, я прячу перо за спину и терпеливо жду, пока он поднимет глаза. Кажется, что это занимает вечность.

Он наконец отрывает лицо от прицела и делает какие-то пометки в своей книге, лежащей на столе рядом с ним. Так много книг. Так много нацарапанных картинок того, что он видит в этот микроскоп. Когда он наконец поворачивается ко мне, я с трудом могу сдержать свое волнение.

-Что ты хочешь мне показать, мое жизнерадостное маленькое волшебное дитя?

Он заканчивает вопрос смешком и разворачивает свой стул лицом ко мне. Карие глаза, посаженные под кустистыми седыми бровями и

растрепанные седые волосы, которые он всегда собирает сзади в хвост, делают его больше похожим на моего дедушку, но мне все равно.

Эти глаза - самые теплые, самые заботливые глаза в мире.

И хотя папа всегда занят своей работой, когда он разговаривает со мной, он всегда поворачивается ко мне лицом. И слушает. Действительно прислушивается ко мне.

-Это сюрприз. Ты готов это увидеть?

-Я умираю от всего этого предвкушения .

Его улыбка широко растягивается, обнажая кривые зубы, которые, как говорила моя мама, были его самой уникальной чертой.

-Что ты хочешь мне показать?

Плечи вздрагивают от возбуждения, я достаю перо из-за спины и протягиваю ему.

-Ta-дa! Птичье перо!

Улыбка на его лице сменяется чем-то серьезным, эти седые кустистые брови сходятся вместе, когда он вырывает черное перо из моих пальцев.

-Где ты это взяла?

-В церкви .

За лесом виднеются остатки старой церкви, которая сгорела дотла. Папа сказал, что ей двести лет! Это место, где я иногда беру своих кукол и играю. Я также разговариваю там со своей матерью, хотя знаю, что она не может слышать меня всю дорогу на Небесах. Но папа говорит, что она здесь, на Земле, и он клянется, что когда-нибудь отведет меня к ней.

-Ты никогда больше не должна возвращаться в эту церковь одна. Ты понимаешь?

-Но, папа, это то место, где я играю. И иногда разговаривай с мамочкой.

-Послушай меня, Фаррин. Там очень опасно. Ты знаешь, что это такое?

-Птичье перо .

-Нет, дитя. Оно принадлежит темным ангелам. Помнишь, что я тебе о них рассказывал?

Конечно, я помню. Истории, которые он мне рассказывал, вызывают у меня кошмары по сей день. Опустив голову, я киваю. -Но ты сказал, что у хороших тоже черные крылья.

-Хорошие не заботятся и не используют молодую девушку вроде тебя. Больше никаких блужданий. Держись поближе к этому дому и дай мне знать, если увидишь что-нибудь странное.

-Какого рода странность?

-Глаза, наблюдающие за тобой. Глаза как пламя.

-Я никогда раньше не видела таких глаз .

-Пусть Бог и ангелы сохранят это таким образом .

Прошло более десяти лет с тех пор, как я в последний раз видела иссиня-черный шлейф, напомнивший мне вороново крыло. Откинувшись на спинку стула, который я заняла вместо моей тети, я крутила перо, наблюдая, как серебристые кончики создают металлическую полосу с каждым поворотом.

Почувствовав прикосновение чего-то мягкого к моим икрам, я откинулась на спинку стула. Трель мяуканья заставила меня посмотреть вниз, где Камаэль, поразительный черный кот-сфинкс, доставшийся мне в наследство от тети Нелл, кружил у моих ног. Приложив руку к груди, я прерывисто выдохнула.

-Господи , - пробормотала я.

Она издала мурлыканье, прогуливаясь под моей ладонью, и запрыгнула мне на колени.

-Мне было интересно, когда ты, наконец, почтишь меня своим присутствием , - сказала я, поглаживая ее теплую, бархатную кожу. Перекатившись на спину, она растянулась на моих скрещенных ногах, вытягивая шею, чтобы хорошенько почесаться, пока я не подчинилась. Будучи когда-то любимым домашним животным Нелл, она привыкла к тому, что ее балуют, и у нее не было проблем с тем, чтобы назначить меня суррогатной матерью после смерти моей тети.

-Она избаловала тебя. Ты ведь знаешь это, верно?

Предполагается, что кошки не имеют такого большого контроля над людьми .

Как и ожидалось, ленивая кошка не выдала ничего, кроме долгого моргания, ее внимание, несомненно, было сосредоточено на моем царапании, а не на моих словах.

Одной рукой уделяя ей внимание, я провела увеличительным стеклом по поверхности пера, рассматривая крошечные завитки внутри серебристых прожилок. При более внимательном рассмотрении этих завитков были обнаружены еще более крошечные символы. Их были сотни.

Нахмурившись, я наклонилась над Камаэлем и изучила особенно плотную гроздь, выгравированную на шейке. Торопясь вскочить на ноги, я сбила кошку со своих колен.

-Прости, любимая .

Я воспользовалась моментом, чтобы погладить ее, прежде чем она неторопливо ушла, без сомнения, разозлившись на меня, и порылась в коробке с журналами в поисках блокнота, который я видела пару недель назад.

Пролистав примерно с полдюжины, я нашла тот, который искала, и открыла его на страницах эскизов. Символы всех форм и размеров, с сопроводительными названиями и описаниями. Через увеличительное стекло я заметила один конкретный символ на пере, затем пролистала блокнот, чтобы найти ему соответствие.

Либидин - так назвал его мой отец и продолжал описывать как символ похоти. Он также объяснил, что наличие определенных символов в определенной последовательности символизирует каждый из семи смертных грехов. Иракундия - от Гнева, Инвидия - от зависти, Алчность, жадность и так далее.

Я откинулась на спинку стула, просматривая другие символы.

Десятки