Агентство "Драконья метка". Вы в розыске, леди Простушка! - Одария Вербенова

Клавиши клавесина тонко переплетаются с задорными скрипками в счастливое приветствие сегодняшних гостей бала. Начинается первый танец, при котором все танцуют со своими спутниками — вот почему многие не любят приходить в одиночестве. Если придёшь одна, то первый танец будешь вынуждена пропустить, стоя в сторонке.

Впрочем, в этом есть и своя выгода: свободные мужчины очень уж любят выбирать себе даму по душе в этой самой сторонке для последующих танцев.

— Разрешишь пригласить тебя? — подаёт мне руку Яробор.

— Конечно.

Мужчина увлекает меня за собой в центр зала, и я не сопротивляюсь, так как хорошо помню уроки танцев, что были мне привиты ещё в детстве. Это столица— здесь нельзя не уметь переставлять ноги в правильной последовательности в зависимости от того, какая музыка играет. И не важно «Простушка» ты или бедная простолюдинка — вальс уж точно обязателен.

Яр ведёт меня умело, сопровождая всё это той самой улыбкой, которой обычно соблазняет женщин. Я же вместо того, чтобы начать заливаться румянцем и начать влюбляться, зорко слежу за рукавом платья на левой руке.

Там, под ним, скрывается метка истинности, поэтому рукав ни в коем случае не должен случайно задраться вверх.

— Как давно Иона и принц Дарен не вместе? — продолжаю любопытствовать.

— Не знаю, — удивляется Яр. — Вот, вроде, совсем недавно объявили общественности о расторжении помолвки. Об этом и Сиджи Одли писала.

— Хотя бы примерно скажи. Месяц прошёл? Неделя? Или вообще год?

— Месяц.

Мы отдаляемся в танце, держась за руки друг друга, а затем снова сближаемся. За столь короткое мгновение я успеваю бросить взгляд в сторону принца Дарена. Он танцует с ней, а значит они прибыли на бал вместе.

— Вообще-то, милая Злата, ты должна задавать вопросы обо мне, а не о… Что же это? — приподнимает брови. — Глаз на Его Королевское Высочество положила?

— На Иону Лисичку, — кружусь вокруг своей оси, удерживаемая одной рукой Яра.

— Это как?

— Яр, как друга прошу: пригласи её на следующий танец и вскружи голову, как ты умеешь. Нужно выведать кое-какую информацию.

— Злата, — смеётся, — а я тебе её пытаюсь вскружить!

— Но ты же мне поможешь?

Мелодия замолкает, и зал на время погружается в тишину, прерываемую лишь голосами и смехом.

— Какая информация тебе нужна? — спрашивает Яробор с обречённым вздохом.

Глава 9

Я наблюдаю за удаляющейся фигурой Яробора. Он идёт уверенно, привлекая к себе немало женского внимания. Этот мужчина красив и не стесняется свою красоту всячески подчёркивать.

Светлые волосы всегда хорошо уложены, а в ухе серьга в форме капельки бирюзового цвета, удачно гармонирующая с голубым цветом глаз. На бал он и вовсе постарался нарядиться, в отличие от меня…

Вот и Иона Лисичка заинтересованно склоняет голову чуть набок и улыбается Яру, когда он подошёл к ней. Отсюда мне не слышен их разговор, но я вижу, что всё идёт, как надо.

По всему залу распространяется тихая ненавязчивая мелодия, пока гости ходят и переговариваются между собой.

Я в сторонке, и просто делаю вид, будто наслаждаюсь музыкой — даже глаза чуть прикрыла и сделала пару глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоить нервы из-за собственного дискомфорта в столь помпезном месте.

— Леди Простушка, — пугает меня неожиданное обращение принца Дарена, — какая неожиданность!

Я открываю глаза и, наверное, выгляжу совсем жалко в своей растерянности. Истинный осматривает меня с ног до головы, но его взгляд совсем ничего не выражает, так что я не могу понять, насколько сильно я его разочаровала своим простым нарядом, так невыгодно выделяющимся на фоне нарядов других женщин.

Принц Дарен по-мужски прекрасен, отличаясь от Яробора более резкими чертами в лице, из-за чего весь вид его имеет более хищный вид. Настоящий дракон.

— Чудесный вечер, Ваше Королевское Высочество, — киваю вежливо с колотящимся в груди сердцем. — Кто организатор бала?

— Я, — нисколько не удивляет он меня.

Сам организовал, сам Иону с собой взял…

— Гости красивы, музыка приятно ласкает слух, а зал украшен великолепной лепниной. Прежде я не посещала ваши балы и даже не подозревала о том, как здесь хорошо.

Я не совсем исренна с ним, но кто, как не принц, приучен спокойно воспринимать вежливую лесть? На самом деле мне не хорошо, и я хочу скорее очутиться в своём скромном жилище, где никто не оценивает мой внешний вид, и у меня нет необходимости держать маску непоколебимой уверенности в себе.

— Я рад, что вам всё нравится, Злата, но не могу не спросить: вы моё внимание пришли привлекать? — принц Дарен почти угрожающе щурит глаза.

Какая самоуверенность! Ну, а кому, как не принцу, быть ещё и самоуверенным? И всё же вопрос неприятно резанул мою гордость и чувство собственного достоинства.

— Что вы, Ваше Самовлюблённое Высочество, — язвительно улыбаюсь, хотя внутри всё дрожит от напряжения, — я ведь помню наш уговор и полностью согласна с его условиями. Никаких иллюзий о будущей свадьбе и прочих глупостях! Не беспокойтесь, я просто живу свою жизнь, и пришла сюда со своим мужчиной, чтобы отдохнуть после тяжёлых трудовых дней.

Принц Дарен хмурится и улыбается одновременно, из-за чего снова сложно понять его истинные эмоции.

— В самом деле? — спрашивает.

Он переводит взгляд в ту же сторону, куда невольно посматриваю и я, потому что слежу за тем, как там идут дела.

А дела идут вполне хорошо! Яробор и Иона выглядят полностью поглощёнными друг другом. Они уже переместились к длинному столу, ломящемуся от всевозможных угощений и напитков. Яр угощает рыжую красавицу бокалом, который сам и наполнил, а та с кокетливой улыбкой принимает его.

Я никогда не смогу быть такой же лёгкой, как она… Не удивительно, что сам принц любил её. Единственное сходство между мной и Лисичкой — длинные рыжие волосы.

— А вам известно, леди Острый язык, что ваш милый прямо сейчас с моей бывшей возлюбленной воркует? — насмехается принц Дарен.

В серо-зелёных глазах скачут настоящие весёлые бесята. Неужели его нисколько не волнует то, как соблазнительно Иона улыбается другому мужчине? Вот лично я, глядя на этих двоих, теперь даже не знаю, играет ли Яр.

— Они не воркуют, а обмениваются обычной вежливостью.

— О, всем нам известно