(не) Развод с кавказским мужем - Люсинда Миллер

— Джамиля. Моя бывшая невеста, — выдыхает раздраженно.

— И что она тут делает?

Муж несколько секунд молчит, попеременно глядя в мои глаза, а потом нехотя отвечает:

— Не то, что ты подумала. Джамиля попросила устроить сына в секцию. Я устроил.

— Она просила тебя… таким необычным способом? Стоя на коленях? — вскидываю брови.

— Нет! Она упала случайно, — оправдывается муж, нервно дергая себя за волосы. — Я не собирался ее трахать, ясно⁉

— А я помню другое, Архан… — сверлю ее взглядом, полным злости и обиды, вспомнив похожий эпизод семилетней давности, когда он меня поставил на колени вот так же и заставил делать минет.

— Если бы ты не захотела отсасывать, то ничего бы не было! — рявкает Архан, пытаясь перекинуть всю вину на меня.

Эгоист и сволочь!

Меня хлещет обида и я толкаю его в грудь.

Архан перехватывает мою ладонь и крепко сжимает в своей.

— Амелия, успокойся! — рычит в лицо. — Ты нафантазировала. Я пиздец как заебался выслушивать ваше нытье. Ты знаешь меня давно, и мы вроде порешали давние обиды и закрыли тему нашего первого раза. Что опять на тебя нашло? — встряхивает меня, отрезвляя.

Меня колотит изнутри — никак не усмирю пульсацию в висках и желание ударить мужа по лицу. Боюсь сделать хуже для всех. В первую очередь для сыновей. На Кавказе другие законы. Тут муж всегда прав и дети, в случае развода, могут остаться с отцом.

Дети. Сыновья. Дамир.

— Объясни мне, Архан, почему ее сын ударил моего сына? — переключаюсь на другую, не менее болезненную тему.

— Нашего сыном, не забывайся, Амелия.

— Хорошо. Нашего. Как ты мог допустить драку между детьми, Архан? Как позволил оскорблять чужому мальчику Дамира и обсуждать меня?

— Никто никого не обсуждал! Пацаны как все в их возрасте — утверждаются за счет физической силы. Потому что на дипломатию мозгов не хватает. Дамир тебе жаловался? — муж кривит разочарованное лицо и мне становится дико обидно за сына, который банально отстаивал свою честь и своих родителей.

— Не жаловался. Ему просто не нравится новый мальчик. Дамиру с ним не комфортно. Переведи мальчика к другому тренеру, Архан и всем будет хорошо! — я смягчаюсь и едва не упрашиваю мужа быть лояльнее к детям. — Зачем их стравливать?

Предложение слезает с языка не успев пройти анализ в голове и вижу, как багровеет лицо мужа. Больше всего Архан не терпит не моего непослушания, а наезда. Попытки прогнуть кавказского мужчину русской женой. Да любой женой!

— Ты предлагаешь, чтобы я вышвырнул ребенка Джамили из группы, потому что мой оказался ссыкуном и ябедой? Маминым сыночком⁈ Что я — тренер с пятнадцатилетним стажем, не могу уладить конфликт у дошколят?

— А что ты предлагаешь? Смотреть как мальчики срывают тебе тренировки, а твой сын ходит злой и в синяках?

— Привыкнут. Тебя это не должно заботить. Ты женщина. И твое место воспитывать детей дома, а не лезть в мою сферу.

И тут мне приходит крайне пугающая мысль: а что, если сын Джамили на самом деле сын Архана? Поэтому он защищает мальчишку и держит при себе. Живот скручивает болезненный спазм, и я выдавливаю из себя:

— Может этот мальчик не только сын твоей бывшей невесты, а… твой?

Лицо мужа вытягивается и багровеет, и я мысленно ругаю себя, что затронула эту тему. Архан отодвигается от меня и морщась, рявкает:

— Думай, что мелешь, дура!

Дура! Дура! — колотится слово в голове молоточком.

Мне так больно становится и стыдно, что я сжимаюсь в комок, желая одного — стать невидимой, недосягаемой. Архан сейчас в такой ярости, что может достаться и мне. Ныряю под руку мужа и пулей вылетаю из кабинета.

Глава 9

Амелия

Когда я вернулась в машину, Дамир по моему лицу понял, что между мной и его отцом произошла ссора. Не смотря на малый возраст, наш сын очень чуткий и умный мальчик. Да, он прямолинейный, местами резкий, горячий, как все кавказцы и уже проявляет замашки лидера, но справедливый и честный мальчишка. А еще порвет за своих, выражаясь словами Архана.

Я пыталась расспросить сына как именно они подрались с сыном Джамили, и кто кого ударил первым, но Дамир напрочь отказался делиться подробностями их стычки, не забыв указать мне место слабой женщины и матери. Что разборки мужчин не должны касаться девочек.

Как он, в свои шесть лет, умудряется мною командовать ума не приложу. Генетика, черт бы ее побрал!

Я даже не стала его наказывать за дерзость. Да и как наказать? И так гордость сына пострадала. Может Архан прав — пусть мужчины сами разбираются. Мне бы со своими чувствами разобраться. Уже вторую неделю не дает покоя новость о бывшей невесте мужа, так тут новая подлянка. Эта змея нашла другой способ пробраться к нему в штаны. Через своего сына!

Я даже боюсь допустить мысль что ее сын — сын Архана. Точнее принять ее за реальность. Как мне с этим жить, если он окажется его? Факт измены на лицо, если учесть, что мальчик младше Дамира.

Боже, я сойду с ума! Жду Архана с работы, чтобы поговорить наедине. Я задам ему прямо вопрос. Устала в одного мучить себя догадками и сплетнями.

Архан, как назло, не торопится домой и я уже думаю, а вдруг вообще сегодня не придет ночевать? И я сама, невольно подтолкну его в объятия другой женщины.

Голова к ночи начинает гудеть, отдаваясь болезненной пульсацией в висках и мне приходится выпить обезболивающую таблетку. Сна ни в одном глазу, даже когда читаю сказку на ночь сыновьям и Азар, спустя время уже сопит под боком. Обычно и меня от чтения сказок укачивает. Дамир же нервно возиться, зыркает на меня настороженно, молча слушает мое монотонное чтение, позволив сегодня брату быть в центре обсуждения героев. А когда Азар засыпает, я оттягиваю финал в сказке и прислушиваюсь к каждому шороху в доме.

Но вот я слышу шуршание шин по гравию и свет фар, озаривших окна спальни и у меня отлегает.

Вернулся. Домой вернулся.

Несмотря на нашу ссору и унизительные слова от мужа, хочу, чтобы он был рядом. Пусть молчаливый или злой и горячий, но за стенкой.

Целую Дамира в лоб и желаю сыну сладких снов. Дети чувствуют настроение родителей и больше всего мне не хочется травмировать сыновей нашими разборками.

Поправляю на себе пижаму, закручиваю волосы туже и прикрыв дверь в детскую, иду встречать любимого супруга.

«Любимого»