Пристегните ремни. Взлетаем! - Тина Джель

Красотка она, конечно. Среднего роста, тоненькая, как тростиночка, смуглая, с точёным аккуратным носиком, длинными чёрными волосами и карими миндалевидными глазами, внешностью своей сильно похожая на восточную девушку. Из-за этого мы её Гюльчатай между собой называем. Только в отличие от восточных девушек, скромностью она особой у нас не отличается. Скромность — это вообще не про неё. Да и манерами тоже не блещет. Курит, матом ругается. Имеет в наличии командный тон, и грозный топ ногой. Привыкла, что родители ни в чём не отказывают единственной доченьке. Умеет за себя постоять. Не то, что я. Вчерашний день не в счёт. Вчера это вообще не я была.

Не припомню уже, как так получилось, что мы с ней такие разные подружились. Но за годы нашей дружбы, она не раз за меня заступалась. А уж когда меня мой бывший бросил, так она не только жить ко мне переехала, чтобы я на люстре не повесилась с горя, но и колёса его тачки проткнула собственноручно.

Смешно всё это сейчас вспоминать, но тогда, конечно, было не до смеха. И без девчонок я бы вряд ли справилась.

Со временем раны мои затянулись. Самооценка чуть с колен приподнялась, Правда, с тех пор, кроме бывшего шефа, отношений мне так никто и не предлагал. От невесёлых воспоминаний, захотелось опять напиться. Надо что-то менять, а то так и спиться недолго.

Громкие заоконные обсуждения, опасно затихают. А через несколько мгновений взрываются с новой силой, только тема политики, кажется, напрочь забыта. Все на полуголую красотку переключились...

Разматываю быстро полотенце со всё ещё влажных волос.

Тянусь за телефоном и, удивлённо распахиваю рот. Почти десять! А с учётом разницы во времени, получается, что я до обеда почти дрыхла?

Собираюсь было уже подскочить, чтобы загнать нашу скромницу в комнату, как телефон в моих руках начинает вибрировать.

Всматриваюсь несколько секунд в экран. Что нужно от меня бывшему шефу? Он же прекрасно знает, что я в отпуске.

— Слушаю, Господин… — замялась, чуть было не назвав его «матрацом», как с коллегами мы его между собой называем. — Господин Перини, — выдавливаю из себя, прокашлявшись.

— Что у тебя с голосом Антонина, ты не простыла? — участливо интересуется он.

— Нет, нет, всё нормально. Я только проснулась...

— Понятно. А что у вас там вчера произошло, не совсем я понял?

— А что... произошло? — я так-то тоже не совсем поняла, но не рассказывать же своему шефу, хоть и бывшему, про презервативы и прочие мелочи.

— Мне Винченцо ночью позвонил, сообщил, что вы не прилетели. То есть, вы не вышли после паспортного контроля, а информацию о прилетевших, просто так никому не дают в аэропортах. Пришлось звонить другу, чтобы вас разыскать...

Ох, нифига себе!

— Эмм...,- и что ему сказать на это?

Я так не хотела, чтобы кто-то на работе был в курсе наших приключений.

— Ну ладно, такое случается, не переживай. Молодых девушек всегда тщательнее проверяют, особенно если они одни. — Я напряглась. — Ты на сколько прилетела? — меняет тему он, а я облегчённо выдыхаю.

— На две недели...примерно… — от растерянности, забываю напрочь на сколько мы в отпуск прилетели.

— Прекрасно, прекрасно, — растягивает он слова, в своей манере. — Тогда при встрече мне всё и расскажешь. Отдыхай пока, я тебе перезвоню, — и, отбивает звонок.

— Эй, в смысле, при встрече? — продолжаю я пялиться в экран своего телефона.

И чего это он добрый такой? Даже не отчитал меня ни разу, как делает это всегда...

Глава 10

— Ничего интересного, — выносит свой вердикт Лерка, возвращаясь с балкона, — ну, так, парочка средненьких. Может, с вином и прокатят, если это вино они нам оплатят, — гогочет она. — Вот вчера были, то, что доктор прописал для моей израненной души, а эти, так себе...Нам во сколько сегодня за документами? — перескакивает.

— Ты бы не ходила перед окнами голышом... непонятно, как соседи отреагируют, — делаю замечание.

Про встречу вопрос пропускаю.

— Так ведь жарко, — невинно так заявляет подруга, пристраиваясь рядом со мной на диванчике. — Что делать будем Тонечка, может это… — кивает в сторону спальни хозяина, — потревожим голубков, узнаем, как у них дела...

— Утром какой-то шум был, — вспоминаю.

— Да ладно тебе, какой там шум может быть с таким-то экземпляром, если только пара минут...

— Кто знает?! — прыскаю, — внешность может быть обманчива...

— Ну да, ну да, половой гигант, судя по носу. У него тут, по ходу, женщин отродясь не бывало, но чисто...гадство, ни пылинки. Драит поди с утра до вечера двушку свою, делать ему нечего. И район...блин...

Квартира у Винченцо находится в спальном районе, на окраине Рима. Самая обычная двушка, по нашим меркам. Лестничные площадки, правда, и сама лестница, мрамором облицованы. И чисто кругом, как в больничке. А в остальном, квартира как квартира. Ничего особенного.

— Тут вообще пыли нет, заметила?

— Ага, и стиралка на балконе...

— Ванная видела же, маленькая. Тут у многих так. Это у нас на улице стиралку не поставить, а здесь тепло, можно...

— На море хочу. — Разваливается она на диване звездой.

— И я, — соглашаюсь с ней, — документы заберём и рванём в Римини, наконец, к морю. Там сейчас самая туса… — потягиваюсь на скрипучем диванчике, разминая косточки.

— Когда, кстати, за документами, ты мне не ответила? — напоминает мне Лерка о вопросе и вдруг подскакивает.

— Он сказал вечером сам завезёт… — говорю и замираю.

— Ого! — восклицает она, — а он ничего так, ничего... Одобряю… — хитро мне так подмигивает, расплываясь в издевательской ухмылке.

— Лер...это... — я закусываю губу и сажусь. — Он не совсем нормальный... Кажется...

— В смысле? — кривит она своё красивое лицо в удивлённой гримасе.

— Ну… — я набираю воздуха в грудь побольше для смелости, — он предлагал мне позвонить со своего телефона за поцелуй, — выпаливаю на одном дыхании и чувствую, как щёки мои предательски вспыхивают.

Гадство!

Вот вчера, под коньячком, всё это казалось мне не более чем приключением, а сегодня стыдно до чёртиков почему-то от всего этого.

— Да ладно?! — Леркины глаза вспыхиваю так, как будто это ей предлагали натурой расплатиться за наши документы и она вот совсем не против. — Ну, с таким красавчиком можно было и поцеловаться... — Так просто? Я округляю я глаза в недоумении. — Ты просто ему понравилась...Антонина... — она добавляет в интонацию акцента, передразнивая итальянцев и начинает ржать, как конь.

— Прикалываешься? — стараюсь говорить непринуждённо, хотя в действительности шутки её мне неприятны.

Потому как на таких, как я: скучных, неинтересных, старых дев, красавчики внимания, не обращают. И от этого понимания, вчерашняя ситуация кажется