Флирт с серьезными намерениями - Кендалл Райан

— Пошел на хрен, чувак, — смеюсь я и отталкиваю его в сторону.

Когда я прихожу, в баре уже полно народу. Натали и ее подруга заняли пару барных стульев и отбиваются от какого-то самодовольного парня в костюме, явно не из наших парней. Блондинка рядом с ней улыбается, но губы Нат кривятся в усмешке, а брови приподняты чуть выше обычного. Она вежлива, но стремительно теряет терпение. Это мой выход.

— Натали, спасибо, что пришла. Прости, чувак, — говорю я, крепко обнимая ее и попутно оттесняя этого типа.

— Кэм, как всегда, вовремя. — Она целует меня в щеку и ласково треплет по небритому подбородку.

Жутковатый тип недовольно пыхтит и отходит в другой конец бара, а я выставляю кулак, чтобы мы могли стукнуться костяшками.

— Мой спаситель, — хихикает Натали.

— Для этого я здесь.

— Мэнди — огромная фанатка хоккея. — Натали машет рукой в сторону своей светловолосой подруги.

— Мэнди, приятно познакомиться. — Не то чтобы она не была симпатичной — она симпатичная. Просто не в моем вкусе. А вот Джек, наверное, клюнул бы на эти огромные голубые глаза и внушительный бюст.

Она пожимает протянутую руку, но вместо того, чтобы заговорить со мной, бросает смущенный взгляд на Натали.

— Кэм, вы с Мэнди познакомились пару недель назад. Помнишь, когда тебе пришлось забирать меня из спортзала? Она мой личный тренер, забыл?

— А, ну да, конечно. Мэнди. Рад снова тебя видеть. — И как я мог совершенно забыть о нашем знакомстве? Мое подсознание услужливо подсказывает: «Потому что, когда ты с Натали, ты не видишь никого, кроме нее». Воу, откуда, черт возьми, это взялось?

Наш вратарь, хирург, подходит заказать выпить и откровенно оценивающе разглядывает Натали. Я сверлю его взглядом и прочищаю горло. Проходи мимо, придурок. Я снова опускаю глаза и вижу, что Натали и Мэнди выжидающе смотрят на меня.

— Слушайте, давайте займем вон ту кабинку, — говорю я. — Там будет удобнее разговаривать.

И в кабинке на задницу Натали не будет пялиться половина парней, с которыми я работаю.

Я перехватываю у бармена пиво, подхожу и, не задумываясь, плюхаюсь на диванчик рядом с Натали. Она толкает меня в ребра и переводит взгляд на Мэнди, но я не обращаю на это внимания. Мэнди, наверное, и сама может за себя постоять — она зарабатывает на жизнь тем, что тягает железо, — а вот Натали слишком милая. И на ней слишком мало одежды.

В смысле, я приглядываю за Натали еще со старших классов. Нет причин прекращать это делать только потому, что теперь она взрослая женщина в джинсах в обтяжку и топе, в котором слегка видна ложбинка на груди.

Я прочищаю горло и подзываю официанта.

— Мне нужно подкрепиться, а вам, дамы, нужно по второй. Я угощаю.

Мэнди ослепительно улыбается мне, а затем поворачивается к официанту, бородатому хипстеру с дредами, собранными в пучок.

— Мне джин-тоник. С диетическим тоником и дополнительным лаймом, пожалуйста.

— Ирландский односолодовый со льдом, — говорит Натали. Когда она заправляет прядь блестящих золотисто-каштановых волос за ухо, до меня доносится ее умопомрачительный аромат сирени и хлопка.

— А мне еще кружку сезонного разливного пива, — говорю я, — и пару закусок из тех, что у вас по акции в «счастливые часы».

Официант моргает, переводя взгляд с Натали на меня, словно оценивая свои шансы. Господи, сегодня тут не бар, а какой-то мясной рынок. Даже персонал не умеет вести себя цивилизованно.

— Спасибо, чувак. — Я возвращаю ему меню закусок, чтобы он поскорее ушел.

Натали отодвигается от меня и прислоняется спиной к стенке кабинки.

— Кэм — лучший детский физиотерапевт в округе, Мэнди. Видела бы ты его с детьми. Они его обожают.

Мэнди выжидающе хлопает глазами, но я делаю большой глоток пива и стараюсь скрыть раздражение. Натали пытается затащить меня в постель к Мэнди, а все остальные чуваки в баре пытаются отпихнуть меня, чтобы затащить в постель саму Натали. Какого хрена вообще сегодня происходит?

— Она преувеличивает, — выдавливаю я. — Хотя я действительно люблю свою работу. — Спроси девушку о ней самой, придурок. — Так, эм, Мэнди, и давно ты работаешь тренером?

Она расплывается в улыбке и пускается в монолог о кинезиологии и нутрициологии. Я пытаюсь сосредоточиться, честно пытаюсь, но та самая прядь волос постоянно выбивается и щекочет ключицу Натали. Мне требуются все мои силы, чтобы не протянуть руку и не заправить ее обратно на место. Приносят закуски, и Натали придвигается, чтобы взять мини-бургер. Ее бедро задевает мое. Когда ее топ смещается, на мгновение приоткрывая ложбинку между грудей, я сглатываю. Поскольку я впал в ступор, Натали снова болтает с Мэнди; обе женщины помешивают свои напитки и время от времени поглядывают на меня. Взгляды Мэнди — кокетливые, а Натали — озадаченные.

У барной стойки Грег облизывает губы и качает головой. Его взгляд прикован к мягким изгибам, от которых меня сейчас бросает в холодный пот. Он вопросительно наклоняет голову. Неужели я собираюсь свести его со своей подругой, той самой, которую, как я поклялся, считаю просто приятельницей? Я бросаю на него сердитый взгляд и заталкиваю в рот кусок жареного во фритюре сыра. Это все из-за нашего пари… так и есть. Одно только осознание того, что я дал обет воздержания, сделало меня в десять раз более озабоченным. Ничто другое не объясняет, почему моя лучшая подруга вдруг стал действовать мне на нервы самым худшим — и самым лучшим — из возможных способов. Я так чертовски запутался, и это сбивает меня с толку.

— Кэм. Вызываю доктора Камдена Картера. Тебе что, шайбой по голове прилетело? — Натали проводит пальцами по моим волосам, словно проверяя, нет ли травм.

Я отдергиваю голову и делаю вид, что переживаю за свою прическу, но мой первобытный мозг, судя по всему, застрял в шестнадцатилетнем возрасте. Меня охватывает паника, какая бывает, когда у вас внезапно встает в самый неподходящий момент, как в день устного экзамена в старших классах. Когда она провела пальцами по моим волосам, мое воображение тут же нарисовало картину, как она делает это, пока я нахожусь глубоко внутри, а она стонет подо мной. Боже. На какой срок мы там поспорили?

— А? Да, все отлично. — Я пытаюсь угадать, о чем мы только что говорили. Улыбка Мэнди меркнет, так что, полагаю, я даже близко не угадал.

Натали обеспокоенно смотрит на меня.

— Кэм, ты сегодня сам не свой. Что случилось? Я буду ужасно себя чувствовать, если у тебя и правда сотрясение.

— Нет, я в порядке. Просто