Измена. Месть домохозяйки и авторитета - Злата Зорич

— Ты сегодня совсем другая. — Тимур снова провёл глазами по моему декольте, по разрезу на платье. — И, должен сказать, эта версия Аллы мне нравится еще больше.

Я усмехнулась, делая глоток вина.

— Это ты ещё ничего не знаешь о других моих версиях.

— Намек? — он чуть наклонился через стол. — Или приглашение?

— А тебе бы чего хотелось? — я склонила голову, игриво провела пальцем по ножке бокала.

— И того, и другого, — голос Тимура стал ниже, чуть более хриплым. — Мне бы хотелось… Всего. Но если это игра, то предупреждаю: я не играю в поддавки. Только всерьёз.

— Забавно. Потому что я всю жизнь жила слишком всерьёз. А теперь… теперь мне хочется поиграть.

Тимур наклонился ещё ближе. Наши лица разделяли всего несколько сантиметров.

— Мое предложение все еще в силе, — напомнил он. — Хочу тебя прокатить. Ты в деле?

Я прикусила губу, делая вид, что раздумываю. Внутри всё горело. В горле пересохло. Я не могла выдавить ни слова, но Тимуру хватило и моего кивка.

Он помог мне встать, и мы вместе пошли к выходу. Взгляд Олега жёг мне спину. Он все еще сидел за столиком в одиночестве, растерянный, сбитый с толку. Его любовница сбежала, а жена прямо на его глазах уходила с мужчиной, которому он не смеет и слова сказать.

И, чёрт возьми, это было особенное чувство. Удовольствие от безумных трат на шопинг ни шло с этим ни в какое сравнение.

Мы ехали молча. Но в этой тишине не было ни капли неловкости. Наоборот — она была странно уютной. Как будто мы оба наконец могли перевести дух, оставшись наедине. Только музыка — мягкий джаз вполголоса, аромат кожи в салоне и его рука на руле, уверенная, расслабленная.

Я скользнула взглядом по его профилю — крепкий, спокойный, с этой своей окутывающей уверенностью, которую он носил с собой словно аромат. А еще у него были удивительно красивые руки — сильные, но не грубые.

Я поймала себя на том, что любуюсь. Разглядываю, словно вижу его впервые.

— Хорошо, что в этот раз обошлось без мешка, — я первой нарушила тишину.

Он скосил глаза, усмехнулся.

— А ты запомнила.

— Такое трудно забыть. Особенно крики твоих амбалов: «Да тихо ты, не дёргайся!»

— Романтика у нас была особенная, — сказал он с невозмутимым выражением лица.

Я с улыбкой покачала головой.

— Если это у тебя «особенная романтика», то я начинаю беспокоиться.

— Да, с таким лицом мешок — это преступление, — не отрываясь от дороги, ответил Тимур. — Я думал, под ним какая-нибудь стервозная бухгалтерша из ЖЭКа.

— А оказался… кто?

Он бросил на меня быстрый взгляд.

— Женщина, из-за которой я теперь вожу медленнее и дышу реже. Чтобы ничего не испортить.

Я фыркнула.

— Это ты сейчас комплимент пытался сделать?

— Получилось?

— На троечку. Но за старание — пятёрка. Репетировал?

Он снова усмехнулся.

— Честно? Да. Был уверен, что ты обязательно что-нибудь скажешь про мешок. Нужно было подготовиться, чтобы отразить твою атаку.

— У тебя всегда всё по плану?

— Почти. Но с тобой — почему-то не получается. И, честно говоря, это сбивает с толку.

Я отвернулась к окну, чтобы он не видел, как я улыбаюсь. Поймала себя на том, что с ним… легко. И тепло. Даже в этих странных разговорах.

Мы уезжали всё дальше от города. Огни редели, звуки стихали, впереди — только дорога и чёрная гладь воды вдалеке.

— У тебя действительно там яхта? — спросила я, когда вдали показалась набережная.

Он кивнул.

— Совсем небольшая. Там нас ждет французское вино, закуски и самые красивые виды на город.

— Ого! — я приподняла бровь. — Ты всегда так серьёзно готовишься ко встречам?

— Только если встреча действительно важная для меня. Рад, что мне удалось тебя заманить. Считаю это своим достижением.

Я почувствовала, как что-то внутри дрогнуло. Маленький импульс. Тёплый. Опасный. И абсолютно живой.

— Но, если бы можно было, — Тимур открыл передо мной дверь и подал руку, помогая выйти из машины, — я хотел бы заманить тебя на другую свою яхту. По-настоящему большая, белоснежная, красивая… Я только недавно ее купил. Она находится в Греции.

Я застыла, глядя на него. Неужели он всерьез предлагает мне полететь с ним в Грецию?

— Обязательно, — усмехнулась я, переводя все в шутку. — Сразу после того, как научусь управлять этой.

Но голос выдал мое волнение — он прозвучал хрипловато, будто я слегка простыла. На самом деле у меня вдруг закружилась голова.

От его слов. От вечернего воздуха, насыщенного ароматом сирени и свежестью реки. От собственного отражения в боковом зеркале машины — глаза блестели, щёки пылали, губы будто припухли.

От того, что на один вечер я позволяла себе снова быть женщиной. Настоящей. Видимой. Желанной.

И от страха тоже.

Мы ведь просто договорились немного поиграть. Показать спектакль для Олега и девушки Тимура. Лёгкое притворство, не более. Но что это было сейчас? Он флиртует? Я отвечаю ему тем же? Серьёзно?

Это ведь ещё можно остановить. Попросить отвезти меня обратно домой. Обратно в скорлупу, из которой он меня выманил.

Пока еще я не ступила на эту самую яхту. Пока еще это просто игра.

Но я не попросила.

Я шла, скрывая за уверенной походкой свою робость, гордо расправив плечи. Каблуки звонко стучали по деревянному настилу причала. Мурашки бежали по спине.

И в этот момент я поняла, что отступать уже некуда. Да я и не хочу отступать.

Глава 10

Яхта была не большой, но действительно роскошной: лакированное дерево, мягкий приглушённый свет, глянцевые поверхности. Запах дорогих духов витал в воздухе. Где-то внизу тихо играла романтическая музыка.

— Уютно, — сказала я, оглядываясь.

— Я редко сюда кого-то приглашаю. — Тимур достал бутылку вина и два бокала.

Я села на кожаный диван, поправила платье. Открытая линия декольте, разрез до бедра… Уверенность, с которой я вышла из машины, испарялась, как морская соль на солнце. Мы здесь совсем одни.

Одни. Ночью. На яхте. Что делаю здесь я, примерная мать и жена?

Тимур налил вино и протянул мне бокал. Наши пальцы едва коснулись — и я снова почувствовала тот самый ток, напряжение, искру.

— За что мы пьём? — спросила я, чтобы отвлечься.

— За честность. Даже если она не всегда удобна. — он усмехнулся. — Ты ведь не собиралась ехать со мной.

— Не собиралась, — призналась я и сделала глоток. Вино оказалось удивительно лёгким, фруктовым, обволакивающим. — Я думала, что ещё смогу соскочить, пока не поздно.

— А сейчас? Уже поздно?

Я замерла. Посмотрела в его глаза — спокойные, внимательные.