День правды и лжи - Мари Вудс

class="p1">Эгерии видят будущее. Они знают все правильные повороты и все ямы на наших путях. И к тому же они умеют вливать в крошечные пузырьки то, что, по идее, не должно туда помещаться.

Нужно лекарство от тоски? Пожалуйста. Не хватает мужества? Купи пузырёк. Враг задержался на этом свете? Заплати за Зелье и иди спокойно есть пирожки на его поминках.

Хотя больше всего, конечно, она зарабатывает на лекарствах и приворотах.

Я много думала, какая Сила стоит за их Магией. Тьма? На неё это не похоже… Когда это Тьма брала за Силу деньгами? Ну а если не Тьма, то кто ещё, кроме Нее, может дать столько Силы и, главное, столько знаний?

Кассита продолжала смотреть на меня, и в глубине её глаз читалось что-то вроде: тебе было так хорошо с ним...

Да, мне было хорошо с ним. А потом я узнала, что он — враг.

И теперь ещё Линда... Линда, которая почти умерла там, на той площади. Линда, которая была мне как сестра. Линда, которая была со мной, когда никого другого не было рядом. Линда, единственная, кто видел меня совершенно разбитой, не считая Марджери.

Но у Марджери не было выбора — она у меня работает, а Линда осталась сама. И не уходила, пока я не пришла в себя окончательно. Линда, которая таскала меня по магазинам, по ночным клубам. Организатор моих самых безумных вечеринок, постоянный сомелье и даже немножко психолог, потому что, когда я покупаю очередную пару золотых босоножек, умеет убедить меня, что это абсолютно нормально.

А если это рука Кристиана послала в тот день ледяной осколок, который мог стоить ей жизни?

Кассита отпустила мои руки, и я снова начала дрожать. Не совсем понятно, холодно мне или жарко — как-то всё сразу и одновременно. И мерзко. Мерзко думать. И мерзко прятаться от этих мыслей.

Я хочу знать, кто сделал это с Линдой, и боюсь получить ответ.

Кассита присела рядом с ней и осторожно прикоснулась пальцами к вискам. Несколько секунд сидела без движения.

— Это сделал не Он, — наконец счастливо промурлыкала она, возвращаясь ко мне взглядом и снова беря за руки.

С чего это Кристиан вдруг стал «Он», вот так, как Кассита только что произнесла, с большой буквы?

Я возмущённо фыркнула. А Кассита улыбнулась, беззастенчиво транслируя на меня удивительное свойство Эгерий полностью перекрывать своей Силой любую кипящую в душе бурю. От чего мысли становились лёгкими, как облачка, а не свинцовыми тучами.

Я закрыла глаза, погружаясь в это. Мысли невозможно ухватить, ни одной.

Тишина. В душе. В сердце. Оставить бы так навсегда.

А потом... её голос, сквозь темноту под веками. Осторожный, тихий. Встревоженный.

— Кайла.

Открываю один глаз. Ну что такое?

Кассита смотрит куда-то, где соединяются наши руки. Я тоже смотрю.

В комнате снова повисает тишина. Только дыхание, шум мотора на улице и её выжидающий взгляд. И ещё просто дикая паника, волнами исходящая от меня, стоящей рядом с Касситой, и наблюдающей, как под моей кожей сплетаются мерцающие руны Воздуха с раскалёнными знаками Огня.

Как мне не закричать? Как не закричать сейчас?

Я смотрю прямо на Касситу, сжимая губы, сцепляя зубы. Трачу практически все силы, чтобы не издать ни звука. Просто если я сейчас закричу или, ещё хуже, запищу, это будет совсем дно.

Окончательное.

Если сейчас в её глазах не недоумение, тогда что?

Кое-как разлепляю пересохшие губы. Говорю первое, что пришло в голову.

— А можно Магией Воздуха заразиться?

Ну, что-то вроде: я переспала с Магом Воздуха, могла ли я подцепить от него его Магию?

Кассита качает головой.

Да я и сама понимаю, что это бред.

— Тогда откуда это у меня?

О, сегодня, кажется, пришло моё время отыгрываться и задавать Кассите все самые нелепые вопросы, на которые я только способна!

Просто не день, а кошмар какой-то…

А может, это вообще сон? Может, я всё ещё сплю там, в комнате, зарывшись в тепло одеяла, а рядом со мной дрожит огонёк свечи, прогоняя тьму?

Или я всё ещё на площади?

И солнце не взойдёт никогда. И утро никогда не наступит. Может, поэтому этот день такой бесконечно длинный? Может, я умерла?

Да нет, я знаю, что бывает, когда умираешь. Я уже умирала — и не раз. И тогда такого бреда со мной не происходило.

Маги Воздуха — враги.

Точка.

Так положено думать.

Мы воюем с ними уже веков двадцать. Эта война вшита в нашу кровь, прописана в генетическом коде.

Теперь и я — Маг Воздуха. Выходит, что я — враг? Или Маги Воздуха теперь — не враги?

Недоумение. В глазах Касситы. Точно оно.

Почти чёрные глаза распахнуты, а в них… Тьма и Свет, в них можно прочитать всё. Всё обо мне, о ней, о её тревоге за меня — вся моя жизнь в этих замкнувшихся сияющей сферой радужках. Но теперь — за такой плотной пеленой недоумения, что видно лишь его.

Она читает мои пути. Постоянно. Раньше говорила — сложно. А теперь, по-моему, просто не может. Мои пути разбегаются от неё, как мыши от огня, — она не успевает за ними уследить. Раньше Кассита говорила, что я всё время сворачиваю не туда. Хотя я её никогда не просила смотреть моё будущее.

А теперь?

Что скажет она теперь, если даже ей непонятно, куда мне идти?

— Только не говори, что мне придётся идти черезтот коридор.

Кассита закатила глаза:

— Теперь не скажу. Ты же уже сама сказала.

Мне остаётся только покачать головой.

У меня есть к ней ещё одно дело.

— Ты спасла Линду. — Протягиваю руку. — Я дам тебе за это Обет. Сможешь выменять его на свою жизнь, если мой бывший вернётся.

Кассита приподняла брови, но додумалась промолчать. Лишь кивнула. Даже спорить не стала. Я не поняла, чего в её взгляде было больше — облегчения, что у неё теперь есть Обет, который спасёт ей жизнь или страха, что он всё-таки может вернуться.

Я три года искала повод дать ей Обет. Даром дать не могла — Дармовая Сила нарушала Закон Равновесия и всегда оборачивалась расплатой — рушились жизни, искажались судьбы. Мир забирал своё — иногда тихо и медленно, а иногда сразу — смертью. Обет был самой мощной и древней Магией, и никто в этом Мире — даже те, кто сами являются Законом, не имели власти над ней. Обет был платой за жизнь — свою или чужую. Обет был ценой.

Ещё секунда