В поисках королевы - Адриана Белоусова

– Какая интересная у тебя жизнь, – задумчиво протянул Лейф. – Хочешь, чтобы тебя спасли?

– Нет, переживу как-нибудь, – буркнул Дор и отвернулся. Похоже, у него была тайна, которой он не собирался делиться с Лейфом.

– Семь лет – это очень долго, – сказал Лейф, доставая из комода чистую рубашку. – Меня не устраивает.

– Меня тоже.

– Сколько ты сейчас сможешь пробыть в Шиоронии?

– Месяц, не больше, – ответил Дор и подошел к окну, за которым крупными хлопьями падал снег. – Расскажешь, кто тебя так разукрасил?

Лейф облизал разбитую губу. Он соображал, как будет лучше рассказать все Дору, но не проболтаться про метку раба. Хотя однажды он все равно об этом узнает. Но не сейчас, не от него. Потом.

– Север решил заполучить в жены Йену. Он сказал, что знает, чья она дочь на самом деле.

Дор шумно вздохнул. Прошелся по комнате и двинул кулаком по стене.

– Я знал, что с ним нельзя связываться.

– У нас не было выбора.

– Я заберу Йену в Истрату, Север никогда не доберется до нее, – решительно произнес Дор. – Я уже думал об этом, просто планировал сделать это позже. Сейчас прикажи усилить ее охрану, и пусть сидит в своей комнате.

Лейф бросил на брата скептический взгляд, но ничего не сказал. Пусть хоть один из них верит в лучшее. В дверь постучали, и в комнату, кланяясь, вошел капитан.

– Войска Севера отступают, мой король, – сообщил он.

* * *

В том, что от Севера нужно было ждать подлости, Лейф не сомневался. Теперь, когда он знал его самую страшную тайну, он мог использовать ее, как ему вздумается. Ведь если об этом станет известно, дальше жизни не будет, в этом Лейф не сомневался. Он будет опозорен и потеряет все. Избежать этого можно было только одним способом – убив Севера. Хотя он уже, наверное, поделился такой новостью со своим окружением. Он бы на его месте тоже не смолчал.

– Ты уверен, что больше ничего не хочешь мне рассказать? – спросил Дор. Они ехали по полю в сопровождении небольшого отряда проверить крепость, которую совсем недавно занимал Север.

– С чего такой вопрос? – тут же ощетинился Лейф.

– Завидно смотреть, как ты изводишься. Хочу приобщиться.

Лейф пробормотал проклятье и поскакал вперед.

* * *

Крепость действительно была пуста. Судя по количеству разбросанных вещей, люди Севера собирались в спешке. Что же могло заставить их бежать? Лейф внимательно огляделся. Он ждал, что Север оставил ловушки, что их побег всего лишь хитрый маневр. Пройдя по двору, он забрался на крепостную стену и посмотрел вдаль. Войска Севера шли в сторону Аминады. Они возвращались домой.

– Смотри, что нашел, – раздался за спиной взволнованный голос Дора. Лейф обернулся и увидел у него в руках гребень, украшенный красными камнями. Герцог перевернул его, и с тыльной стороны король увидел гравировку.

– Он же принадлежал моей матери, – сказал Лейф и посмотрел на Дора.

– Я отдал его Йене, – вглядываясь в горизонт, сказал Дор. Снег повалил с новой силой, словно хотел похоронить под собой весь мир.

– Твою же мать! – в бессилии прорычал Лейф, – Они сбежали, потому что она у них в руках, и теперь Север может потребовать у нас все, что угодно! Даже своими людьми рисковать не надо!

– Что, если это ложный след?

– Не думаю. Как же я хочу, чтобы эта тварь сдохла! – сдавленно крикнул Лейф, задыхаясь от ненависти. Боль от ушибов с новой силой прокатилась по телу. – Будь ты проклят, Север!

– А теперь я хочу знать правду, Лейф, – сурово сказал Дор, приблизившись к нему. – Сейчас не время играть в захватывающие интриги. Что между вами произошло?

– Правду, значит, – с трудом произнес Лейф. Сердце билось у самого горла, внутри все дрожало. Белые хлопья снега казались черными. Он рванул воротник плаща и наклонил голову в сторону, чтобы герцог мог увидеть злосчастную метку. – Климент хотел принести меня в жертву своим богам, там, в лесу, когда я пошел искать Кордию. Ты ведь знаешь, что это такое, да?

– В общих чертах, – сдержанно ответил Дор, и Лейф сразу понял, что врет. В его темных глазах была тревога, смешанная с жалостью, и Лейфу показалось, что он летит в бездну. Его повело в сторону, к самому краю. Дор схватил его за ворот плаща и повернул к себе.

– Север видел ее и все понял.

– Плохо, конечно, но…

– Это еще один плюс подтвердить мою виновность в убийстве Климента, – сказал Лейф, чувствуя, как слабеют ноги. – Все кончено, Дор.

Лейф отвернулся. Жалость герцога ему была невыносима. Лучше бы он и дальше ненавидел его. Но стена между ними была сломана.

– Не знаю, утешит ли тебя это, но я буду с тобой до конца, – помолчав, проговорил Дор. – Каким бы он не был.

– Почему?

– Ты мой король, я тебе в верности присягнул, – пожав плечами, ответил Дор.

– Я хотел услышать другое, но это тоже сойдет, – с трудом сглатывая, откликнулся Лейф. Дор похлопал его по плечу. – Пошли отсюда, тут больше нечего делать.

* * *

В Шиоронию они прибыли поздно ночью. Дор счел, что сперва нужно убедиться, что Йена действительно у Севера и это не ловушка. Лейфу не хотелось терять время, но решение герцога было логичным. Он же сейчас был зол и взвинчен, чтобы думать трезво. Спешившись, они поднялись по ступенькам во дворец. Было тихо, пахло ванилью и еще какой-то сладостью, название которой Лейф так и не смог вспомнить. Он очень устал, ему хотелось лечь и уснуть прямо на ковровой дорожке, застилавшей лестницу. После трех дней в седле, ноги плохо слушались, и, споткнувшись в очередной раз, он выругался.

– Давай сразу в покои к Йене, – сказал Дор, опережая его. Лейф кивнул. Ему хотелось как можно скорее прояснить ситуацию. А потом поспать, хотя бы час. Помыться и поесть тоже было бы хорошо, но уже потом.

Дор схватился за ручку и вошел в покои Йены без стука. Лейф следом за ним. Оба замерли на пороге, увидев Кордию, сидящую в кресле. На ней было домашнее платье, волосы убраны в свободный пучок, и несколько прядей выбились из него, скользя вдоль щек. Услышав скрип двери и шаги, она подняла голову и, охнув, встала.

– Ваше величество, – прижав руку к груди, с почтением произнес Дор.

– Ты?! – выдохнула она, и десяток мелких камней, лежащих у нее в подоле, рассыпались по полу. Кордия сжала руками ткань юбки, словно ища у нее поддержки. Щеки вспыхнули румянцем. Она смотрела то на герцога, то на мужа и выглядела встревоженной