Дамир на мою голову или Вишенка на торте - Светлана Ивановна Серебрякова

— Почему? — ничего не понимая, я смотрела в зелёно-карие глаза. — Ты? Ты отказываешься от меня?

— Нет, никогда. Я хочу тебя защитить.

— Дамир, что ты копаешься? Ждёшь, пока мой мальчик истечет кровью? Исмат, скажи ему.

Я вздрогнула от громкого окрика Зары. Вот только Дамира это не испугало.

— Вызывай скорую. Пока твой мальчик не объяснит мне, что произошло в подвале, я и пальцем для него не пошевелю. Почему у него расстёгнута ширинка, а у моей жены порвано платье?

— А если, — я нерешительно посмотрела на сурового джигита, — если он… если рана слишком…

— Значит, эта мразь сдохнет, как последняя собака.

— Дамир! Он твой брат.

— Брат, отец? Брат? Ты уверен в этом? Разве брат поступит так с братом? Вы молчите и делаете вид, что ничего не произошло, хотя прекрасно обо всём догадываетесь. Боитесь произнести вслух? Думаете, если Господь не услышал, так и не увидит? А когда услышит, то что? Гнев свой на вас обрушит? Традиции, обычаи… Хабиб пытался изнасиловать Милану. Мою жену.

Казалось, Исмат только сейчас понял то, что было очевидно для всех, как только Хабиб поднялся из погреба.

— Хабиб? — голос главы семейства дрожал. — Это… правда?

— Она сама спровоцировала меня.

— Ай, Зара, ай! — тётя Нико всплеснула руками. — Это всё твоё воспитание. Во всём потакала мальчишке, ещё и Исмата накручивала. И что теперь? Он опозорил весь род.

— Все беды от этой девки, — мачеха Дамира показывала на меня пальцем, — так и знала, что добром это не кончится. Не надо было давать разрешения на этот брак, не надо было привозить её сюда…

— Замолчи, Зара.

Я видела, как встал дед Алам, и как тяжело опираясь на трость, шагнул к невестке. Дамир обнял меня за плечи и развернул к дому:

— Пойдём, къуш, нам надо ехать.

[1] Хьар — лезгинская квадратная печь для выпечки хлеба

Глава 37

— Куда мы едем?

Я рассеянно смотрела в окно. Мы проезжали мимо ресторана, где вчера отмечали день рождения отца Дамира. Тогда я думала, что почти наладила отношения со всеми его родственниками. А вот сегодня, словно побитая собака, уезжала.

— Я сниму номер в гостинице, — Дамир сжал мою руку, — а потом мы с Рустамом вернёмся.

— Вернётесь? — я встрепенулась, косясь на Рустама, который сидел за рулём минивэна. — Что значит, вернётесь? Ты оставишь меня в гостинице, а сам?

— Милана, так надо.

— Знаешь, что мне на самом деле сейчас надо? Чтобы ты был со мной. После всего, что случилось я нуждаюсь в тебе.

— Я знаю, но…

— Милана, — остановившись у входа в отель, брат Дамира развернулся к нам, — пойми, нам надо вернуться. Нельзя спустить такое на тормозах. Хабиба надо наказать. Во-первых, он посягнул на честь женщины. Руку на тебя поднял. А, во-вторых, ты жена его брата. Он семью опозорил.

— И что вы собираетесь делать? Вы же не убьёте его?

— Нет, что с ним делать, решат дед и отец.

— Это же и меня касается, разве нет? — я взяла Дамира за руку. — Почему ты увёз меня, словно это я виновата в том, что произошло? Зачем мы вообще уехали? А если он, если все поверят ему?

— Не поверят, — Рустам зло поджал губы, — это не единственный раз, когда он… На вашей помолвке… если бы не мой отец и не его знакомства, Хабиба бы упекли минимум на пятнадцать суток. И никто не считает, что ты виновата, нет. Мы хотим защитить тебя, оградить ото всего.

— Къуш, давай не будем терять время. Я сейчас сниму номер, закажу тебе обед и горячий чай. А ты примешь душ, поешь, и будешь ждать меня. Хорошо?

— Я подумаю.

Всё, чего хотелось на самом деле, это вернуться домой. Забраться в постель, укрыться с головой одеялом, и лежать.

На стойке регистрации я первой успела схватить ключ от номера и свой паспорт. Постаралась проигнорировать усмешку Дамира и пошла к лифту, не оставляя ему иного выбора, кроме того, как взять чемодан и шагать за мной.

— Милана, — едва переступив порог комнаты, Дамир взял меня за руку и потянул на себя, — я же могу рассчитывать на тебя и твоё благоразумие? Пожалуйста, не делай глупостей.

Обида разъедала уголки глаз. Да, возможно, эгоистичное желание, но плевать мне было на Хабиба и всю семью Исматовых. Мне прямо сейчас был необходим Дамир и его объятия. И слова утешения, что всё будет хорошо. Я выдернула руку из цепкой хватки и отошла на пару шагов.

— И что, никакой подстраховки с твоей стороны?

— В смысле?

— Ты же мастер накачивать меня успокоительными. Так давай! Может, вот именно сейчас они мне необходимы, чтобы забыть всё, отключиться.

— Нет, пташка, — ему хватило одного шага, чтобы сократить расстояние между нами. Дамир взял в ладони моё лицо, и смотрел так нежно и заботливо, — только душ, чай и сон. Я люблю тебя. И я постараюсь всё уладить как можно быстрее.

Он ушёл. А я схватила с дивана маленькую подушку и пульнула в закрытую дверь.

— Пошёл ты к чёрту! Не делать глупости и быть благоразумной? Как? Как это сделать, когда ты нужен мне здесь?

Размазывая слёзы, я вкатила чемодан в спальню и, бросив его на кровать, стала рыться в аккуратно сложенных вещах. К чёрту обед и горячий чай. К чёрту Дамира и его семью. У меня была идея получше: спуститься в бар и заказать себе коктейль покрепче. И не один. И к чёрту платье, много чести этому городу и отелю, я решила, что пойду так, в джинсах и толстовке.

Не утруждая себя тем, чтобы навести порядок в чемодане, я схватила свой маленький рюкзачок, сунула в него паспорт и кошелек с наличкой и кредиткой. Привела себя в порядок, а после этого решительно вышла из номера. И спина к спине столкнулась с Юлькой. Кто ж знал, что наши номера окажутся напротив?

— Миланка? Что ты тут?.. Всё в порядке? Я думала, вы сразу в аэропорт.

— А я думала, что вы уехали уже.

— Нет, решили, что в ночь будет лучше. Ребятам после