Криминалист-попаданка. Я не убивала вашего дракона! - Виолетта Вейл

— Кто контролирует эти договоры? — спросила я.

Маэр ответила:

— Канцелярия утверждает список. Финансовое управление ведет счета.

— Подписывал Леонар?

— Несколько продлений — да. Но они законные.

— Владельцы домов связаны с ним лично?

Маэр открыла приложение.

— Один владелец был его помощником много лет назад. Второй приходится родственником бывшему начальнику его секретариата. Третий прямой связи не имеет.

— Это снова сеть должности.

— Да.

Ариан посмотрел на таблицу.

— Но люди внутри нее обязаны Леонару карьерой.

Маэр ответила:

— Некоторые. Не все.

Я добавила:

— И даже если обязаны, это не доказывает, что он получает деньги.

— Получает?

— Проверяли счета. Прямых переводов нет.

— Тогда зачем ему схема?

Я посмотрела на старые документы.

— Возможно, не только ради личного обогащения.

— А ради чего?

— Контроль.

Маэр подняла взгляд.

— Объясните.

— Если через государственные заказы финансируются компании, зависимые от определенного круга людей, канцлер получает сеть обязательств. Работу. Поставки. Людей в управлениях. Возможность двигать ресурсы без прямой передачи денег себе.

— Политическое влияние, — сказал Ариан.

— Возможно.

Он усмехнулся.

— Снова.

— Здесь действительно возможно.

Олден спросил:

— А Тирн?

Я посмотрела на список.

— Тирн выполняет часть операций. Давит на Ивара. Знает технику исправления бумаги. Имеет доступ к канцелярскому ключу. Может работать с регистрацией.

— И был рядом с кабинетом Кассиана, — добавил Ариан.

— Да.

— Значит, он подходит.

— На многие этапы.

— Но?

Я указала на статью двенадцать.

— Если убрать Кассиана и Ариана, Тирн ничего не получает напрямую. Наоборот, становится секретарем человека, получившего временную власть.

Маэр сказала:

— Он может действовать по поручению.

— Да.

— Или рассчитывать управлять канцлером.

— Теоретически.

Ариан покачал головой.

— Леонаром трудно управлять.

— Это ваша оценка.

— И опыт.

— Принимаю как характеристику, не как доказательство.

Он посмотрел на меня.

— Вы снова стали прежней.

— После ошибки полезно.

Мы продолжили.

Рейд.

Он имел доступ к медицинским данным и регистрации.

Но не к статье двенадцать.

Не к тайной встрече.

Не к скрытому проходу.

И в итоге сам погиб.

Ивар.

Архив.

Поддельные записи.

Зеркальная соль.

Но почти никакого доступа к медицине, проходам и политическому механизму.

Эван.

Арканит.

Кровь.

Медицинские знания.

Но никакого отношения к фальшивым печатям, архивной системе и статье.

Дарен Васс, начальник внутренней службы канцелярии, имел ключи и проходы, но пока не связывался с медициной и финансовой схемой.

Тирн связывался с большим числом практических действий.

Леонар — почти со всеми системами на уровне полномочий, информации и выгоды.

Я убрала перо.

— Вот теперь можно сказать.

Маэр посмотрела на меня.

— Что?

— Леонар Грейс — основной подозреваемый как организатор.

В комнате никто не заговорил сразу.

Ариан стоял, опираясь ладонями о край стола.

— А Тирн?

— Возможный исполнитель или посредник. Он знает слишком много и уже доказанно участвовал в незаконных исправлениях.

— Рейд?

— Использованный участник или человек, который понял больше, чем должен был.

— Ивар?

— Человек, которого шантажировали.

Маэр спросила:

— Основание против Леонара сформулируйте без эмоций.

Я посмотрела на таблицу.

— Первое. Мотив. Кассиан расследовал многолетнюю схему, проходящую через системы, которые канцлер контролирует административно. Его смерть останавливает немедленное раскрытие.

— Второе?

— Подготовка обвинения Ариана создает условия для статьи двенадцать, по которой именно канцлер получает расширенные временные полномочия.

— Третье?

— Доступ. Канцелярия связана с регистрацией поддельных распоряжений, резервной медицинской печатью, отчетом о зеркальной соли, ключом служебного прохода и несколькими людьми, участвовавшими в изменении записей.

— Четвертое?

— Возможность. В вероятное время смерти Кассиана местонахождение Леонара независимо не подтверждено.

— Пятое?

— Рейд пришел в канцелярскую комнату печатей с опасной информацией. Тирн сообщил об этом Леонару. После этого Рейд погиб.

Маэр кивнула.

— Что против версии?

Это было не менее важно.

— Леонар предоставлял документы комиссии добровольно. Приостановил спорные выплаты после смерти Кассиана. Не препятствовал работе Лиары раньше. Сам потребовал проверить остаточный след Ариана на Совете. Предложил дополнительный контроль собственных полномочий по статье двенадцать.

— Все это может быть расчетом.

— Может. А может быть нормальным поведением невиновного канцлера.

Маэр посмотрела на Ариана.

— Ваше мнение?

Он долго молчал.

— Я не хочу, чтобы это был Леонар.

Я не ожидала.

— Почему?

— Отец доверяет ему больше двадцати лет. Кассиан работал с ним почти каждый день. Я спорил с ним сотни раз, но никогда не считал человеком, который способен убить ради власти.

— Это не ответ комиссии, — сказала Маэр.

— Я знаю.

— Тогда как наследник?

— Как наследник я вижу то же, что Вера. Слишком много дорог проходят через его кабинет.

— А как брат?

Ариан посмотрел на бумаги Кассиана.

— Хочу доказательство.

Я кивнула.

— Я тоже.

Маэр сложила руки.

— Вот здесь проблема. У нас пока нет прямой связи Леонара ни с арканитом, ни с кровью Ариана, ни с зеркальной солью на оружии, ни с телом Кассиана.

— И нет прямого приказа Тирну совершать преступления, — добавила я.

— Да.

— Даже сегодняшнее признание Тирна можно объяснить тем, что он сам использовал имя канцлера и систему канцелярии.

— Да.

Я посмотрела на стол.

Мы наконец дошли до человека, который лучше всех подходил по совокупности.

И все равно не могли обвинить.

Потому что совокупность возможностей еще не заменяла прямой связи с преступлением.

Олден сказал:

— Можно продолжать искать старые документы.

Я покачала головой.

— Будем. Но если схема работает девять лет, человек за ней умеет чистить следы.

— Найдем исполнителя.

— Возможно.

— Тирн может заговорить.

— Может. Но сейчас он признает только незаконные исправления и отказывается связывать их с убийством.

Маэр спросила:

— Что предлагаете?

Я посмотрела на зеленую папку, которой на столе, конечно, не было.

Мы искали ее с первой недели.

Она исчезла.

Как и вырванные страницы Лиары.

Как и ее набор инструментов.

Преступник уже забрал то, чего боялся.

Если у него был доступ к государственным системам, он мог убрать и многое другое.

— Мы все время ищем доказательство, которое он уже успел спрятать, — сказала я.

— И?

— Значит, нужно перестать искать только прошлое.

Ариан посмотрел на меня.

— Что вы задумали?

— Пока ничего конкретного.

Он усмехнулся.

— Не верю.

— Хорошо. Есть принцип.

— Какой?

Я взяла чистый