Без права на побег - Елена Леонтович

из любопытства, — добавил он уже спокойнее. — Я просто хотел понять, почему остался жив и что именно сделал неправильно или правильно. В результате нашёл нечто удивительное и ужасное.

За столом повисла тишина. Лита впервые осознала, что перед ней не просто маг, а человек, буквально воскресший из хаоса собственной разрушительной силы.

Солнце давно скрылось за горизонтом, оставив на западе лишь тонкую полосу алого света. Над поляной, где разместилась компания, зажглись первые летние звёзды. Воздух был тёплым, прозрачным и пах цветущими травами. Вокруг, насколько хватало взгляда, тянулись заросшие яблоневые и вишнёвые сады — всё, что осталось от деревни, сожжённой во время войны.

Северус, с лёгким движением палочки, зажёг несколько парящих светильников — тёплые шары магического света мягко осветили поляну. Никто не спешил уходить в палатку: вечер был слишком хорош, чтобы прятаться под крышей. Домовушка принесла чайник с ароматным травяным настоем, и разговор потёк дальше.

Мистер Бербоун, устроившийся поудобнее на складном кресле, заговорил вновь — спокойно, но с той особой интонацией, когда каждое слово звучит как предупреждение.

— Тем не менее — начал он, — не сама водная стихия влияла на тех детей, у которых пробуждался обскур. Истинная причина — в их крови. Магия хаоса, древняя и необузданная, вот что вызывало разрушение.

Он поднял взгляд, и свет от ближайшего фонаря отразился в его чёрных глазах, делая их почти бездонными.

— То, что я расскажу вам сейчас, — продолжил Криденс, — крайне важно. Возможно, эти знания однажды спасут вам жизнь. Вы знаете, откуда пошёл род Дамблдоров?

Северус, задумчиво сжав чашку в руках, покачал головой.

— Нет, я не знаю, откуда пошёл ваш род.

Бербоун чуть кивнул и, сделав глоток чая, продолжил:

— В семнадцатом столетии жил молодой священник и маглорожденный маг по имени Брайан Дамблдор. Он увлёкся поисками источника вечной жизни и вскоре оказался втянут в экспедицию, организованную пиратом Эдвардом Тичем, которого вы, возможно, знаете под именем Чёрная Борода. Из всей команды почти никто не вернулся. Говорят, старпомом у него была его собственная дочь — ревностная католичка. Она и спасла моего предка от смерти.

Он замолчал на секунду, будто давая собеседникам время осмыслить услышанное.

— Так вот, — тихо добавил он, — Брайан женился на девушке по имени Сирена. Она была русалкой. Не из тех, что обитают в Хогсмидском озере, — нет. Сирена принадлежала к океаническому народу. И это совсем иная раса.

На поляне повисла тишина. Только цикады в траве перебивали её мерным стрекотанием.

Криденс отставил чашку, глядя на пламя ближайшего фонаря.

— Вы ведь никогда не задумывались, — произнёс он негромко, — что бо́льшую часть нашей планеты занимает океан? Пять континентов — это лишь островки, разбросанные по воде. Мы привыкли думать, что жизнь есть только на суше. Но это не так. В глубинах океана существует иная цивилизация — древняя, скрытая, обладающая своей магией и своими законами.

Он чуть подался вперёд, голос его стал ниже, почти шёпотом:

— Их магия рождена из Хаоса. И потому те, в чьих жилах течёт хоть капля их крови, порой становятся обскурами. Они не выдерживают внутреннего конфликта двух стихий — порядка и первозданного разрушения. Именно поэтому я выжил тогда, в юности, и сумел собрать себя заново. В моих жилах течёт кровь обоих миров.

Северус слушал молча не перебивая. В этом рассказе не было показного пафоса — лишь усталая правда человека, пережившего слишком многое.

А над поляной медленно поднималась луна, и казалось, что само небо внимало древней тайне, раскрытой этим человеком.

Мэйлин мягко коснулась щеки мужа, её ладонь скользнула по его коже, и Криденс, поймав этот взгляд — тёплый, полный тихой любви, — улыбнулся едва заметно. Он сделал глоток чая и продолжил рассказ, словно возвращаясь к нити, которую ненадолго отпустил.

— Возвращаясь к Дамблдорам. Отец Брайан жил со своей возлюбленной на одном из Карибских островов. У них родилось двое детей. Дочь впоследствии вернулась в океан вместе с матерью — девочки рождаются чистокровными русалками. А сын отправился с отцом обратно в Англию, где они поселились в Насыпном Нагорье. Этот Брайан Дамблдор приходился моему отцу прапрадедом. Магом он был слабым, но его сын считался официально чистокровным, ведь мать мальчика отец записал как маглорожденную, такую же, как и он сам. Зачем он это сделал? О! Это самое интересное…

— В то время браки между магами и детьми океанов были строго запрещены. Считалось, что такие союзы несут проклятие. У их потомков просыпался редкий и опасный дар — то, что древние называли «голос бездны», а современные маги — прокля́тым даром убеждения. Эти люди обладали способностью к гипнозу и внушению. Их слова звучали как истина, против которой невозможно возразить.

Повисла тишина. Лита почувствовала, как холодок пробежал по спине.

Вот оно что...

Дамблдор. Всё становилось на свои места. Он — из тех. Значит, способен заставить поверить в любую ложь, в любую идею. И, возможно, уже делал это не раз.

Что-то, видимо, отразилось на её лице — потому что Криденс, уловив её выражение, спокойно добавил:

— Всё не так плохо, как вы думаете, миссис Снейп. У этого дара есть пределы. Он не действует на менталистов — даже самых слабых.

Северус оторвался от задумчивого созерцания бликов света в чашке и тихо пробормотал:

— Теперь понятно, почему директор зачистил почти всех легилиментов в Британии. И почему стремится контролировать меня.

Криденс кивнул.

— Есть и такое. Но, как и всякая магическая сила, этот дар имеет свою стихию. Альбус — дитя воды. Его сила особенно велика там, где господствует её дух. А духи воды — самые могущественные на островах.

Лита, до этого слушавшая молча, оживилась. В мире духов она чувствовала себя как дома.

— Тогда получается, — медленно произнесла она, — что маги, чья сила связана с другими стихиями, например, землёй, способны противостоять ему?

— Совершенно верно, миссис Снейп, — ответил Криденс, и в его голосе прозвучало одобрение. — Именно поэтому я живу в Магической Порте. Это сердце самого большого континента, где стихия земли сильнее всего. Только там моя семья в безопасности.

Лита слушала внимательно. Всё, что он говорил, звучало логично. Но чем больше она размышляла, тем больше вопросов у неё возникало. Всё, что писала Роулинг, определённо требовало пересмотра. Где кончается вымысел и начинается правда? Что из этих историй — сказка, а где тщательно спрятанное знание о древних расах и забытой магии?

Она бросила взгляд на Северуса. Тот, как всегда, выглядел сдержанным, но глаза выдавали бурю мыслей. Магия, о которой говорил Бербоун, не укладывалась в