Наследство с проблемами, или Дракон в моей оранжерее - Алена Шашкова

Еще два падают справа и слева. Я успеваю заметить, как летят еще несколько камней. Кайан рычит, резко разворачивается, и за его спиной раскрываются крылья.

Они распахиваются с гулким хлопком. Темные, с синим отливом, огромные, от вида которых у меня перехватывает дыхание. Кайан закрывает ими бок экипажа как щитом, принимая удар.

Несколько камней бьет в перепонку крыла. Тело шадхара содрогается, но крыльев он не опускает.

Уроды. Мерзавцы. Скоты! У меня в голове один за одним возникают синонимы, как бы я назвала этих гадов. Но это не заклинание, спастись не поможет. Зато я знаю, что поможет.

Я пригибаюсь и собираю с земли все долетевшие до нас эфиролиты в подол. Быстро, как могу. Не все. А потом обхожу экипаж к краю обрыва.

Кайан сейчас использует магию, частично превратился и еще эти камни. Это уже не просто головная боль. Скорее, ощущение, что черепную коробку пытаются вскрыть ломом и одновременно выворачивают все тело наизнанку.

И черта с два он заставит меня сейчас залезть в экипаж, оставив его один на один с этими гребаными камнями. Скидываю дикие эфиролиты с края в бушующую бездну. Вздрагиваю, когда понимаю, что рядом еще кто-то.

— Марта? — ахаю я.

— Неужели вы думали, что я буду прятаться?

Киваю, и иду обратно. Собираю. Раненая рука саднит так, что пальцы еле держат. Под задним колесом, почти вплотную к ступице, застрял крупный камень. Я пробираюсь к нему. И тут из леса летит новая россыпь.

Кожаные крылья снова прикрывают нас, но это большее, на что сейчас способен Кайан. Пока слишком много камней рядом. Эти твари знают о слабости шадхара. Это не случайная тактика.

Носком ботинка выковыриваю крупный эфиролит из-под колеса, Марта собирает несколько маленьких. На земле остается прямо совсем мало эфиролитов, когда Кайан не выдерживает. Его колени подгибаются, а крылья опускаются.

Из леса доносится несколько отрывистых команд, и стенку экипажа прошивает арбалетный болт. Потом еще один. И еще. Кайан глухо выдыхает, а потом цедит сквозь зубы:

— Бегите…

— Марта, к обрыву, — командую я.

И мы снова оттаскиваем камни, спихивая их в море. Кажется, я даже успеваю заметить момент, когда Кайан начинает подниматься. Только вот из леса раздается свист, а потом из сизой дымки между деревьями появляются фигуры в черных плащах, больше похожие на тени, чем на людей.

Я не успеваю их всех сосчитать. Лошадь дергает экипаж, но Кайан выпускает вспышку света, и она замирает. Тени тоже замедляются, словно замешкавшись.

— Он еще в сознании, — слышу я крик одного из нападающих.

— Так исправьте это, — отзывается другой.

И фигуры ускоряются.

— Прячемся, — хватает меня за руку Марта. — Сейчас мы будем только мешать.

— Но… — я готова кинуться на помощь шадхару.

— Под экипаж, — коротко мотает головой экономка.

Мы снова залезаем под днище экипажа, вжимаясь в холодную землю. Я подползаю ближе к самому краю, чтобы хотя бы частично видеть, что происходит.

Кайан разворачивается лицом к теням. Край правого крыла изодран в лохмотья. В перепонке левого — дыры. А из спины… торчит болт. Шадхар резко выдергивает его из себя и откидывает в сторону.

Я инстинктивно дергаюсь помочь, но в этот раз Марта крепко держит меня, прижимая к себе.

— Кайан, — беззвучно выдыхаю я.

— Верьте в него, Элис. И просите Хранительницу о помощи, — раздается шепот Марты у самого уха.

Верить… Да я сейчас во что угодно готова поверить, лишь бы Кайан справился. Лишь бы мы спаслись.

За секунду до того, как на Кайана опускается первый клинок, он целиком покрываеся синей чешуей, еще больше вырастает в размерах и почти теряет человеческое обличье. Не вижу его лица, но и бугрящихся мышц, огромных когтей на лапах и утробного рыка хватает, чтобы понять, что он выпустил свою вторую сущность.

Один клинок скрежещет по чешуе, второй Кайан останавливает еще в полете. Раздается влажный хруст. Человек вскрикивает, но шадхар уже отбрасывает его в сторону, словно тряпичную куклу. Третий пытается обойти аркана, чтобы добраться под экипаж. Нно Кайан хватает его лапой поперек туловища и просто ломает.

Хрип. Тело падает уже неподвижно, совсем рядом с колесом. Марта зажимает себе рот ладонью. Я не могу и пальцем двинуть. Просто смотрю.

Это страшно, но только благодаря этому мы еще живы.

В Кайана врезается еще один болт, он отшатывается, заваливаясь на экипаж, но быстро возвращает равновесие.

— Никого не оставлять в живых, — доносится до меня команда.

— Как пожелаете, — почти не разборчивым рыком отвечает Кайан.

Он замирает всего на мгновение, вытаскивает из себя и этот болт. А потом делает всего одно движение когтистой лапой. Направленная зрывная волна сметает и людей с криками боли и хрустом, и деревья с треском, и камни.

Нас оглушает тишиной. Не той, которая не звучит. Она звучит ревом моря, скрипом деревьев и шумным дыханием. Той тишиной, когда понимаешь, что нет человеческих шагов и приказов. Нет звона стали и свиста арбалетного болта. Нападение закончилось.

Кайан снова падает на колени. Я вырываюсь из рук Марты.

— Не подходи, — рычит он.

— Да пошел ты… со своими приказами, — резко отвечаю я и успеваю подхватить его от падения.

— Элис.

Он медленно возвращается к человеческой форме, и вся его одежда пропитана кровью. Кайан закашливается и вытерев с губ кровь, заставляет себя подняться.

— Залезьте в экипаж, — отрывисто произносит он и, пошатываясь, подходит к козлам.

— Элис, — тихо говорит Марта, направляя меня к карете. — Не спорьте. Не сейчас.

Я молчу.

Ирония в том, что после применения магии того дерева, которое лежало поперек дороги, теперь тоже нет. Кайан садится