Герцоги Безумия - Саманта Ру

— Тебе нужен урок? Прямо сейчас?

На мгновение он мешкает, его глаза следят за моими, прежде чем он снова напускает на себя уверенный вид.

— Это же то, что мы делаем, разве нет?

— Сай... — начинаю я, подавляя вспышку недоверия. — Посмотри на меня. — Я указываю на свое лицо, зная, что оно пошло пятнами, а глаза, вероятно, опухли. У меня случилась небольшая истерика по дороге домой, пока Реми сидел рядом со мной, напряженный и молчаливый. — Я похожа на человека, который в настроении трогать твой член?

Его глаза сужаются, и он бросает мое запястье — точнее сказать, отшвыривает его.

— Не будь одной из тех сук, которые ждут, что парень будет читать их мысли. Если тебе есть что сказать, так и скажи.

Я смеюсь, этот звук лишен юмора и слишком тих.

— Вау, для парня, который умеет считывать чужой эмоциональный интеллект, тебе бы не мешало обзавестись своим собственным. — Заметив вспышку ярости в его глазах, я развожу руками. — Я из кожи вон лезла, чтобы помочь тому, кто мне нравится, и в итоге меня же за это и наказали. Я крайне хуево себя чувствую!

Он скрещивает руки на груди, плотно сжимая губы.

— Ты позволила Реми трахнуть тебя на балконе, чтобы заставить моего брата ревновать, а теперь вдруг стала слишком хороша, чтобы помочь мне разрядиться, как обещала?

Эти слова не должны причинять боль, но они все равно бьют, как пощечина. Напоминание о том, что мое присутствие здесь терпят лишь ради того, как меня можно использовать: защитить Реми от Кэша, помочь Нику выиграть бой, передернуть возбужденному, отчаявшемуся студенту из братства...

В конечном счете, я Герцогиня, в их полной власти.

Я вздергиваю подбородок, огрызаясь в ответ:

— Я просто не в настроении, так что ты можешь либо заставить меня подрочить тебе, как это сделал бы твой брат, либо взять свою пятипалую лучшую подружку и обрушить всю эту романтику на нее!

Его глаза закрываются, выражение лица становится ледяным.

— Ну вот, настоящая гадюка во всей красе. Ядовитая маленькая блядь, которой плевать на свои обязательства, пока удовлетворяются ее собственные потребности.

Я едва осознаю, как он выхватывает у меня пластиковый стаканчик и швыряет его через всю комнату — брызги пунша летят во все стороны — потому что именно в этот момент Ник вразвалочку подходит к бару. Без рубашки, избитый до полусмерти. Он перегибается через стойку и требует пива, и тут я наконец вижу его победную татуировку.

Мне требуется секунда, чтобы понять, что это такое — навсегда въевшееся в его кожу — потому что я пялилась на него весь вечер.

Идеальный контур моего отпечатка красной помады, вытатуированный на его шее.

Он переводит взгляд на меня сквозь заплывший глаз, забирая напиток у ДКС-ника, стоящего за барной стойкой. Он лениво поднимает его:

— За победителя...

Я не слышу, что он говорит дальше, не хочу слышать, и мне все равно. С меня хватит Герцогов на сегодня, и я оставляю их и остальных идиотов в башне праздновать без меня.

Глава 19

Ник

Я видел себя во многих ипостасях. Сын, брат, друг, предатель, шпион, солдат, боец и Герцог. Единственная роль, которая никак не сидит на мне естественно, — это студент. Это особенно бросается в глаза, когда я сижу за столом в студенческом центре вместе с десятками других студентов Форсайта.

Отчасти это потому, что раньше я бродил по кампусу под фальшивым предлогом, притворяясь частью сообщества, чтобы получать доступ для Дэниела. Я шпионил за его сыном, вел переговоры с другими братствами, торговал сексом, наркотиками, оружием — любым товаром, который мне поручали проталкивать. Но таскать рюкзак, сидеть на занятиях, переписывать конспекты и зубрить перед тестами...

Я чувствую себя самозванцем.

И не потому, что я не справляюсь с учебой. Я могу, и я делаю это. На самом деле, учеба для меня — не проблема. Она просто скучная, настолько, блядь, утомительная, что от сидения на одном месте у меня начинаются душевные страдания. Я бы предпочел занять свои руки чем-то другим. Бить, резать, держать палец на спусковом крючке пистолета, раздвигать бедра моей Ласточки и вдыхать ее сладкий, горячий запах.

Господи, думаю я, глядя, как Лавиния стоит в очереди за кофе на другой стороне этого открытого пространства, как же я скучаю по кискам.

— Бро.

Было бы так охуенно просто втиснуться туда, почувствовать тесные объятия ее пизды и показать ей, что Реми и близко не стоит с тем, как я могу заставить ее чувство...

— Ник!

Я отрываю от нее взгляд и перевожу его на Сая, который с трудом сдерживает закатывание глаз.

Мы встречаемся взглядами поверх груды еды на столе.

— Хватит зацикливаться.

— Я не зацикливаюсь, — говорю я, возвращаясь к своему буррито. — И это звучит довольно лицемерно, кстати, от чувака, который последние два дня дуется из-за потери своей партнерши по дрочке.

— Я не дуюсь, — отвечает он, выпрямив спину. Его взгляд метнулся туда, где она продвинулась в очереди, наклоняясь к баристе, чтобы сделать заказ. Сай сутулится в кресле. — И она не моя «партнерша по дрочке». — Он хмурится и отодвигает свой салат, теребя запакованное печенье, которое шло в комплекте. — Однако она на меня порядком зла.

— С каких это пор тебя волнует, злятся ли на тебя люди? — спрашиваю я, по большей части в надежде выудить информацию о том, почему Лавиния зла на него.

Сай поднимает на меня свой хмурый взгляд.

— Это просто комментарий. Я не говорил, что меня ебет, злится ли кто-то...

Реми фыркает, втыкая вилку в какой-то разобранный ролл, который он взял в суши-баре.

— Он начал волноваться, когда она перестала приходить по ночам к нему в комнату и укрощать этого монстра в его штанах.

Я знаю, что она ходила к нему в комнату по ночам, и я знаю, что она регулярно дрочила ему. Я знаю, что там есть какая-то договоренность, суть которой я не могу точно уловить. Я вижу всё это со своего места на стропилах. Но я также знаю, что последние две ночи она спала наверху, на чердаке, одна.

Она определенно злится на него.

— Это не я ее динамлю из-за того, что она пыталась обеспечить твою безопасность, — огрызается Сай.

— Она солгала. — Реми хмуро смотрит на кусок сырого мяса, затем подносит его к носу, чтобы понюхать. — Ярко-оранжевым, без стыда. Я такую хуйню не терплю.

Сай бросает на него нетерпеливый взгляд.

— Ради всего