Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Стоит ли вязаться?

Или проще послушаться? Она ведь может и брату пожаловаться, и ее величеству — так зачем?

Проще дать ее высочеству, что она пожелает, тем более, что это не ущемило ничьих интересов. Уж больно место было непочетное.

Где карета?

Так уехала... наверное, ее высочество что-то приказала. Она и потребовала, чтобы карету разместили именно здесь. И обеспечили свободный выезд... вернется, наверное.

Стуан Леруа?

Да, кажется, он и уехал...

Кто там к нему присматривался? Слуги?

Так им не до господских причуд! Пусть хоть рога отрастят на пятках и на них ходят, лишь бы им работать не мешали! Вот если б Леруа к слугам цеплялся... нет?

А зачем он им тогда сдался?

Стража?

Тоже не приглядывалась, ни к чему им такое...

Да если и уехал — что с того? Его карета, его право, его воля...

Ганц застонал, хватаясь за голову.

Если с Мири...

Если с девочкой что-то случится — Джерисону его и убивать не потребуется! Сам на меч кинется.

❖ * ❖

Бран Гардрен мыслил конкретнее.

- Думай!

— О чем?!

— Карета, Холош тебя сожри! Карета!

Ганц посмотрел на спутника непонимающе. Бран закатил глаза.

— Что непонятного!? Карета должна ехать по улицам! Ее должен кто-то видеть, она где-то да остановится... Ну!!!

Больше понукать не пришлось. Понявший идею Ганц сорвался с места.

❖ ❖ ❖

Миранда пришла в себя, но открывать глаза не спешила.

Голова болела.

Девочка прислушалась.

Принюхалась.

Почувствовала тряску.

Она ехала в карете. Рядом сидел кто-то, плохо вымытый и сильно надушенный.

Память возвращалась постепенно, и Мири порадовалась, что она в карете.

Не слышно, как изменился режим дыхания, не видно, как дрогнули ресницы.

Все-таки похитили... с-самки собаки!

И что теперь делать?

Ага, вопрос из разряда — на миллион, как говорила мама. Мири как-то спросила, почему на миллион, так Лиля посмеялась и сказала, что за такой вопрос умирает миллион нервных клеток.

Объяснение было принято.

А правда — что делать?

Мири прислушивалась к себе.

Голова болела. Кажется, ее ударили чем-то... колотушкой, обернутой тряпкой?

Просто кулаком?

Нет, не понять...

Есть ли сотрясение?

Вроде как не тошнит. Да и без сознания она пробыла недолго, они еще не приехали. Ее надо было вынести из дворца — несложно для сильного мужчины. Вот когда пожалеешь, что не сто пятьдесят килограмм весишь, пока бы дотащили — год пройдет! А тут подхватил, да пошел!

Ляля — и та весит больше!

И собак с собой на балы не берут зря...

Отставить глупости!

Сотрясения, похоже, нет. Интересно, ее обыскивали?

Тоже сомнительно. Судя по ощущениям... Миранда едва заметно под пышной юбкой бального платья в цветах морской волны, сдвинула ноги — и едва не застонала от счастья.

Не обыскивали.

Не подумали!!!

А девушка-то на свидание шла! Девушка оружие с собой взяла!

Так не делают?

Смотря какое оружие, какое свидание и какая девушка. В черные волосы Миранды были искусно вплетена заколка — просто так не выдерешь. А у заколки стальная застежка. Согни проволоку — и вот тебе отмычка!

И — нет, это не случайность, так и было задумано.

А с внутренней стороны берда надеты ножны. И карман с прорезью.

Удобнее, чтобы ножны были с наружной стороны бедра, но бал же! Мало ли кто ее обнимать будет, рука соскользнет... это — танцы.

А вот с внутренней стороны бедра — в самый раз!

И не надо тут про кривоногость рассказывать! Хорошие у Миранды ножки, красивые и ровные. Но разок можно и потерпеть. Чуть-чуть...

Там и проблем-то...

Плоский нож, который помещается буквально в ладонь.

Короткое хищное лезвие — перехватить веревку или перерезать кому-то горло. Удобная рукоять. Плоская, но достаточно широкая, из рога, чуточку шершавая.

Неприятное ощущение?

Лучше чуть-чуть потерпеть. Только руку в карман просунуть — и вот оно, в ладони. Но пока нельзя, нет...

Или...

Как это мама называла? Бой на ограниченном пространстве?

Миранда могла его устроить. Надо только посмотреть, кто с ней в карете.

А дальше...

Пусть тряхнет, Миранда свалится с сиденья, под шумок достанет нож — и первому, кто к ней наклонится — по горлу. Или по глазам.

Милосердие?

Вот что-то ей подсказывало, что рядом с ней не граф Солен. Или...?

Черные ресницы почти не дрогнули. Мири не открывала глаза, как истинная женщина, она оглядывала карету незаметно. И ей был знаком этот профиль.

Стуан Леруа.

Ах ты ж...

Миранда подумала, что правильно дядюшка Ганц догадался. Осталось выяснить, причастна ли к этому Джолиэтт. Но если она сейчас убьет Стуана...

На миг Миранде стало страшно.

Убьет...

А ведь на это не так легко решиться.

Когда ее похитил барон Донтер, она смогла только ранить подонка.

ВУэльстере...

Там все делала мама. А она просто шла следом за ней. Боялась жутко, но шла. И мама смогла. И вытащить их из столицы, и все решить, и Миранда была в ней уверена.

Лилиан убила бы любого, кто вздумает угрожать ее дочери. Рядом с ней Мири была в безопасности.

А чего стоит она сама? Без родителей рядом, без помощи, которая может опоздать. Сама Миранда, как человек?

Сможет она постоять за себя? Или растечется лужицей в ногах у негодяя, умоляя о милосердии? Этого девочка пока не знала.

Миранда колебалась бы недолго, все же действовать ей было привычнее, но тут карета качнулась — и остановилась.

Приехали.

Не успела...

❖ ❖ ❖

Когда Стуан Леруа вышел из кареты, Миранда чуточку удивилась. Не сильно.

В карету заглянул кучер, подхватил девочку на руки — и потащил в дом. Понятно, есть подручные. Логично.

Не сам же благородный господин будет трупы таскать? Обязательно кто-то быть должен. Обязан даже... Такая же нечисть?

Наверняка.

Миранда присчитала к списку потенциальных покойников еще одного. А потом и второго, который открыл дверь дома.

И — все.

Один Леруа, двое слуг...

Джолиэтт здесь нет?

Ура’?

Нет покамест подождем радоваться.

*

❖ * ❖

Мири подглядывала из-под ресниц.

Конюх. Здоровущий, размером с крупный шкаф, детина. Мордастый, краснорожий, лет тридцати на вид. Кулаки, что тыква, просто так не убьешь. Подрезать она его может, но тут проблема. Такую тварь надо на рогатину брать, как медведя. Иначе он будет опасен. И одежда на нем не просто так — кожаный колет.

Такие носят небогатые наемники.

Кожа толстая, бычья, не от всего убережет, но ее ножом такое