Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Нет, с этим связываться не стоит.

Второй слуга тоже не из хлипких. Тоже мордастый, не последнюю корочку хлеба доедает, не от голода и беды на преступление пошел. Ливреи на нем тоже нет. И тоже — в коже.

Чего-то боятся?

Или...

Объяснение было простым и страшноватым.

С ткани кровь отстирывать сложнее. А с правильно выделанной кожи — просто платочком стереть. Тем более, на обоих кожа черная, крашеная, вообще не заметно будет. Так намного удобнее...

По позвоночнику девочки пробежал мороз.

Справится ли она?

Вот ее внесли в роскошную гостиную и уложили на диван. Огромная комната была не отягощена мебелью.

Диван, стол — пожалуй, и все.

Ни тебе кресел, ни ковров, ни...

Только диван у стены — и стол рядом с ним.

— Ждите госпожу, — приказал вошедший Стуан. — Ко мне не соваться!

Слуга почтительно поклонился.

— Да, господин.

Миранда наблюдала, как Стуан прошелся по комнате, как взял со столика... Альдонай! Нюхательные соли! И поднес к ее лицу.

В ноздри ударила жуткая вонь.

Мири расчихалась и открыла глаза.

Первое, что она увидела, было довольное лицо Стуана Леруа.

Эммм... а как она должна реагировать?

Да элементарно!

Ничего не помню, ничего не знаю... и вообще! У меня и так память девичья, а вы мне своими «хорошими манерами» остатки мозга отшибли! Вот!

Миранда похлопала ресницами и пролепетала максимально трогательным и беспомощным тоном невинной овечки:

— Ой... я в обморок упала, да?

Стуан Леруа расплылся в жестокой улыбке.

— Нет, моя дорогая. Вы не упали в обморок.

— А почему? — решила поставить рекорд кретинизма Миранда.

Стуан даже завис на секунду.

Действительно, дорогая, а почему вы НЕ упали в обморок? Нет ответа?

Но долго он переваривать не стал.

И рванул вырез платья Миранды.

Полетело золотое шитье, треснул вырез, обнажая корсет и нежную девичью грудь.

Миранда завизжала.

❖ ❖ ❖

Не абы как!

Визг — это тоже высокое искусство!

Это в^М не жалобное «ой-ой-ой»! Визг Миранды легко поднял бы на ноги самую заколдованную Спящую Красавицу! Он был достойным предвестником паровозного гудка, он ввинчивался в голову, как сверло бормашины, он преодолевал любые преграды и сносил с ног не хуже удара дубиной.

Стуан шарахнулся, свалился с дивана и оказался сидящим на полу, на заднице.

Жаль, что долго так верещать у Миранды не получилось бы. Горло сорвать — запросто. Но хоть ненадолго.

Ей хватило, чтобы рука девушки скользнула в карман и выдернула нож, не порезав себе ногу. Сжала рукоять в руке — и перешла на более членораздельное:

— Вы что себе позволяете!?

Эта фраза помогла подонку прийти в себя. Все, пошли обычные сопли, да вы что, да вы как, да вы права не имеете... ага, подонков это всегда останавливает, правда? Или наоборот — тонизирует?

Стуан поднялся с пола и навис над девушкой.

— Я не позволяю, дорогуша. Я беру то, что хочу. И сейчас мы с тобой будем играть в интересную игру! Тебе понравится!

— Папа тебя убьет! — пригрозила Миранда.

— Уже испугался.

— И замуж за тебя не отдаст!

Стуан откинул голову и расхохотался. Как он полагал — демонически. Как полагала Миранда — идиот-с.

— Мне не нужно разрешение твоего отца! Я возьму все, что захочу, а ты... ты к утру будешь уже мертва!

— Вы хотите меня убить? — «испуганная девочка» у Миранды тоже получилась замечательная. — Но за что? Почему? Что я вам такого сделала?

Стуан хохотнул.

— Ты? Да ничего... хм, пожалуй, немного времени у меня есть. Поговорить. Ты сможешь понять...

— Тогда зачем вы хотите меня убить? Из мести моему отцу?

Миранда поставила себе галочку.

Стуан находился не слишком близко от нее. Она ножом не дотянется, но и он тоже ее не вдруг схватит, надо тянуться.

А еще...

Преступника часто тянет поговорить.

Если вор лезет в дом, или убийца делает свое дело — там другое. Выполнил заказ, получил деньги, и то! Знаете, сколько таких по кабакам потом болтает? После дела?

Хочется им...

Похвастаться, рассказать, какие они умные, замечательные, вне закона, над законом, сильные и страшные....

Лиля метко назвала это: «А поговорить?».

Этого Стуану и не хватало! Как будешь говорить с девчонкой из публичного дома, которая плачет и просит ее не убивать?

С теми,, кто сломлен еще ДО начала развлечения? А вот с Мирандой — можно.

Они одного круга, она поймет. И все равно назначена на убой, так что никому не расскажет. С точки зрения Стуана Леруа — идеальный исповедник.

— Не отцу. Матери.

— Маме?

Миранде и играть не понадобилось. Лилиан? А она-то здесь при чем?!

Стуан подвинулся чуть поближе — и объяснил.

— Именно твоя мать во всем виновата.

— В том, что вымерли динозавры? — не удержалась Мири.

— Ди... ко?!

— Неважно. А часовню тоже она развалила? — продолжала издеваться Миранда. Чего-чего, а колючек у нее под языком хватало, от Лили она перенимала и хорошее, и плохое...

— К-какую часовню?

— Это еще до вас было. Два века назад, — успокоила Миранда. — Серьезно, в чем таком виновата моя мать? Она сейчас вообще в Иртоне!

— Там ей и сидеть надо было! Если бы она не притащи- ’ла вирман в столицу, и договора бы с Бирмой не было!

— Да вам-то что с того договора?

Стуан осклабился. На редкость похабно.

— Мне — ничего. Но вот Джоли...

— Ее высочество Джолиэтт?

-Да.

Мини скрипнула зубами.

Дядюшка Ганц и тут угадал. До последней точки угадал. Джолиэтт, ну как же так!? Почему!?

А Стуан рассказывал, объяснял...

# ❖

Конечно, во всем была виновата Лилиан Иртон. Кто бы сомневался.

С вирманами договаривалась она.

И на договоре с Бирмой настаивала тоже она... конечно-конечно! Хотя если подумать...

Политика — она такая. Действительно, не стронь Лиля лавину, покатилось бы намного позже. И не поехала бы Анжелина на Бирму. А если бы поехала, не вышла бы замуж за Гардрена. И Джолиэтт не выдали бы замуж за старого Леруа.

А ей ведь не хотелось...

Это Миранда могла понять. С другой стороны...

Не хотелось!? А взбунтоваться!?

Сбежать, сделать свой выбор, что-то предпринять? Нет? А почему — нет? Потому что так не хочу, но и никак иначе не хочу? А, ну это аргумент! Бесспорно!

А раз так...

Пришлось бедной Джолиэтт выходить замуж. А какая радость —