Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

поиграем, мы будем играть долго... а когда я наиграюсь, я позволю тебе умереть! Как твоей подружке! Как она пищала, когда подыхала! И не воображай, что убив Стуана, ты сможешь убить и меня! Мужики такие идиоты! Умная женщина сможет ими вертеть, как ей заблагорассудится! А я умнее, чем он. Меня ты так просто не достанешь...

С этим Миранда бы сильно поспорила. При чем тут ум? Тут дело в подготовке! А она у Миранды явно лучше... ее вирмане с восьми лет гоняют...

Джолиэтт наступала.

Миранда отступала.

Одно дело — убить человека, который тебе незнаком. Другое — ту, которую знаешь с малолетства. Страшно... это действительно страшно. Даже если эта кто-то надвигается на тебя с самыми недвусмысленными намерениями...

Проклятое платье!!!

Миранда неудачно наступила на подол. Джолиэтт молнией метнулась вперед, взмахнула стилетом.

Пока — не убить.

Оставить царапину, пустить кровь... мимо! Даже упав, Миранда не собиралась давать себя в обиду. Перекатилась, резко взмахнула ногой, собираясь подсечь противницу. Тут и юбки не помеха, скорее — помощь! Поди, заметь за этой копной какое-нибудь движение!

Джолиэтт ловко отскочила.

В эту секунду она вдруг напомнила Миранде лису.

Бешеную.

Они видели такую на охоте, с Эриком, и вирманин предостерегал девочку от больных животных. Не трогать, не подходить, убивать издали и даже стрелу не выдергивать...

Глаза Джолиэтт блестели, как у той лисицы.

Страшно...

Резко хлынула об стену дверь.

# # >14

Когда мужчинам донесли, что карета остановилась во дворе дома, те не стали терять времени. По городу они летели, словно духи мщения. Было бы расстояние побольше — и коней бы загнали. Чудом никого не стоптали, не убили — повезло.

Ночь же...

А днем бы точно кто-то попал под копыта.

• Вот и дом.

Небольшой и уютный домик в пригороде. Большой сад, соседи?

Нет соседей!

Рядом кожевенные мастерские! Вонь такая... поэтому Джолиэтт и могла резвиться.

Кто ж будет селиться рядом с таким вонючим промыслом? И тем более, кого тут ночью найдешь?

Тишина и безмолвие. Никого и ничего...

Никого?

Кучера скрутили в три секунды. Спасибо, разъяренные вирмане ему ничего не сломали. А могли. Вместо этого вежливые и очень сдержанные люди просто оглушили его и связали, как колбасу. Очнется — поговорим. А Джерисон помчался к дому.

-МИРИ!!!

# ❖

Навсегда запомнит граф Иртон представшую ему картину.

Миранду на полу, которая уворачивается от ее высочества.

Джолиэтт с клинком в занесенной для удара руке.

И — кровь.

За принцессой оставался кровавый след. Зайдя к Стуа- ну, она умудрилась вступить в кровь, и теперь пятнала ей доски пола.

Кровь на светлых досках — багровая, почти черная...

— Мири!!!

Джолиэтт ахнула.

Отлетел в сторону стилет, зазвенел по полу.

— Граф Иртон?! Вы!?

— И не только он, — Бран Гардрен зашел в дом следом за Ганцем, закрыл дверь и заложил засов. — Добрый вечер, дорогая свояченица. Хотя мы сегодня уже виделись...

— Ублюдок! — зашипела Джолиэтт. — НЕНАВИЖУ!!!

Бран подарил разъяренной женщине милейшую улыбку. Просто очаровательную.

— Вынужден вас разочаровать, дорогуша. Я рожден в законном браке.

Джолиэтт завизжала — и кинулась на Гардрена.

Бран легко перехватил безумную, накинул ей на руки веревочную петлю и затянул одним движением — не освободишься. А потом отшвырнул от себя. Сильно, резко,, глаз едва различал его движения. Джолиэтт наткнулась на стену и сползла по ней — сил у хозяина Гардрена хватало. И церемониться он не собирался. Не с безумной, это уж точно!

Джерисон поднимал с пола Миранду.

— Доченька, как ты?

— Все в порядке, папа. Джолиэтт сказала мне что она всех убивала. Вместе со Стуаном Леруа.

— Я даже не удивлен, — светским тоном заметил Бран. — Даже странно, что у моей супруги такая мерзость в сестрах. Видимо, ошибка Холо... Альдоная.

Этот светский разговор оказался последней каплей — и Джолиэтт завизжала. У женщины окончательно расходились нервы. И — пошли вразнос.

— Ты... ты.. Л

Грязи, которая вылилась из ее высочества, хватило бы на средних размеров болото. Бран слушал с интересом, потом начал зевать. И это завело Джолиэтт еще сильнее.

-НЕНАВИЖУ!!!

Оскорбления закончились и полился поток информации. Джолиэтт плевалась ядом, мужчины и замершая у Джерисона на руках Миранда, слушали, боясь упустить хоть слово.

И постепенно, из обрывков речей и бессвязных восклицаний складывалась общая картина.

Когда Джолиэтт поставили перед фактом, ей было плохо.

Больно, тошно, тоскливо...

А кому бы понравилось выходить за старика? К тому же, рядом была счастливая Анжелина. Безумно счастливая в своем браке!

Сестра светилась от радости, муж обожал ее, на руках носил... а соперничество между сестрами существовало всегда. Со стороны Джолиэтт — точно.

Анжелина была совершенно не завистлива, и относилась ко всему очень легко. Так что все конфликты разрешались почти мгновенно.

Хочешь игрушку?

Возьми, сестричка.

Платье? Куклу? Пирожное? Поклонника?

Мне для тебя ничего не жалко, я ведь тебя люблю!

И это бесило Джолиэтт еще больше.

Наверное, единственной точкой, в которой коса нашла на камень, оказался Бран Гардрен.

Свояченицу он не видел в упор. Он был вежлив, мил, очарователен, он кланялся и улыбался, но как женщину, он Джолиэтт просто не видел! Для него во всех странах и на всех континентах существовала лишь одна Анжелина. Все остальные были постольку поскольку.

Надо же и другим мужчинам кого-то искать?

Вот и пусть. А для Брана все женщины были попросту серым фоном. Или — как трава для ягуара.

Она есть. Но что с ней делать — совершенно непонятно. Уж точно не кушать.

Джолиэтт это бесило. Она делала намеки, строила глазки, а когда речь зала о ее свадьбе, вообще попробовала соблазнить Брана.

Подстроила так, что они оказались вдвоем в беседке, кинулась ему на шею... даже поцеловать попробовала. Жреца Холоша.

Наивная...

Мужчина не стал ничего объяснять свояченице, рискуя расцарапанным лицом. Не стал с ней ругаться, драться, спорить... вообще разговаривать — к чему?

Бран попросту надавил Джолиэтт на сонную артерию, выключив девушку из жизни минут на пять. И ушел.

Очнулась принцесса в беседке, в гордом одиночестве. И возненавидела мужчину еще больше. Как же!

Она, оказывается, в чем-то может быть хуже Анжи!? Да это... да такому вообще не бывать!!!

Араз не бывать...

Это не она хуже, это Бран — сволочь!

Ну и сестра тоже...

Кто виноват, что все так складывается?

Конечно, Анжелина! Кто же еще!?

Она виновата, если бы не она если бы не Бран, если бы...

Ненависть копилась медленно,