Изгнанная с позором - Нита Вольская

— Вы снова забыли, что я не Ириана? — печально усмехнулась.

— Забыл. — неожиданно согласился.

Теперь я за печальной улыбкой прятала боль. Артур поднял моё лицо за подбородок. И продолжил:

— Я забыл то, что это тело когда-то принадлежало ей. Для меня ты — Ирина. Дерзкая, умная, острая на язычок иномирянка, которая сумела растопить лёд в моём сердце…

Он смотрел так, что его взгляд пробирал до глубины души. А я боялась вздохнуть, желая, чтобы этот момент длился вечно. Сейчас я верила каждому его слову. И не могла оторвать от него взгляд.

— Ирина, ты невероятна умна, но при этом не замечаешь простые вещи. Я неслучайно называю тебя настоящим именем, когда мы наедине. Это потому, что ты для меня никогда не была Ирианой.

Сглотнула подступивший комок.

— Но ты понятия не имеешь, как я выглядела в своём мире…

— Это неважно. Внешность — это всего лишь оболочка. Основное — внутри. И оно делает нас теми, кто мы есть. Твоя душа сделала это тело не просто красивым, а пленительным. Ты украсила его своим присутствием… И я хочу, чтобы ты была моей… Да, я незавидный жених, но я отдам всё, что у меня осталось, чтобы сделать тебя счастливой…

Приложила палец к его губам. И прошептала:

— Хватит болтать. Просто поцелуй.

Глава 80. Мы равны

Артур расхохотался. И стал похож на мальчишку. Милого и безумно притягательного. Залюбовалась.

— Вот видишь, Ирина, ты даже в таких вопросах непредсказуема. Там, где наши женщины стали бы изображать из себя жеманниц, ты не боишься быть откровенной. И это заставляет моё сердце биться ещё быстрее… — Ты просто прелесть. — последнюю фразу почти прошептал, и притянул меня к себе.

Ещё какое-то время изучал моё лицо счастливым взглядом. Ровно до тех пор, пока я не поднялась на цыпочки, и не обхватила его за шею, притягивая к себе.

Едва наши губы слились в единое целое, кровь в венах словно закипела. Меня охватило такое нестерпимое желание, что я была готова ему отдаться прямо здесь и сейчас. Мозгами понимала, что всё происходит слишком быстро, но ничего с собой поделать не могла. Таяла в его руках и прижималась всё крепче. Чувствовала его возбуждение, и ликовала, ещё активнее отвечая на поцелуй.

Всё прекратилось в одно мгновение — Артур неожиданно отстранился. Уставилась на него непонимающе. Во мне бурлила такая смесь необузданных чувству и желаний, что даже мир перед глазами подёрнулся пеленой. И я не понимала, почему он меня останавливает.

— Ирина, я не сдержусь.

— И не надо… — выдала хрипло, и потянулась за новой порцией ласк.

— Ты потом будешь об этом жалеть. А я не хочу, чтобы так было.

Шумно выдохнула, пытаясь успокоить бурю внутри.

— С чего ты решил, что я потом пожалею? — не стала скрывать недовольства. Потому что нельзя так обламывать. И мне совершенно не было стыдно за своё поведение. С ним это казалось таким же естественным, как есть или спать.

— В нашем мире так берут только служанок, милая. С женщинами из высшего общества так не обращаются. А ты для меня равная.

— Равная — это когда всё наравне, а не на каких-то нелепых условиях. — заметила с плохо скрываемым недовольством. — Я уже поняла, что в вашем мире женщинам высшего сословия отведены лишь две роли: матери, производящей на свет наследников, и дурочки, способной разве что сплетни разводить. Но на самом деле, мы мало чем от вас отличаемся, Артур. Мы чувствуем всё то же, что и вы, желаем того же. И мы хотим испытывать не только боль от рождения детей, но и удовольствие от страсти со своим мужчиной. И нам неприятно осознавать, что мужья делят свои тайные желания не со своими жёнами, а со служанками под лестницей. Больно, когда вы заводите любовниц на стороне, прикрываясь тем, что жёны холодны. Ведь женщины такими не рождаются, их намеренно делает сексуально безэмоциональными ваше общество. Конечно, ты можешь сказать, что я рассуждаю как простолюдинка. Но правда в том, что физиологически простолюдинка и её госпожа совершенно идентичны. Всё остальное условности, придуманные людьми. Ты можешь мне не верить, не соглашаться, но это не изменит того, что женщина такой же человек, как и мужчина.

Артур молчал и смотрел потемневшим взглядом. И как только я выговорилась, притянул к себе.

— Я согласен почти с каждым твоим словом, Ирина. Но ты плохо знаешь наших женщин.

— Это лишь вопрос воспитания, Артур.

— Наверное ты права, моя маленькая иномирянка. И мне очень нравится такая версия жены, о которой ты говоришь. Но больше всего нравится то, что ты не стесняешься со мной обсуждать такие темы. Это необычно, непривычно, но так... правильно.

— Вот именно, Артур. Так правильно. Потому что это заложено природой, а не условиями общества.

— Но дело в том, что без этих условностей мы превратимся в стадо животных. — озвучил «очевидное» лорд.

— Ерунда. Во-первых, потому что человек и так животное. И наивно это отрицать. Да, мы ставим себя на высшую ступень эволюции. Но так ли это на самом деле? В пищевой цепи мы прировняли себя ко львам, тиграм, белым медведям и крокодилам, хотя по сравнению с ними значительно слабее физически, и если будем безоружными, то быстро станем их обедом. Так какие из нас высшие существа? Да, мы лучше приспосабливаемся. Но это опять же спорный факт. Кто вообще сказал, что жить так, как живёт человек — правильно? Присмотрись к животным. Ведь они живут в гораздо большей гармонии с природой и с планетой, чем мы. Да и ценности у них более правильные. Взять, например, волков. Они создают пару на всю жизнь. Семья для них — главная ценность. Дать потомство, сохранить, накормить. Ни это ли важно на самом деле? И это не единственные животные, которым присуще это качество. Лебеди — ещё один пример. У нас даже песни есть про лебединую верность. А человек в этом плане очень сильно хромает. Так что не такие уж мы и высшие, если задуматься.

Пока разглагольствовала, возбуждение схлынуло, и я окончательно успокоилась. И теперь просто наслаждалась близостью наших тел.

— Пообещай мне одну вещь. — подал голос Артур, до этого внимательно слушавший.

— Какую?

— Что ты будешь делиться своими знаниями и размышлениями только